Видео дня

Ближайшие вебинары
Свежие комментарии
Архивы

Flag Counter

Эксперимент в образовании при ковид-19. Часть I

Накипела это тема, конечно, у многих и давно. Намеренно немного дали ей остыть, поскольку комментировать происходящее хотелось все же не в сплошной абсценной лексике.

Итак, малограмотная шваль, пристроившаяся к руководству в государсивыенной системе образования, где чисто по объективным данным способна кое-как стоять на вахте или еще хуже мыть сортиры… естественно, воспользовалась идиотскими мероприятиями по борьбе с китайской заразой.

Обзор этого издевательства, устроенного родителям нынешних школьников, начинаем с международного опыта, не забыв упомянуть, что за рубежом совершенно бесплатно и беззастенчиво использовали все наработки советской школы, переданные им всеми, кто физику в пятом классе уже не воспринимал адекватно и органично. То бишь, нынешними юристами-экономистами, вообразившими себя «менеджерами».

10.03.2020 Коронавирус – не повод не учиться, ЮНЕСКО призывает все страны наладить дистанционное обучение

С целью сдержать распространение коронавируса 15 стран приняли решение закрыть все школы. Еще 14 государств пошли на аналогичные меры в отдельных регионах. В результате по всему миру, по состоянию на 10 марта, в школу не ходят почти 370 млн учащихся. Но в ЮНЕСКО считают, что в век передовых технологий чрезвычайная ситуация — не повод для нарушения непрерывности процесса обучения.

10 марта в штаб-квартире ЮНЕСКО в Париже состоялось экстренное совещание министров образования. Они обсудили сложившуюся ситуацию и возможность внедрения программ дистанционного обучения.

Всего менее месяца назад Китай был единственной страной, санкционировавшей закрытие школ. С тех пор 29 стран пошли на такие меры с целью предотвращения или сдерживания распространения коронавируса COVID-19. Сегодня по всему миру возможности ходить в школу лишен каждый пятый школьник – 369 млн детей и подростков.

В ходе сегодняшней встречи представители разных стран делились опытом организации дистанционного обучения на случай закрытия школ.

Генеральный директор ЮНЕСКО Одри Азуле подчеркнула, что временное закрытие школ из-за проблем в сфере здравоохранения и других кризисов, не повод для нарушения права детей на образование.  «Мы ступаем на неизведанную территорию и работаем со странами, чтобы найти высокотехнологичные, низкотехнологичные или нетехнологические решения, обеспечивающие непрерывность обучения», — сказала Генеральный директор ЮНЕСКО Одри Азуле. Она добавила, что международное сотрудничество имеет важное значение для разработки наиболее эффективных подходов в этой области.

ЮНЕСКО со своей стороны готова оказать поддержку в усилиях по обеспечению непрерывности обучения. В этой связи ЮНЕСКО опубликовала на сайте список доступных приложений и платформ для онлайн обучения, которые могут использоваться родителями, учителями и учащимися.

«Мы столкнулись с необычной ситуацией, многим странам приходится решать одну и ту же проблему. Мы собрались вместе не только для того, чтобы преодолеть нынешний беспрецедентный кризис в сфере образования, но и для того, чтобы продумать меры на будущее», — заявила Стефания Джаннини, помощник Генерального директора ЮНЕСКО по образованию.

Сегодня многие школы уже успешно используют практику дистанционного обучения в связи с коронавирусом.

Очевидно, что не все страны в равной степени готовы к организации онлайн-обучения, не у всех детей и учителей есть лэптопы или телефоны, на которые они могли бы загрузить соответствующие приложения.

«Мы работаем со странами в целях обеспечения непрерывности процесса обучения для всех, особенно для находящихся в неблагоприятном положении детей и молодых людей, которые, как правило, больше всего страдают от закрытия школ», — заявила Генеральный директор ЮНЕСКО Одри Азуле.

Сегодня на брифинге в Женеве пресс-секретарь Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) Тарик Ясаревич заявил, что на сегодняшний день не существует общей рекомендации о необходимости закрывать школы в рамках мер по сдерживанию коронавируса. По его словам, такого рода меры по сдерживанию оказались эффективны в Китае и в Италии. Но решение должно приниматься с учетом числа выявленных случаев заражения и ряда других факторов.

Потом к «международному опыту» ЮНЭСКО прибавился масштабный «эксперимент» из Китая. Все эти китайские пиарщики даже не соображают, насколько достало их «международное сотрудничество» с теми, кто еще год назад беспрепятственно выжигал леса Сибири, гадил на Байкале, а нынче заразил весь мир своей зразой на почве совершенно беспринципном насилии над природой.

29.02.2020 Уроки ушли в сеть

В Китае сейчас проходит один из самых масштабных образовательных экспериментов в мире: из-за коронавируса все школы и вузы страны перешли на онлайн-обучение. Такого не было нигде и никогда: около 170 миллионов (!) школьников и студентов учатся дистанционно. Национальную китайскую систему онлайн-обучения запустили в рекордные сроки — и буквально с нуля.

…Что вошло в национальную образовательную онлайн-платформу Китая? В первую очередь, разделы со всеми школьными предметами, материалы для скачивания (учебники для начальной и средней школы, входящие в перечень образовательного стандарта), китайские классические литературные произведения и фильмы, мотивационные видео для детей и родителей о занятиях в период карантина. Ну и, конечно, информация по профилактике вируса.

Учебный раздел включает в себя видеоуроки по всем школьным предметам, записанные в разных школах Пекина, Шанхая и других крупных городов. Ученик может выбрать класс, предмет и тему, которая его интересует. Для доступа к платформе всем школам и их учащимся был предоставлен доступ с логинами и паролями, с помощью которых дети могут ознакомиться со всем контентом. Часть уроков есть и в открытом доступе.

«Пока сложно говорить о результатах эксперимента, так как платформа была запущена только дней 10 назад, — говорит Мария Гулева. — Но можно точно сказать, что Китаю удалось в сжатые сроки создать достаточно наполненный ресурс. Особенно в свете того, что в рамках всей страны подобной платформы раньше в принципе не существовало».

Сами школы тоже стараются проводить онлайн активности на своих аккаунтах в Вичате (самый популярный в Китае мессенджер). Это могут быть записанные ранее видео уроки, либо прямые эфиры с учителями, к которым могут подключаться ученики конкретной школы.

Помимо общедоступной платформы, запущенной китайскими властями, дети и их родители могут получить доступ и к контенту различных образовательных компаний. В период карантина крупнейшие игроки на рынке предоставляют расширенный бесплатный доступ к своим ресурсам.

И вот из-за такого… давайте все бросим школу и начнем по домам изображать «дистанционное обучение»! А детям что говорить о таких «учителях», «китайских экспериментах» и совершенно безответственном и дебильном поведении взрослых рнетопырей на общественной сцене? Может так и сказать, что все они обучались «дистанционно» при борделях и притонах?

21.03.2020  Как учат школьников во время коронавируса

Дистанционное обучение может оказаться неэффективным

Число заболевших новым вирусом в России растет все быстрее, и власти переводят школьников на дистанционное обучение. С 21 марта закрывают для посещения московские школы, а с 23 марта – все российские, школьники останутся дома как минимум до 12 апреля. Чтобы они не выпадали из образовательного процесса, давать знания будут дистанционно. Спрос на такое обучение существенно вырос, но заменить учителя компьютер пока не в состоянии, считают эксперты.

Что предлагают чиновники

Поддержку дистанционного обучения организует Министерство просвещения России. Единого портала с полноценным онлайн-обучением пока не создали, поэтому Минпросвещения составило список рекомендаций и отсылает учеников на отдельные интернет-ресурсы. На сайте министерства перечислены около 20 интернет-платформ, которые в той или иной степени позволяют обучаться, из них две государственные: «Российская электронная школа» (РЭШ) и «Московская электронная школа» (МЭШ).

Изначально РЭШ создавалась для того, чтобы у любого школьника была возможность при пропуске занятий восполнить пробелы в знаниях. Учебная программа составлена лучшими специалистами и ее даже рекомендовал президент Владимир Путин, говорится на ее сайте. РЭШ представляет собой полный школьный курс уроков по 31 предмету с 1-го по 11-й класс. Всего это более 120 000 уникальных задач, тематические курсы, видеоуроки, задания для самопроверки, каталог музеев, фильмов и музыкальных концертов. Бывший министр просвещения России Ольга Васильева сообщала, что онлайн-платформа РЭШ сделает более доступным образование в сельских школах. На создание РЭШ в 2016–2018 гг. потрачено 1,7 млрд руб., следует из паспорта целевой программы. Насколько чиновники довольны проектом, выяснить не удалось: запрос «Ведомостей» в Минпросвещения остался без ответа.

Качество материала в РЭШ нравится далеко не всем. В одной из московских школ классный руководитель и преподаватель математики и геометрии поначалу посоветовала девятиклассникам зарегистрироваться на сайте, но потом об этом пожалела. «Сейчас Ксюша М. попробовала пройти тест по геометрии, но ей автоматически проверили неправильно, потому что она дала верный ответ, а в тесте заложен другой ответ. Составитель ошибся, и таких ошибок там, к сожалению, оказалось много. Поэтому пока что этим порталом пользоваться не будем, там куча ошибок и недочетов. Я подумаю, какие еще платформы можно будет использовать для дистанционки», – доложила учитель в переписке с родителями («Ведомости» с ней ознакомились).

Столичным школьникам рекомендуют обучаться на платформе Московской электронной школы, сообщил городской департамент образования. Этот портал шире, там более 769 000 аудио-, видео- и текстовых файлов, 41 000 сценариев уроков, более 1600 учебников. Он интегрирован с электронным дневником, поэтому к нему централизованно подключены все 1469 школ столицы, сказали в департаменте образования. «Москва работает полностью на МЭШ, она считает, что ей этого достаточно. Там собственный движок, а контент внутри от ряда известных поставщиков, в том числе и наш», – говорит глава «Физикона» Денис Мамонтов.

Бюджет МЭШ гораздо солиднее: власти планировали выделить в прошлом году 16 млрд руб., говорил глава департамента информационных технологий Москвы Артем Ермолаев. Правда, в бюджет входил не только контент, но и инфраструктура – подключение школ к WiFi, установка интерактивных панелей вместо обычных досок, обучение учителей и снабжение их ноутбуками и т. д. Но именно техническая составляющая вызывает больше всего нареканий. «У ребенка упал один глаз на полдиоптрии за 6 месяцев», – жаловалась пользователь Вера Абардовская на экраны, портящие, по ее мнению, зрение. «В МЭШ вбуханы огромные деньги, но это просто профанация. Потому что я знаю, какие там задания по русскому языку, обществознанию. Многие мои коллеги считают, что пользоваться МЭШ надо так: включил, чтобы там отметили, что ты включил, и после этого сделал так, чтобы дети этого не видели», – комментирует сопредседатель профсоюза «Учитель» Всеволод Луховицкий.

Частные платформы

Поскольку пока для регионов нет единой онлайн образовательной платформы, а уже созданные далеко не идеальны, в школах рекомендуют пользоваться различными частными площадками. Среди них собеседники «Ведомостей» называют «Фоксфорд», «Физикон», «Учи.ру». Минпросвещения на своем сайте также советует «Яндекс.Учебник», «ЯКласс», InternetUrok.ru, Skyeng и др., а московские власти составили такой список на специальном портале. С такими площадками договариваются о предоставлении бесплатного доступа, говорил министр просвещения Сергей Кравцов. «Нам рекомендуют разные платформы: РЭШ, «ЯКласс», «Учи.ру». Каждая школа определяет самостоятельно, где работать удобнее», – рассказывает директор одной из школ Ставрополя.

Запросы на такое обучение растут: если в прошлом году было около 100 000 поисковых запросов «онлайн курсы» каждую неделю, то c 9 по 15 марта – 736 000, следует из данных Яндекса. «Особенно заметен интерес в последние дни. Мы получаем локальные бумы, рост активности за неделю в 2–3 раза – до 1 млн пользователей в отдельные дни. По мощностям у нас уже большие нагрузки. Многие наши коллеги испытывают еще большие проблемы – некоторые сайты даже перестают работать. Поэтому мы быстро масштабируемся, расширяем мощности и техперсонал, чтобы поддерживать производительность», – рассказал «Ведомостям» глава компании «Учи.ру» Илья Паршин.

«У нас постоянно растет количество регистраций – в последние дни в 10–15 раз. На пике это было порядка 100 000 человек в день. Обычно столько приходило за месяц», – говорит и сооснователь онлайн-школы «Фоксфорд» Максим Спиридонов. «Фоксфорд» – образовательная онлайн-платформа для школьников, их родителей и учителей, она входит в образовательный холдинг «Нетология-групп», основанный в 2009 г., 40% компании в 2017 г. купила «Севергрупп» миллиардера Алексея Мордашева, писал Спиридонов в Facebook. «Нетологию» тогда Forbes оценил в $50–60 млн. Сейчас она одна из крупнейших на рынке.

Создатель «Физикона» Денис Мамонтов рассказывает, что посещаемость его ресурса выросла на порядок: «Тех, кто находятся на сервере и что-то делает, – около тысячи, за неделю рост раз в 10 примерно». Издательство цифрового контента «Физикон» – старейший российский разработчик электронных образовательных ресурсов для школ, колледжей и вузов (основано в 1993 г. выпускниками Московского физико-технического института, принадлежит 1С и является партнером «Ростелекома»). «Физикон» уже договорился с Московской областью о доступе, а также ведет переговоры на федеральном уровне, говорит Мамонтов.

Представитель «Ростелекома» сообщил «Ведомостям», что компания предлагает два продукта для дистанционного обучения школьников. Это цифровой сервис онлайн-образования «Ростелеком. Лицей», на котором структурированы тренажеры, тесты и конспекты по всем темам школьной программы. Второй – «Облако знаний» от «Физикона». Здесь собран контент, привязанный к тематическим планам 300 учебников по 15 предметам, домашние задания с возможностью выдачи из региональных дневников, сервис автоматической проверки, передача результатов в электронный дневник.

Собственные платформы онлайн-обучения запустят и другие крупные игроки. 17 марта «Яндекс» объявил о создании собственной платформы: там будут интерактивные видеотрансляции занятий и общение класса с учителем, а также видеоуроки от ведущих преподавателей по всем предметам. Инвестиции на первом этапе оценивают в 200 млн руб. Сбербанк на базе Школьной цифровой платформы запустит пилотную образовательную инициативу, сказала вице-президент банка Марина Ракова.

Социально-ответственные платформы

Ресурсов много, но есть проблема, говорит директор одной из ставропольских школ: бесплатный доступ предоставлен к небольшой части контента и пробным версиям, а большая часть – платная. Далеко не все платформы готовы предоставлять полный вариант занятий для открытого пользования. «Встает вопрос – кто будет давать деньги? Поэтому для себя мы определили, что это не очень удобно – не только потому, что это демоверсии, а еще и потому, что уроки на этих платформах не совпадают с нашей образовательной программой. Та же РЭШ: «началка» – да, можно использовать, там интересно, но опять же как вспомогательный ресурс, а не как основной», – сетует собеседник «Ведомостей».

Многие онлайн-школы предлагают в период распространения коронавируса бесплатное обучение или доступ за символическую плату. Например, подписка на «Ростелеком. Лицей» предлагается за 1 рубль в месяц, а на вторую программу «Ростелеком» дает бесплатный доступ на 30 дней. «Мы решили открыть доступ к контенту, – рассказывает Спиридонов из «Фоксфорда». – Глядя на то, что происходит, мы решили, что можем временно сделать школьные программы бесплатными». Компания прибыльная, поэтому имеет возможность это делать, объясняет он (выручка «Нетологии» с 2018 г. выросла вдвое: с 738 млн руб. до 1,5 млрд руб. в 2019 г). «В период карантина для школьников и учителей доступ бесплатен. Если поступит запрос от какого-то региона дополнительно помочь организовать дистанционное обучение, мы, конечно, поможем», – говорит и Паршин из «Учи.ру». «Со временем, возможно, эти люди захотят посмотреть на наши платные продукты», – надеется Спиридонов. Но пока сложно сказать, как это изменит коммерческие показатели, признает он.

Некоторые компании рассчитывают на госфинансирование. «Для предоставления бесплатного доступа может быть заключено соглашение с регионом, а может быть просто на честном слове, – говорит Мамонтов. – А если это коммерческий контент, то это проходит через госзакупки, порядок цифр – миллионы и десятки миллионов рублей».

Заменит ли дистанционное обучение учителя

Власти активно продолжают цифровизацию образования на федеральном уровне. «Это миллиарды рублей. Оснащают школы «железом», а следом должны пойти информационные системы. Уже сейчас сделали площадку по управлению электронным контентом – федеральный маркетплейс «Элемент», центр образования «Точки роста». Большие деньги идут на все: компьютеры, интернет, электронные ресурсы, обучение персонала», – говорит Мамонтов. На федеральный проект цифровизации образовательной среды в 2020 г. предусмотрено 16,4 млрд руб., в прошлом году потратили 2,5 млрд руб.

Учителя, с которыми поговорили «Ведомости», пока скептически относятся к дистанционному обучению. «Оно никак не сможет заменить учителя. Это не панацея, максимум – вспомогательный материал. Индивидуальный подход к ученику ни одна платформа не обеспечит», – уверена директор одной из ставропольских школ.

«Сейчас у российской школы нет возможности перехода на качественное дистанционное обучение целиком, даже временно, – говорит Луховицкий. – Я не знаю, как можно обучать детей русскому дистанционно. Любое задание на орфографию, например, если ученики находятся от меня на расстоянии и сидят за компьютерами, совершенно точно означает их возможность найти текст в интернете и сделать все без единой ошибки». Второй предмет, который преподает учитель, – обществознание. «Он устный, на нем главное – общение ученика и учителя. Даже на видеоконференции организовать все так, чтобы я видел 24 ученика, видел их лица, слышал, как они друг с другом спорят по той или иной правовой проблеме, я не могу. Если я этого не могу, то никакого смысла в моем предмете уже нет», – сетует он.

«Много сервисов подготовки к ЕГЭ, поэтому дистанционный режим конкретно для ЕГЭ очень хороший, может быть даже лучше, чем обучение в школе, поскольку учитель в школе вынужден свое время сразу на 30 человек тратить, а здесь компьютер может с каждым работать», – считает Мамонтов. Однако видеоматериалов, записанных лекций и тестов мало для качественного образования, возражает Луховицкий. «Я могу сказать детям: давайте вы вместо урока русского языка посмотрите ролик какого-нибудь умного лингвиста на «Постнауке». Им будет очень интересно. Но это не есть еще урок. Потом я должен еще с детьми обсудить, проговорить, в практику это каким-то образом перевести. Если я не общаюсь с каждым ребенком индивидуально, то я считаю, что это не совсем урок», – говорит он.

Чтобы приспособиться к новым условиям, учителя осваивают программы Zoom (сервис для проведения видеоконференций и онлайн-встреч) и Google Classroom (веб-сервис для обмена файлами между преподавателями и учениками с использованием программных разработок Google). «На ней учитель может общаться с детьми, вести переписку, давать задания, проверять их, к этому можно привыкнуть», – говорит Луховицкий.

Дистанционное обучение может продлиться и после 12 апреля. «Мы ориентируемся на сопровождение детей до конца академического года», – говорит вице-президент Сбербанка Марина Ракова. «Исходя из опыта других стран, могу предположить, что режим дистанционного обучения могут продлить до конца учебного года», – считает Мамонтов. К этому готовятся и в «Учи.ру». Луховицкий предлагает перенести окончание учебного года и экзамены и завершать программу после карантина: «Раз у нас такой форс-мажор, надо думать о том, как минимизировать жертвы, а не отрапортовать, что всех хорошо обучили».

Но пора бы вполне трезво подсчитать, во что обошелся стране подобный китайский эксеримент.

04.04.2020  Полтора миллиарда пропущенных уроков Исак Фрумин – научный руководитель Института образования Высшей школы экономики.

По оценкам Всемирного банка, в конце марта более 1,6 млрд школьников и студентов (почти 85% всего «обучающегося» населения) не посещали школы и университеты. Они не ленивые ученики, просто им некуда идти. В 161 стране прекращены очные занятия. Здания учебных заведений стоят пустыми, они не слышат лекций, детских голосов. Зато в разных странах слышны голоса возмущенных родителей, мэров, премьер-министров. Им кажется, что школы и университеты медленно перестраиваются, недостаточно ответственно подходят к ситуации. Тем, кто сейчас критикует учителей и преподавателей, надо понимать, что система массового образования столкнулась не просто с беспрецедентным вызовом. Она должна выполнять свои функции в ситуации, когда единственный проверенный веками образовательный инструмент – очную классно-урочную модель – использовать невозможно. Требовать от школ, колледжей и университетов, чтобы они «быстро перестроились», все равно что требовать от машиниста электровоза, чтобы он поехал без рельс и линии электропередачи.

Институт образования Высшей школы экономики и МГПУ вместе с международными партнерами провели анализ того, как разные страны отвечают на этот вызов.

Важно напомнить, что в современном мире система массового образования (а в развитых странах к ней относится и высшее образование) выполняет не только функцию обучения – передачи знаний и навыков. Важнейшими функциями массового образования является «камера хранения» детей и молодежи, их позитивная социализация (мы обычно называем это воспитанием) и, наконец, социальная поддержка (включая просто питание) детей и молодых людей из бедных семей. И еще несколько недель назад все эти функции мы умели реализовывать только в одной модели деятельности – очном посещении школ, колледжей, университетов.

Как же продолжить реализацию этих функций сейчас, какая модель заработает?

Продолжая аналогию с электровозом, мы видим три варианта действий: постоять, пока рельсы и электричество не вернутся магическим образом; нажать на газ и проехать, сколько получится, – по инерции; поменять колеса и двигатель и превратить электровоз в суперсовременный электромобиль или экспресс на магнитной подушке.

Во многих странах явно или по факту принята первая стратегия – обучение останавливается, дети и студенты расходятся по домам. Страны выжидают. Не только бедные страны, но и Япония, например, с ее-то технологическим потенциалом продлевает каникулы. Более продвинутым вариантом этой стратегии становится трансляция образовательных передач по радио или телевидению.

В большинстве стран – особенно в развитых странах с длинными сроками обучения – пока используется вторая стратегия как немедленная реакция на новые условия. Школы, колледжи и университеты подстегиваются начальниками, чтобы не прерывался образовательный процесс, чтобы учителя не сидели без дела. Примерно такая стратегия принята и у нас. От школьников и студентов, учителей и преподавателей требуется почти немедленное освоение новых форматов учебной работы, взаимодействий с детьми и родителями. Это уже не только трансляция изготовленного кем-то учебного контента, но и управление им, прикручивание к нему домашних заданий, налаживание обратной дистанционной связи с учениками.

И здесь надо сказать, что в целом наш педагогический корпус на всех уровнях проявил себя героически. Они осваивают эти технологии на ходу, даже в тех случаях, когда такие технологии оказываются неработающими. Почти всегда трудозатраты педагогов резко возрастают. Они часто сталкиваются и с нехваткой технологической и методической поддержки, и с непониманием учеников и родителей. Все существующие на сегодняшний день системы электронного обучения оказались настроены на выборочное обучение мотивированных детей. Просто так взять какую-либо систему дистанционного обучения и применить в массовой школьной практике не получилось. Тут дело даже не столько в технических деталях – мощных серверах или быстром интернете. Сама система общения учителя и детей в нынешних моделях дистанционного обучения оказалась совсем непригодной.

Мы провели анализ динамики ситуации практически во всех российских вузах, а также во многих колледжах и школах более половины регионов России. Можно уверенно сказать, что первый стресс-тест система выдержала. Выдержала прежде всего за счет самоорганизации преподавателей, а для школ – и за счет активного участия родителей. Интернет полнится постами и блогами учителей о том, как лучше преподавать тот или иной раздел, о том, какой инструмент использовать. Абсолютное большинство детей и студентов продолжают учебный процесс в каком-то виде.

Однако важно понимать, что, когда мы говорим об этой устойчивости для системы с охватом более 15 млн обучающихся, мы говорим о большинстве детей, но не о каждом ребенке, не о каждом студенте, не о 100% школ, колледжей и университетов. Но так быть не должно. Мы давно договорились, и это записано в нашей Конституции – право на образование абсолютно. Никто не должен остаться за бортом.

Не меньшей опасностью при таком подходе становится и имитация деятельности. При подстегивании наших образовательных организаций возникают огромные риски формализма и взаимного обмана. Смешной, но яркий пример откровенной профанации – дистанционные уроки физкультуры, где школьникам и студентам даются задания типа «написать реферат про Олимпийские игры» или ответить на вопросы, какие мышцы развиваются при беге на длинные дистанции. И похожих примеров сотни.

Конечно, разные страны были по-разному подготовлены к этой ситуации. В Северной Америке и Западной Европе, в Корее и Австралии, крупных городах, таких как Сингапур, Москва или Нью-Йорк, школы уже несколько лет используют цифровые системы управления учебным процессом и коммуникации с детьми и родителями. Учителям и детям доступны не только оцифрованные картинки и тексты, но и интерактивные задачники, целые цифровые среды для самообразования. Конечно, школам в этих странах сейчас легче, чем нашим. Но все равно, они опирались на главную действующую классно-урочную модель.

Разница есть не только между странами, но и между уровнями образования. Именно последнее десятилетие стало временем бурного роста онлайн-обучения и смешанного обучения в университетах. Сейчас уже трудно найти университет в любой стране, где не было бы цифровой системы управления учебным процессом, где не слышали бы об онлайн-курсах. Но и там сохранялась почти исключительно традиционная модель обучения и контроля результатов. Отказаться от нее – значит лишиться твердой основы деятельности для десятков тысяч людей.

Стратегия «продолжаем все, как было, только в удаленке», принятая сегодня в большинстве стран, может быть оправдана только на короткой дистанции. Надо честно признать, что при этой стратегии нельзя рассчитывать на хорошие образовательные результаты, на исполнение всех функций системы образования. В лучшем случае мы можем сосредоточиться на усеченной учебной функции. Неслучайно, объявляя о закрытии кампуса Университета Беркли в США, его ректор заметил, что делает это не для того, чтобы добиться высокого качества образования, а для того, чтобы остановить эпидемию и не выпустить студентов на улицу. То есть нам предлагается немножко поимитировать учебный процесс, переждать карантин, а потом вернуться к нормальному обучению. Еще раз подчеркнем, что такая стратегия кажется разумной на коротком отрезке времени. Мы ведь не переживаем особо, если класс или целая школа уходят на карантин на пару недель… Но сейчас все понимают, что этот учебный год придется завершать, не возвращаясь в школьные классы и университетские аудитории.

Наши коллеги из ведущего китайского Университета Чинхуа говорят, что их главной ошибкой в конце января была надежда, что этот период ненормального обучения продлится несколько недель. Можно было не заботиться о стопроцентном вовлечении, об устойчивых системах связи, о надежных системах удаленной оценки, включая идентификацию личности (прокторинг). Они быстро поняли, что эта ненормальность продлится как минимум семестр. И тогда они приняли другую стратегию – тщательной подготовки, инвестирования в общие и наиболее эффективные технологические решения, переподготовки преподавателей.

Китайские исследователи процесса трансформации образования, который идет у них с января, признают, что образование с достаточно надежным качеством в новых условиях требует систематической перестройки и немалых инвестиций. Нужно ответить на тысячи вопросов – и не только технологических. Понять и режим работы преподавателей, и способы проведения практических занятий, и инструменты экзаменов. Надо собрать их вместе в одну систему. Выстроить новые способы финансирования. Подумать о тех детях и молодых людях, об учителях и преподавателях, у которых нет нужной техники и надежного выхода в интернет. Это и есть третья стратегия. Серьезная, глубокая, дорогая… Есть русская поговорка «Любит, как душу, а трясет, как грушу». Так вот суть этой стратегии – не трясти систему образования, как грушу, а помочь ей сосредоточиться и действовать системно.

Не только Китай, но и другие страны, которые недавно затронула эпидемия, разрабатывают сейчас целостные стратегии, которые позволят системе образования не только пересидеть плохие времена, но и добиваться результата, а также готовиться к «новой нормальности», которая наступит после завершения всех карантинов. Кризис создает не только проблемы, но и возможности нового, более эффективного действия. Эксперты во всем мире уверены, что «новая нормальность» будет предполагать отнюдь не полный уход в дистанционное взаимодействие, а широкое использование как дистанта, так и цифровых технологий в целом, как элемента «нормальной» модели обучения, при которой существенно вырастет качество образования, вовлеченность школьников и студентов.

>

Цифровые технологии в образовании никогда не вытеснят ни настоящего учителя, ни живое общение учащихся. Назначение технологий – расширить возможности образовательного взаимодействия за пределы класса, школы, города. Еще одно назначение цифры (читай – робота-помощника) – тщательно выполнить то, что самому человеку делать неинтересно и утомительно. Это повторяющиеся, монотонные действия, в первую очередь выдача и оценка выполнения заданий. Это возможность быстро подобрать самый разнообразный, уже оцененный другими пользователями учебный материал для уроков. Это «напоминание», более эффективное, чем при взаимодействии людей (нам свойственно и позабыть, и постесняться сказать). Это и новые возможности групповой учебной работы – учитель по конференцсвязи может быстро разбить класс на группы, наблюдать работу каждой из них, повышать градус учебной соревновательности. Это потрясающая возможность организовать взаимную оценка учащимися работ друг друга, лучше осознать и договориться о критериях оценки выполненных заданий. Цифра гарантирует 100%-ную обратную связь от каждого ученика – будем честны перед собой, разве мы вчера имели такую связь? Средний учитель в классе может работать максимум с половиной учеников, остальные остаются вне зоны «активных» педагогических технологий…

Среди стран, разрабатывающих и реализующих сегодня системные стратегии обновления, например, Австралия, и Болгария, и Норвегия. К такому подходу призывают и международные организации – ЮНЕСКО и Всемирный банк.

Осознание необходимости серьезного и системного подхода в ситуации, когда старая модель не работает, в первую очередь приходит к выпускникам и их родителям. Их волнуют и надвигающиеся экзамены, и реальные знания для дальнейшего обучения или работы. Но постепенно и другие группы учеников и студентов начинают волноваться. Чем для них обернется «пересиживание» или имитация?

Наша система образования достойно показала себя в короткий период кризиса – почти мгновенной перестройки, начавшейся две недели назад. Сейчас она заслуживает серьезной поддержки в выстраивании надежной системы обучения, воспитания, социальной заботы в новых условиях. Пока этой поддержки явно недостаточно. Да, у нас есть талантливые и энергичные педагоги и руководители, у нас есть небольшое количество передовых образовательных цифровых ресурсов. У нас даже есть прототипы современных образовательных платформ, создаваемых фондом Сбербанка «Вклад в будущее» и Агентством стратегических инициатив (АСИ), правительством Москвы, «Яндексом». Но этого мало.

Но школам и университетам нужны ресурсы для подписки на цифровые сервисы, которые в основном предоставляются коммерческими компаниями. Бесплатного современного образовательного контента, где есть интерактив, обратная связь, анализ успешности по большим данным, краудсистемы, у нас совершенно недостаточно. Им нужны ресурсы на устойчивый и быстрый интернет. Школьникам и студентам из бедных семей, учителям и преподавателям нужны хорошие компьютеры и средства на оплату интернета. Срочно необходимо серьезное повышение квалификации всех педагогов и управленцев системы образования. Они должны надежно получить современные компетенции реализации новой образовательной модели. Средства нужны и на максимальный перевод важных экзаменов в дистанционный формат. Это задача колоссальной трудности, но решаемая. Наконец, наши технологические компании должны получить стартовое финансирование на разработку действительно современных, интересных, интерактивных, адаптивных образовательных ресурсов. Передовые школы, колледжи, университеты должны стать площадками отработки и распространения новой модели. И все это надо делать системно и быстро. Нужна понятная обществу и профессионалам перспективная стратегия.

Во многих странах в пакеты правительственной помощи национальной экономике включены специальные ресурсы для системы образования. В США $14,5 млрд будет направлено в помощь организациям высшего образования, которые столкнутся с нехваткой средств. Это дополнительно 10% к регулярному финансированию системы. Аналогичные программы прорабатываются в Австралии, Германии, Сербии.

К сожалению, в мерах по поддержке экономики и социального благополучия, объявленных недавно у нас, нет ни слова про поддержку системы образования. Новым министрам предлагается обходиться имеющимися ресурсами. В то же время, по грубой оценке, для оперативной поддержки и обеспечения нового качества работы вузовской системы требуется не менее 40 млрд руб. Для подписки школ на современные цифровые ресурсы, для проведения экзаменов в новом формате, для преодоления цифрового неравенства и закладывания основы новой эффективной модели использования цифровых технологий в школе и колледжах срочно нужно не менее 50 млрд руб. с последующим финансированием в 150 млрд руб. в год. Эти цифры кажутся огромными, но в пересчете на одного школьника и студента речь идет всего о 2000–3000 руб. в год.

В проекте поправок к Конституции России говорится, что дети – приоритет государственной политики. Думается, что эта поправка относится к тем, за которую проголосовал бы каждый гражданин. Сегодня проверяется, как наши декларации соотносятся с нашими действиями.

Далее пошли благостные реляции про «уникальный эксперимет в масштабах всей страны». Наши моральные уроды, совершенно неграмотные, а главное бессовестные и беспринципные люди, уже показавшие все возможные дурные примеры подрастающему поколению, продолжают «экспериментировать» не только на родителях, но и на детях…

Скажите, а можно все же привлечь нормальных специалистов, которые способны проанализировать все эти «современные тенденции» объективно? Можно было не соваться с «экспериментами» туда, где требуются традиционные и апробированные методы, давшие положительные результаты?

Уникальный дистанционный эксперимент в масштабах всей страны.

Мы все стали невольными свидетелями грандиозного эксперимента, проводящегося в условиях всей страны — дистанционного обучения школьников. От результатов этого эксперимента напрямую зависит дальнейшее направление развития нашего образования.

Дети перестали ходить в школу и пытаются самостоятельно продолжить освоение школьной программы!

Подготовка к такому дистанционному обучению, на самом деле, началась в России не с приходом коронавируса, а значительно раньше. Уже много лет проводятся мероприятия направленные на подготовку педагогов и техническое оснащение школ. Стремление развивать дистанционное обучение вписывается в общую концепцию по оптимизации образования, ближайшим примером которой, является объединения школ, детских садов, колледжей и вузов.

С 21 марта московские школьники перешли на режим дистанционного обучения в соответствии с дополнительными мерами, введенными мэром Москвы Сергеем Собяниным. Впоследствии их распространили на все регионы России.

Дальнейшая оптимизация, связанная со стремлением уменьшения финансовой нагрузки на федеральный бюджет, является не совсем явной, но реальной целью введения дистанционного образования. Неожиданно возникшая пандемия коронавируса дала повод максимально ускорить этот процесс.

Все замерли и ждут итогов эксперимента

Как отреагирует население на переход на дистанционное обучение интересует сейчас очень многих заинтересованных лиц. Среди них, в первую очередь, сами школьники и их родители. С интересом и некоторой настороженностью наблюдают за происходящим и учителя. С надеждой на успех — наши финансовые органы, которые надеются после очередной оптимизации с помощью дистанционного образования высвободить большие финансовые ресурсы.

К концу апреля станет ясно, насколько данный метод готов к существованию в наших российских условиях.

Одним словом, от успеха или неудачи настоящего перехода на дистант зависит очень многое. В первую очередь — перспективы дистанционного обучения в ближайшем будущем. А оно может наступить неожиданно скоро — уже в сентябре 2020 года, если проблемы с пандемией не удастся решить окончательно.

В любом случае, происходящий сейчас грандиозный эксперимент является важным шагом к пониманию дальнейшего развития нашего школьного образования.

Казалось бы, вполне все сыты по горло этим безобразием и тупым беспределом от убожества, уже показавшего полную никчемность по всем направлениям на уровне «как не надо поступать» для дошкольников.

Но нет! Некоторые подлые лизоблюды и мерзавцы находят в происходящем и нечто положительное!

Школьное дистанционное образование в условиях пандемии — путь к разрушению системы получения и оценки знаний. 

Самая популярная сегодня тема среди учителей, школьников и их родителей — это перевод школ на дистанционное образование и проблемы, с которыми они сталкиваются.

Та скорость, с которой мы сейчас переходим на дистанционное обучение похожа на попытку перемещения во времени — хочется, но не получается.

Дистанционное образование при коронавирусе

К счастью, мы не первые, кто столкнулся с этой проблемой и примеры ее решения уже есть. Самый известный из них — Китай.

Сразу после обнаружения коронавируса абсолютное большинство образовательных учреждений Китая ушло на карантин, а все занятия были переведены в интернет пространство. По прошествии 3-х с лишним месяцев с начала карантина школы остаются закрытыми, а дети продолжают обучение дистанционно.

Это прекрасный пример возможностей применения современных обучающих технологий в экстренной ситуации пандемии коронавируса.

Реальные возможности России

Видя этот опыт соседней с нами страны мы решили его повторить и сейчас ускоренно переводим свои образовательные учреждения на дистанционную форму обучения не считаясь с обстоятельствами.

Но, судя уже по первым результатам, итоги данного решения не соответствуют целям и задачам на него возложенным. Нам вряд ли получится повторить удачный опыт Китая по тотальному переходу школ на дистанционное образование в течение такого короткого срока.

И связано это, прежде всего, с уровнем компьютеризации китайского общества, где она практически поголовна. В Китае существуют специально разработанные программы для дистанционной работы, созданные и внедренные еще несколько лет назад, а физическое обеспечение компьютерами и другими необходимыми для дистанционной учебы гаджетами — одно из лучших в мире.

Ситуация с дистанционным образованием в России

Для нас ситуация с коронавирусом развивалась относительно благоприятно и наша страна начала готовиться к приходу коронавируса заранее, перенимая опыт стран уже столкнувшихся с пандемией. Сделано многое, но одна сфера жизни, куда следует сейчас обратить повышенное внимание — школьное образование.

Одна из проблем — попытка продолжения внешкольного образования путем дистанционного обучения школьников.

Здесь мы решили идти по пути китайского примера. Однако сложности, с которыми столкнулось большинство школ ставят под большое сомнение возможность эффективного обучения детей таким методом. Самое главное препятствие — недостаточная материально-техническая база для таких занятий, как у школьников так и у школ.

Особенно это проявляется в провинции, где школы не оборудованы не только необходимой техникой, но и часто отсутствует нормальное интернет соединение. Многие школьники не имеют компьютеров или средств выхода в интернет. Нет отечественного программного обеспечения.

И самое главное — нет общих стандартов дистанционного обучения!

В результате складывается ситуация, когда одни школы «худо-бедно» налаживают какое-то подобие дистанционного обучения, а другие учат от силы 20-30% учеников, да и то с минимальным КПД.

Эффект от таких дистанционных занятий очень слабый и способен продлить обучение на 2-3 недели, не более. Потом начинается тотальный разброс в уровне усвоения знаний между главными городами — Москвой, Санкт-Петербургом и всей остальной страной.

Если продолжать дистанционное «обучение» достаточно долго то уровень дифференциации знаний у школьников в разных регионах и городах России будет очень большой и это обязательно повлияет на грядущие ОГЭ и ЕГЭ.

Дистанционное образование и экзамены

Разная степень подготовки школьников в следствие длительного дистанционного образования неизбежно приведет и к разнице в результатах ОГЭ и ЕГЭ.

Там, где техническая база подготовленности к дистанционному образованию будет выше, там и результаты по ОГЭ и ЕГЭ тоже будут выше, чем у детей с плохими условиями дистанционного образования. А это, в свою очередь, создаст неравные условия при поступлении в вуз даже для одаренных детей из провинции.

Такого ли эффекта мы хотим?

Надо честно признать, что на сегодняшний день Россия не готова к полноценному дистанционному обучению детей и пытаться это сделать в приказном порядке, является ошибкой с далеко идущими негативными последствиями.

Ошибочное навязывание дистанционного обучения по всей стране в условиях недостаточной подготовленности к этому, приведет только к одному результату — разрушению уже установившейся системы получения и оценки знаний.

Многие одаренные дети, в следствие такого подхода, не смогут набрать достаточное количество баллов ЕГЭ для дальнейшего поступления в вуз на бюджетные места, которые опять перераспределятся не в пользу детей из провинции, а в более удаленной перспективе принесут больше вреда, чем пользы.

Продолжение следует…

Читать по теме:

Оставить комментарий