Видео дня:
Календарь вебинаров
Ближайшие вебинары
Посещаемость блога
Flag Counter
Архивы
Принимаем статьи

Принимаем статьи по ак­ту­аль­ным макро­эконо­ми­чес­ким про­бле­мам, воп­ро­сам налого­об­ло­же­ния, дру­гим ак­ту­аль­ным те­мам со­вре­мен­ности.

После рассмотрения и одо­бре­ния ре­дак­цией при­слан­ных ма­те­ри­алов ваша статья бу­дет опу­бли­ко­ва­на на на­шем пор­тале. Ру­копи­си от­кло­няются без по­яс­не­ний, не ре­цен­зи­руют­ся и не воз­вра­щаются.

Статьи при­сы­лай­те в элек­трон­ном фор­ма­те в ви­де вло­же­ния по ад­ре­су

tehnar.blog@yandex.ru

Поддержать проект!
Поддержать материально Поддержать морально Поддержать духовно

Мальчики-с-пальчики. Часть I

c7d2930f0f0b3c7579c5f1f94e291875(1)Стоит внимательнее присмотреться к молодому поколению в высшей иерархии государственной власти. На тех, кто по идее должен был прикрывать отход старших товарищей на заранее подготовленные лежбища. Сразу оговорюсь, смотреть там особо не на что, люди явно занимают чужие места. На своем месте им бы пришлось сараи чистить и ящики с пивом носить.

Но, раз уж выбрались на самую макушку, поглядим на этих…мальчиков, так и не ставших мужчинами, не готовых нести ответственность даже за собственные поступки. Мальчиков совсем мелких, ну… буквально с пальчик.

Проблема в том, что мальки-с-пальчики, державшиеся раньше незаметно, вдруг возомнили себя самыми важными персонами, министрами и эффективными собственниками… вершителями судеб.

И первым сам напросился… Михаил Абызов. Как интересно получается с этим пальчиком! У России нет больше министерства электронной промышленности а вот под такого пальчика придумали специальное министерство — «открытое правительство». Что-то вроде лазейки для шаловливых пальчиков.

KRD_000307_00001_1_t208

07.04.2015 г. Ни федеральный министр в качестве владельца, ни заказы госкомпаний не гарантируют бизнесу в России безбедного существования. РБК выяснял, как на грани банкротства оказалась Группа Е4, крупнейший подрядчик в энергетике

Министр по вопросам «открытого правительства» Михаил Абызов основал Е4 в 2006 году. На скупку активов группы он потратил более 5 млрд руб. собственных средств
Фото: Олег Яковлев/РБК

После ухода в 2005 году из РАО «ЕЭС России», где Михаил Абызов был заместителем Анатолия Чубайса, из разрозненных активов он собрал компанию, которая могла строить электростанции под ключ. На пике, в 2013 году, портфель контрактов, по данным компании, превышал 160 млрд руб. За три года Абызов рассчитывал не только выстроить бизнес, но и монетизировать его, сделав Е4 публичной компанией.

Как это сказочно мило — «собственных денег». Долго и напряженно учился… в разных местах, потом еще более напряженно и эффективно работал, и заработал 5 млрд. А инженеры, которые на мехмате МГУ доучились дальше второго курса (и все прочие тоже)  просто завидуем, ясное дело.

В общем решил наш мальчик-с-пальчик накопленные деньжища легализовать как-то, чтоб подрасти, значит. А подрастают такие мальчики обычно скупкой того, что плохо и «неэффективно» лежит.

07.04.2015 г. Но сейчас Е4 — на грани банкротства. С июня 2014 года к компании и ее предприятиям было подано больше 200 исков, а общая сумма претензий от кредиторов, заказчиков, субподрядчиков и поставщиков Е4 превышает 18,6 млрд руб., выяснил РБК, изучив судебные картотеки. Имущество компании на сумму свыше 3 млрд руб. арестовано по искам Сбербанка и Альфа-банка, следует из данных на сайте арбитража.

TAGimg_848_I-37-PROFIL-abyz-f06_640_jpg407136На начало 2015 года крупных контрактов в портфеле Е4 не осталось. Компания фактически остановила работу как генподрядчик, признает президент Е4 Андрей Малышев: «Мы сегодня занимаемся больше урегулированием финансовых отношений и пытаемся обеспечить работу «дочек». Переговоры с кредиторами идут по 12 часов в день, и основной вопрос на них — уже не реструктуризация долга, а уточнение размера обязательств», — говорит он. В бой вступил и главный кредитор Е4 — Альфа-банк, выставивший компании требования на общую сумму около 6 млрд руб. Банк собирается инициировать процедуру банкротства компании, утверждает источник, близкий к «Альфе». К такому развитию событий готовится и Е4, говорит топ-менеджер компании.

Абызов с 2012 года занимает должность министра по вопросам «открытого правительства» — после перехода на госслужбу заниматься делами компании ему не позволяет закон​. И, похоже, кредиторам действительно не приходится рассчитывать на то, что акционер будет спасать подрядчика.

Чубайс пригласил Абызова в РАО «ЕЭС России» в 1998 году заниматься сбытовой политикой и «неплатежами». Решить проблему министру удалось за два года, а за все время работы в РАО он собрал 200 млрд руб. долгов

В принципе, нормально так крутанулся — вложил 5 «чисто своих» миллиардов, долгов наделал уже на 18. Теперь лохи из топ-медеджеров на переговорах по 12 часов парятся, а наш пальчик вовремя сдернул в теплую правительственную рукавичку «министром без портфеля». Схема одна и та же: воровство с убытков. Главное, что работать скупленное по-дешевке имущество так нормально и не стало. Как долгов наделать и все оборудование на металл порезать — любой грузчик расскажет. А вот как заставить все это работать — это уже на технических специальностях рассказывают, как раз на третьем курсе начинают, ага.

2326324 25.11.2013 Председатель правления ОАО "Роснано" Анатолий Чубайс (слева) и министр РФ по связям с Открытым правительством Михаил Абызов во время круглого стола Открытого правительства, посвященного созданию Федеральной службы по интеллектуальным правам, в агентстве РИА Новости в Москве. Сергей Субботин/РИА Новости

25.11.2013 Председатель правления ОАО «Роснано» Анатолий Чубайс (слева) и министр РФ по связям с Открытым правительством Михаил Абызов во время круглого стола Открытого правительства, посвященного созданию Федеральной службы по интеллектуальным правам, в агентстве РИА Новости в Москве. Сергей Субботин/РИА Новости

07.04.2015 г. Чем Михаил Абызов занимался в РАО «ЕЭС»

С Анатолием Чубайсом Абызова познакомил бывший член правления РАО «ЕЭС» Андрей Трапезников. В энергохолдинге Абызов отвечал за проблему неплатежей и сбытовую политику — самые больные вопросы. Долги потребителей за электроэнергию на момент прихода в РАО новой команды составляли несколько сотен миллиардов рублей. «Бартер и неизбежный криминал вокруг него, забастовки и даже голодовки энергетиков из-за многомесячных задержек по зарплате были обычным явлением», — перечисляет Трапезников. Сам Абызов в интервью Forbes утверждал, что за время работы ему удалось вернуть 200 млрд руб. долгов, а уже в 2000 году энергохолдинг собирал живыми деньгами 100% платежей. Абызов был «лучшим оперативником РАО «ЕЭС», говорит бывший менеджер монополии и первый гендиректор Е4 Петр Безукладников. Но в самой Группе Е4 у него никогда не было исполнительной должности.

Коллектором он был, значится. Работу выполнял инициативно, с огоньком. «Лучший оперативник» — это не шутка. Наверняка до бритья налысо жены очередного терпилы не опускался, сразу …того. Свет тушил, в общем.

9d68cf76f821ed1b4db438f6579dc94407.04.2015 г. Электрифицируй это

Из РАО «ЕЭС» Абызов ушел в 2005 году, не дожидаясь окончания реформы. А уже на следующий год было зарегистрировано ОАО «Группа Е4». Аббревиатуру можно трактовать по-разному, рассказывает первый гендиректор Е4 Петр Безукладников: «Е» — от английского engineering или energy, а цифра обозначала четыре главных функции так называемых EPCM-подрядчиков — engineering (проектирование), procurement (поставка), construction (строительство) и management (управление). Идея Абызова изначально была очень амбициозной — объединить лучшие из профильных активов и создать компанию, которая могла бы строить объекты электроэнергетики, начиная от первого пункта и до последнего, говорит Безукладников.

TASS_1240777-pic4_zoom-1000x1000-12075В том, что новая компания будет обеспечена заказами, сомнений не было. «Расчет был на то, что создается новый рынок, абсолютно неосвоенный, с большими деньгами. И тот, кто придет на него первым, получит лучшие контракты», — объясняет один из бывших топ-менеджеров РАО. На последнем этапе реформа электроэнергетической отрасли предусматривала, что предприятия монополии будут проданы частным инвесторам. Руководство РАО тогда планировало, что к 2020 году энергомощности в России должны удвоиться и составить 300 тыс. МВт. Для того чтобы обеспечить такой рост, все частные инвесторы, участвовавшие в покупке активов монополии, брали на себя инвестиционные обязательства, подписывая так называемые договоры предоставления мощности (ДПМ). В них было оговорено, сколько новых объектов, где и в какой срок должен построить инвестор, а за срыв обязательств ему грозили огромные штрафы (изначально — до 25% от суммы всей инвестпрограммы, впоследствии расчет штрафов не раз корректировался).

Прямо даже удивительно, откуда на таком «абсолютно неосвоенном» рынке вообще появились объекты электроэнергетики. Не иначе, инопланетяне построили и быстренько свалили, оставив все как есть таким мальчикам-с-пальчик.

-J9PWcZm1LC2lZIqzyCLCA07.04.2015 г. Если в 2006 году объем российского рынка строительства в сфере электроэнергетики оценивался в 170 млрд руб., то уже в 2007 году инвестпрограммы компаний, входивших в монополию, должны были суммарно увеличиться почти втрое — до 520,5 млрд руб.

Абызов знал, что будет спрос на инжиниринговые и строительные услуги, рассказывает один из его знакомых: «На тот момент этот бизнес был плохо развит в России. Местных подрядчиков полного цикла в стране не было в принципе, хотя рынок для них был колоссальный». Сам Абызов подтверждает, что приоритет работы Е4 — инжиниринг под ключ — был определен после того, как правительство решило, что «реализация инвестпроектов должна стать для инвесторов [выкупавших активы у РАО] обязательным элементом».

И тут Михаил Абызов неожиданном почувствовал себя министром, потом министерством, а потом даже немножко Советом Министров. Анализ по 12 макроэкономическим показателям? Нет, не слышали, в подворотне об этом не рассказывали. Нужен подрядчик полного цикла для выполнения хотелок типа «Пушшай от нашего дворца до вашего крыльца мост явится, анженерной работы из хрувсталя!»

20140905-abyzov07.04.2015 г. Подрядчик для строек века

Активы для своей будущей компании — ремонтные компании, проектные институты и строительных подрядчиков — Абызов частично выкупал у того же РАО «ЕЭС». Их госкомпания распродавала наряду со своими энергетическими «дочками» — ОГК и ТГК. Некоторые из купленных компаний создавались еще при СССР и были известны на рынке. К примеру, НПО по исследованию и проектированию энергетического оборудования им. И.И. Ползунова начало работать еще во времена плана электрификации ГОЭЛРО в 1920-е годы, а «Центрэнергомонтаж» в 1950-е годы участвовал в строительстве первой в мире атомной электростанции в Обнинске.

В торгах РАО структуры бывшего топ-менеджера монополии участвовали на общих основаниях, утверждают двое бывших коллег Абызова. Менеджеры РАО «искренне старались продавать активы энергохолдинга конкурентно», — свидетельствует бывший миноритарий и председатель комитета по стратегии и реформированию при совете директоров РАО «ЕЭС» Дэвид Херн. Правда, нельзя сказать, что инжинирингом в чистом виде инвесторы сильно интересовались, оговаривается он. «Ремонтные и строительно-монтажные активы тогда были абсолютно непривлекательны, — подтверждает бывший топ-менеджер РАО. — Многие из них, созданные еще в советское время, из-за неплатежей и отсутствия заказов влачили жалкое существование». Реанимировать их начали только в 2005–2006 годах, когда начались стройки в рамках реформы энергетики, добавляет он.

«Искреннее старание» это нынче такой критерий соблюдения уголовного законодательства для некоторых. Дальше еще интереснее — распродажа ремонтных подразделений говорит о том, что никто из «эффективных менеджеров» изначально не собирался заниматься нормальной эксплуатацией объектов. И отсутствие интереса со стороны инвесторов это только подтверждает. До всех заинтересованных лиц было доведено, так сказать. Чем не повод для возбуждения уголовного дела? Но прокуратуре как всегда страшно некогда, надо в мультфильмах сниматься.

KMO_147651_00155_1_t218_23195107.04.2015 г.  «РАО никому подарков не делало», — отрезает сам Абызов. Крупных активов, купленных у энергохолдинга, по его словам, было только два — подрядчик «Буреягэсстрой» с мощностями на Дальнем Востоке и Сибирский ЭНТЦ, специализирующийся на проектировании электросетевых объектов и теплогенерации. Первый обошелся Е4 в 1,1 млрд руб. (это в шесть раз превышало стартовую цену), второй — почти в 2,3 млрд руб. (или в 2,5 раза выше первоначальной стоимости), писал Интерфакс.
Из первой годовой отчетности Е4 следует, что в 2006 году в группу входило 12 холдинговых компаний с полусотней предприятий. Численность сотрудников Е4 тогда превышала 15 тыс. человек, а уже в следующем году увеличилась до 17 тыс. Forbes писал, что Абызов потратил на скупку активов для Е4 около 10 млрд руб. (более $370 млн по курсу 2006 года).

3809641Двое бывших топ-менеджеров РАО сомневаются, что расходы были так велики. Но сам министр согласен с этой оценкой. По его словам, он вложил в капитал компании больше половины от этой суммы, остальное она сама привлекла в виде кредитов. «Компания активно кредитовалась, но при ее выручке и портфеле заказов она могла себе это позволить», — говорит Абызов. По его словам, к 2010 году все кредиты, бравшиеся под скупку активов, Е4 погасила.

Принцип, по которому подбирались компании, вошедшие в Е4, был простым: где ожидается огромный проект, там и покупается строительная организация с необходимыми компетенциями, рассказывает один из друзей Абызова. К примеру, ​«Буреягэсстрой» — «единственная компания на Дальнем Востоке на тысячи километров бездорожья, у которой были в этом регионе необходимая техника и персонал», поясняет собеседник РБК: «Любому другому подрядчику, участвующему в тендере, пришлось бы включать в смету расходы на переброску сил». Но никакого инсайда у Е4 не было: информация обо всех стройках и тендерах была публичной с 2005 года, подчеркивает Абызов.

«Принцип» действительно простой как советская трешка: стать посредником между реальным исполнителем работ и заказчиком. Работать такая совершенно идиотская уголовная схема может только при разрушенном отечественном нормативном пространстве.

При нормальном инженерном подходе, с едиными сметами и нормативами, становится бессмысленным не только проведение каких-то «тендеров» с единственным участником, но и само существование таких шустрых посредников. Им просто не на чем будет кормиться.

KMO_120929_00251_1_t21007.04.2015 г.  С будущим гендиректором Е4 Петром Безукладниковым Абызов познакомился в РАО «ЕЭС», где тот отвечал за бизнес в Северо-Западном регионе. После ухода из энергохолдинга Безукладников возглавил российскую «дочку» итальянской Enel, которая также участвовала в распродаже активов РАО. Абызов поставил перед ним задачу «за три года создать из Е4 компанию международного уровня — прозрачную и публичную», вспоминает Безукладников. Для этих целей опыт работы менеджера на западную корпорацию показался владельцу Е4 полезным. «Мне важно было назначить человека, у которого, с одной стороны, есть понимание отрасли, а с другой стороны, — современный взгляд на построение публичной компании», — рассказывает Абызов.

В первые же годы Е4 договорилась о партнерстве со всеми крупными мировыми поставщиками оборудования — General Electric, Siemens AG, Mitsubishi, перечисляет Безукладников. «Для того чтобы наладить четкую систему управления проектами, мы использовали софт, благодаря которому я лично мог отслеживать все, что происходило на объектах. Тогда это сильно отличало нас от немногих конкурентов», — рассказывает он. Едва появившись на рынке, Е4 один за другим выигрывала крупные тендеры на строительство генерирующих мощностей. С группой конкурировали в первую очередь иностранные подрядчики (к примеру, испанский гигант Iberdrola), но их услуги часто оказывались дороже. Если в 2006 году Е4 работала в качестве генподрядчика только на строительстве небольшой Ейской ТЭЦ (18 МВт), то уже на следующий год в ее портфеле было контрактов на 79,2 млрд руб. Главным заказчиком группы на тот момент было все то же РАО «ЕЭС России» (впоследствии эти контракты перешли к «Интер РАО», «Газпром энергохолдингу» и другим покупателям активов монополии).

Здесь у еще все идет просто замечательно. Добивается отечественная тяжелая промышленность, чтоб «крупные мировые поставщики оборудования» получили выгодные заказы. Системное мышление отсутствует напрочь, зато есть специальный софт. Чем еще заняться директору, как не отслеживать лично, что происходит на объектах? Уровень линейной подрядной организации в сочетании с амбициями чуть ли не национального масштаба.

i07.04.2015 г.  «Ножницы» Чубайса

Выручка компаний Е4 в 2007 году, как следует из отчета группы, превысила 27,3 млрд руб., чистая прибыль составила 1,2 млрд руб. «Изначально я ставил задачу перед компанией занять порядка 15–20% рынка инжиниринга, но получилось в итоге даже больше — когда после первого кризиса с рынка ушли иностранные подрядчики, наша доля в строительстве генерации составляла, наверное, до 50%», — подсчитывает Абызов.

Но кризис ударил не только по конкурентам. В 2008 году стало очевидно, что планы Чубайса по удвоению энергомощностей несбыточны, констатирует один из бывших коллег Абызова по РАО. Под предлогом кризиса энергетики начали дружно лоббировать отказ от строительства новых объектов и перенос сроков строительства даже тех станций, которые они были обязаны построить по ДПМ. Правительство нередко шло им навстречу. «Миша просто попал в «ножницы» — действующие стройки сносились по срокам, а количество новых подрядов сильно уменьшилось», — объясняет собеседник РБК. Когда контрактов много, денежный поток в виде авансов обеспечен и проблем нет, когда он прерывается — любой форс-мажор на стройке может стать для подрядчика последним, добавляет топ-менеджер одного из заказчиков Е4.

Напоминает ситуацию, когда И.А. кричали в налоговой «заплатите налоги на этот подряд из аванса за следующий», правда? Только этот мальчик-с-пальчик налогов отродясь не платил, ему, похоже, на стройку одних авансов хватало.

Abyzov_64007.04.2015 г. Первый серьезный конфликт с клиентом у Е4 произошел как раз весной 2009 года. Неприятности начались на стройке входившей в «Газпром энергохолдинг» ОГК-2. Контракт на строительство двух парогазовых блоков (по 400 МВт каждый) на Ставропольской ГРЭС Е4 получила в 2007 году, когда сама станция еще принадлежала РАО. После приватизации заказ вместе с самой ОГК-2 достался компании «Газпрома».

Контракт на строительство нового блока на Серовской ГРЭС Е4 получила в рамках мирового соглашения с «Газпром энергохолдингом» в 2010 году, но в январе заказчик решил отказаться от услуг Е4. Срок ввода блока перенесли на 2017 год
Фото: e4group.ru

Стоимость работ составляла почти 18 млрд руб., половина из которых была выплачена Е4 в качестве аванса. Но в разгар кризиса ОГК-2 обвинила генподрядчика в том, что он забросил проект, и потребовала расторгнуть сделку, вернув аванс. Е4 стояла на том, что «дочка» «Газпрома» сама препятствовала строительству, не пуская компанию на стройку. «ОГК-2 решила, что им не очень-то нужны эти мощности на Ставрополье, они начали тормозить строительство, тогда мы стали документировать каждый шаг, каждый день писать письма заказчику, в итоге дело дошло до суда», — рассказывает свою версию событий один из бывших топ-менеджеров Е4. Источник, близкий к «Газпром энергохолдингу», возражает, что разорвать отношения с подрядчиком компания решила, когда стало понятно, что, «кроме забора и одиноко ездившего трактора, на площадке ничего не происходит».

Разбирательства растянулись почти на год. Суд признал расторжение контракта незаконным и отказался удовлетворить требования ОГК-2 по возврату аванса и процентов по нему. Но окончательно урегулировать конфликт стороны смогли только в 2010 году, заключив мировое соглашение: ОГК-2 согласовала с правительством перенос одного из блоков Ставропольской ГРЭС на Серовскую, а Е4 получила генподряд на этой стройке (спорный аванс в 9 млрд руб. полностью учитывался в новом контракте стоимостью 17,8 млрд руб.). Следом Е4 выиграла еще один крупный генподряд «Газпром энергохолдинга» на строительство парогазового блока на Череповецкой ГРЭС (420 МВт) (сумма контракта составила 17,83 млрд руб., построить блок компания должна была к концу февраля 2014 года).

17204«Портфель заказов в кризис мы сохранили и даже получили новые контракты», — подтверждает Абызов. Но из-за переноса сроков по многим стройкам выдержать бизнес-план все равно не удалось: годовая прибыль, которая в 2008 году планировалась на уровне 3–4 млрд руб., по факту сократилась примерно на треть, а планы по прибыли на 2009 год пришлось секвестировать уже втрое. Сервисное подразделение Е4 вынуждена была закрыть, говорит Абызов: многие энергокомпании еще до кризиса предпочли разными путями отказаться от аутсорсинга, несмотря на то что сами ремонтные активы Е4 выкупала у РАО вместе с уже заключенными контрактами на обслуживание энергообъектов.

В 2009 году Абызов решил, что Е4 нужен «антикризисный менеджер», и вместо Безукладникова пригласил на должность гендиректора компании своего знакомого по «Кузбассразрезуглю» Данилу Никитина, работавшего на тот момент в компании RU-COM (управляет активами Абызова). В мае 2011 года, когда кризис миновал, у Е4 появился третий по счету гендиректор — бывший топ-менеджер ФСК Владимир Калинин. Абызов говорит, что хотел, чтобы компанию возглавил «настоящий строитель». Но, проработав чуть больше года, Калинин ушел по собственному желанию — подвела полученная травма ноги, объясняла компания. Должность гендиректора после его ухода была упразднена, возглавивший в 2012 году Е4 Андрей Малышев получил пост президента компании. До этого он пять лет руководил одним из проектных институтов Росатома.

Ни к одному из руководителей компании претензий у Абызова сейчас нет. «Четыре гендиректора почти за десять лет работы компании — это немного, у вас в РБК руководители чаще менялись», — считает министр.

РБК вообще-то на порядок меньше этого самого Е4, но мальчику-с-пальчик что ширинкой управлять, что 15 тысячами человек — все одно. Главное, претензий к директорам нет, они менялись достаточно часто. Ну, вы понимаете.

Первый генеральный директор Е4 Петр Безукладников (справа) руководил компанией три года. Нынешний президент Группы Е4 Андрей Малышев (слева) возглавил компанию в сентябре 2012 года

Первый генеральный директор Е4 Петр Безукладников (справа) руководил компанией три года. Нынешний президент Группы Е4 Андрей Малышев (слева) возглавил компанию в сентябре 2012 года

img_166307.04.2015 г. Где гарантии?

«В нашем бизнесе музыку заказывает заказчик, в случае с Е4 — это в основном госкомпании», — говорит один из менеджеров группы. Требования к крупным строительным подрядчикам, действительно, «очень строгие», комментирует президент Е4 Андрей Малышев. «Авансов часто оказывается недостаточно, поэтому приходится кредитоваться, и практически под каждый этап строительства заказчик требует банковскую гарантию — под участие в конкурсе, под исполнение контракта, под поставку основного оборудования», — перечисляет он. Заказчикам нужны гарантии, ведь при срыве проекта они сами попадают на штрафы. Но работу подрядчика при таком устройстве бизнеса легко парализовать: как только что-то идет не по плану, заказчик требует от банка выплаты гарантий, на сумму этих выплат увеличивается долг генподрядчика.

Е4 оштрафовали на ее самом сложном проекте — строительстве блоков Няганской ГРЭС для финского концерна Fortum. Электростанцию стоимостью 64 млрд руб. предстояло построить с нуля, без инфраструктуры и в природных условиях, приравненных к районам Крайнего Севера. Контракт на общую сумму 13 млрд руб. с финнами был составлен так, что заказчик мог контролировать каждый шаг генподрядчика вплоть до доступа к внутренней системе управления проектами Е4, говорит источник, близкий к группе. Но это не помогло: пуск первого блока должен был состояться в апреле 2013 года, сроки были сорваны на 17 месяцев.

«Няганская ГРЭС» как-то не совсем по-фински звучит, да? И действительно, расположена она в Ханты-Мансийском автономном округе, а принадлежит… финнам. Как еще 5 ТЭЦ, 2 ГРЭС, 2 тепловых сети и 2 энергосистемы. Неплохо так прибарахлились по-быстрому. Не имея опыта строительства и эксплуатации сооружений и оборудования в подобных условиях, пользуясь взломом отечественной нормативной системой и законодательства, эти шустрики влезли в энергетику.

Понятное дело, по сравнению с Чубайсом и финны — специалисты по ГРЭС. Влезли, разумеется на уже готовое, пригребли себе наследие, созданное в свое время еще советскими инженерами. Далее от невероятных размеров прибылей возникает идея инвестиций в строительство новых мощностей. Финны, видимо, еще не опустились окончательно до уголовно уровня «украл-выпил-…-снова украл». И вот начинает проявляться ложь Ресина(?) про какие-то «западно-европейские стандарты» — строительство поручается отечественным организациям, которые последовательно уничтожались с начала «нулевых».

Президент России Владимир Путин (справа) и президент Финляндии Саули Ниинисте (слева) на церемонии официального открытия Няганской ГРЭС в сентябре 2013 года

Президент России Владимир Путин (справа) и президент Финляндии Саули Ниинисте (слева) на церемонии официального открытия Няганской ГРЭС в сентябре 2013 года

07.04.2015 г.  За срыв сроков Fortum пришлось заплатить 1,15 млрд руб. штрафов по ДПМ (по 72 млн руб. в месяц за просрочку на 16 месяцев, писал Интерфакс), Е4 компенсировала заказчику еще больше — 1,7 млрд руб., но в середине 2014 года вернулась на стройку третьего блока Няганской ГРЭС в качестве субподрядчика. Сам концерн Fortum комментировать отношения с подрядчиком отказался. «Никаких конфликтов не было — просто очень сложный проект», — комментирует Малышев.

Штраф, выплаченный финнам, — крупнейший в истории Е4, но были и другие, признает Малышев. Совокупный размер штрафов и сработавших гарантий он не раскрыл. В 2010–2011 годах кредитный портфель группы, по информации Малышева, составлял 16,5 млрд руб., к концу 2014 года портфель сократился до 12,5 млрд руб. Но еще около 9 млрд руб. составляла задолженность по «другим банковским продуктам», в том числе гарантиям, уточняет представитель компании. И около половины из этих 9 млрд руб. могут быть предъявлены к погашению.

Во второй половине 2012 года денег, поступавших в компанию, уже не хватало на обслуживание всех обязательств и на строительство, утверждает источник, близкий к компании. Абызов говорит, что финансовое положение компании было «стабильным» до лета 2014 года. Правительство в итоге окончательно отказалось от масштабных строек, новых крупных контрактов в энергетике почти не стало. Планы обзавестись собственной генерацией были у многих промышленных предприятий, но в 2014 году инвестиционная активность замерла. Е4 пробовала выйти на рынок дорожного строительства, но конкуренция на нем оказалась слишком высока. Компания также хотела сделать ставку на строительство сетей, но заказов от государственных электросетевых компаний почти не было.

В середине 2013 года Малышев начал готовить компанию к частичной продаже — речь шла о создании совместного предприятия с Росатомом. В СП должны были войти практически все активы Е4. Скорой сделкой топ-менеджеры компании успокаивали заказчиков и кредиторов, рассказывали РБК представители и тех, и других. Источник, близкий к Е4, утверждает, что для создания СП группу оценили немногим меньше, чем в $2 млрд (подтвердить эту цифру РБК не удалось). Представитель «Росатома» от комментариев отказался. Источник, близкий к госкорпорации, отмечает, что из-за долгов Е4 все переговоры по созданию СП были прекращены в декабре 2014 года.

ДПМ — это договор предоставления мощности, на всякий случай. Там по ссылке идет еще и изумительна по наглости идея «Газпрома» о дополнительной оплате потребителями работ «по совершенствованию энергообъектов». У них там одна голова на всех, судя по всему. Придумали идею брать деньги за капремонт жилья, теперь суют ее уже и в энергетику, и вообще во все места сразу.

В иных случаях мальчикам-с-пальчик даже сказочная гибкость, юркость и шустрость не помогает. Особенно часто это происходит в тех случаях, когда должен быть достигнут конкретный результат в определенные сроки и с заданной стоимостью. Собственно, в тех случаях, когда жонглеру финансовыми протоками неожиданно требуется стать инженером. Тут веселая менеджерская сказочка вдруг начинает заканчиваться.

Банки наносят удар

После Олимпиады сразу несколько крупных строительных компаний, работавших на ее объектах, оказались на грани банкротства. Банки признали бизнес подрядчиков высокорискованным и почти перестали кредитовать компании сектора. А в 2014 году, после введения международных санкций против России, рынок закрылся совсем.

План Е4 по выручке на 2014 год составлял 45 млрд руб., говорит источник, близкий к руководству группы. Но реальная выручка Е4 за январь—сентябрь 2014 года составила около 25 млрд руб. К лету компания уже не могла целиком обслуживать кредитный портфель в 12,5 млрд руб., признает Малышев. Менеджмент начал переговоры с банками о реструктуризации, но после катастрофичного обвала рубля кредиторам стало просто не до того. «Банки можно понять, у них население выносило депозиты со счетов», — рассуждает источник, близкий к руководству Е4.

Когда крупнейшие кредиторы Е4 — Альфа-банк и Сбербанк — подали иски о досрочном погашении кредитов, «это был триггер», описывает ситуацию собеседник РБК. Государственные заказчики Е4, по его словам, тут же начали приостанавливать контракты. С начала 2014 года соглашения с Е4 приостановили или разорвали «Интер РАО», ОГК-2 и КЭС Холдинг. К осени 2014 года денежный поток компании сократился с плановых 50 млрд руб. до 10 млрд. «Контракты — единственный источник обслуживания банковских гарантий и процентов, так что компания попала просто в замкнутый круг», — заключает он.

В декабре 2014 года «Интер РАО» объявила о расторжении договора с Е4 на строительство энергоблока 800 МВт на Пермской ГРЭС. Позднее правительство разрешило госкомпании перенести ввод блока в эксплуатацию на 18 месяцев
Фото: РИА Новости

Альфа-банк в феврале подал заявление в Главное управление экономической безопасности и противодействия коррупции (ГУБЭП) МВД с просьбой проверить, нет ли в действиях руководства Е4 признаков противоправной деятельности (мошенничества) в сфере кредитования, рассказывал РБК один из кредиторов Е4 и подтверждал источник в правоохранительных органах. Малышев утверждает, что у него нет информации об этом.

В переговорах с кредиторами Абызов не участвует, утверждает его знакомый: «Министр не может вмешиваться в деятельность коммерческих структур, это запрещено законом о госслужбе».

На момент предъявления претензий к Е4 банки к собственнику не обращались, говорит собеседник РБК. «Основные кредиторы пришли к акционеру с предложением докапитализировать компанию, когда смысла делать это по сути уже не было», — говорит он: Е4 уже была в дефолте с разрывом контрактов со стороны всех заказчиков. Получив просьбу помочь компании, Абызов предложил банкам для начала «вернуть все в первоначальное состояние» — отозвать иски, чтобы заказчики вернули все контракты. Альфа-банк пытался договориться с менеджментом Е4 до предъявления исков, но переговоры не дали результатов, поэтому банк обратился в суд, сказал РБК глава блока «Корпоративный бизнес» Альфа-банка Максим Першин. Сбербанк от комментариев для этой статьи отказался.

И здесь совершенно сказочное «вернуть все как было». И чтоб ничо за это не было.. ага. Не в этой сказочке, как говорится.

Распродажа

Крупных контрактов в портфеле головной компании группы Е4 не осталось, компания по сути превратилась в «управляющую», констатирует Малышев. Компания пытается договориться с кредиторами, предлагая все возможные варианты от продажи до создания СП.

У Е4 осталось десять дочерних структур, у половины из них — двух проектных институтов и нескольких строительных и пуско-наладочных компаний — есть собственная контрактная база, но это небольшие заказы длиной до года, говорит Малышев. Работающие компании, имеющие успешный опыт строительства, по его словам, потенциально представляют для кредиторов большую ценность, чем имущество компании — техника, здания, базы и пр. Средств на счетах компании фактически нет, утверждает Малышев. Сколько и кто должен самой Е4, руководство группы не раскрывает.

В базе данных арбитражных судов на момент выхода статьи было десять исков о банкротстве Группы Е4. Пока претензии по ним не превышают 100 млн руб., но уже в апреле право требовать введения процедуры внешнего наблюдения может получить Альфа-банк, говорит источник, близкий к Е4. И банк им, скорее всего, воспользуется, подтверждает его топ-менеджер.

Если компания пойдет с молотка, ее бенефициару ничего, кроме потери бизнеса, не грозит — никаких личных гарантий или залогов по кредитам Е4 Абызов не давал, говорит собеседник РБК, близкий к руководству Е4. На вопрос, готов ли он к ликвидации компании, Абызов не отвечает.

Попытку создания крупного подрядчика в энергетике основатель Е4 считает «результативной»: «Удалось создать уникальную компанию — в 2014 году при всех проблемах она сдала в эксплуатацию пять крупнейших проектов — такого ни одна компания в России за последние 15 лет не делала». За 2014 год Е4 ввела объекты общей мощностью около 2 ГВт, для сравнения, установленная мощность самой крупной электростанции в России — Сургутской ГРЭС-2 — почти 5,6 ГВт.

Проблема всех крупных строительных подрядчиков в России в том, что они живут «по принципу пирамиды — на пике строительства проблем нет, но потом дыры в бюджете образуются мгновенно, после чего заваливается вся компания разом», рассуждает топ-менеджер одного из крупнейших заказчиков Е4.

Абызов считает, что дело в заказчиках, которые стараются «выжать из подрядчиков максимум». Крупные подрядчики находятся сейчас в сложном положении, рассуждает он: «После мегастроек в Сочи и в рамках АТЭС «в живых» в дорожном строительстве остались одна-две крупных компании, а подавляющее число исполнителей этих контрактов не может похвастаться устойчивым состоянием».

«Через пять лет мы просто можем оказаться в ситуации, когда строить будет некому», — заключает Абызов, подчеркивая, что делами отрасли он сам с 2012 года занимается только в качестве министра. Поможет ли это созданной им группе? Уже в апреле подрядные компании могут надеяться на новую «дорожную карту» с первоочередными мерами поддержки своего бизнеса от Экспертного совета при правительстве РФ.

Особо подрасти мальчику-с-пальчик так и не удалось: под собой подъел, что не съел — запакостил. Да так запакостил, что через 5 лет там одно болото гнилое будет, старался же. А сам по дорожке из денежных крошек вернулся под гостеприимную крышу. Репутацию приобрел смельчака, опять же, в странствиях по Крайнему Северу  очень соскучился по женскому теплу и ласке. И стал он председателем «Открытого правительства», по работе с молодежью которое. Готовить новые кадры для Правительства и Думы.

У Сердюкова вон как хорошо организовано, по-военному: все в бантиках, формах, сидят рядочками. Физподготовка опять же. А в Думе вона сколько мужичков-то собралось, почитай все орлы… с краниками. И начал мальчик-с-пальчик пригожих девиц на выданье по всей России собирать да премудростям разным обучать. Потому как у спортсменки с физподготовкой это хорошо, а поговорить в перерывах между заседаниями с ними и не о чем…

С_подругами_из_молодежного_парламентаФатима Дадаева поделилась фотография Шамсудина Джамалудинова. 29 ноября 2014 г. в 22:10 ·

С подругами из молодёжного парламента

Bulach Magomedovich Chankalaev Ой какие красавицы )))))))

Дауд КрымхановХочу в парламент

Фото Адама Бергманна.

Адам Бергманн

Сергей ТкачевТолько всякие «молодежные парламенты» — это самая бесполезная и унизительная для граждан России форма «общественной жизни». Дублирует «

Общественную палату». Все, чтобы заткнуть рот тем, кому есть что сказать. Девушки — красавицы, спору нет! Вас, Фатима, уважаю. Но к вам вопрос, к троим — вы знаете, как за три месяца по нормативам решить все накопленные проблемы комплексно, в установленном порядке? НЕТ! Так может, бабоньки, вам все же перестать корчить из себя «парламенты» и девчонок развращая «простотой управления»?

И без них достало тупое партийное бабье, ни на что не пригодное.

Опять о женщинах во власти | Блог сетевого содружества «Технарь»

Сергей ТкачевИ замуж лучше брать не просто красивую, а скромную и честную девушку! А все эти «молодежные парламенты» — это хамство и наглость! У всех народов были Советы старейшин. А такие — сидели и училоись! И так неучей, выскочек и полудурок хватает.

Мальчики-с-пальчик в государственном управлении руководить учатся-учатся, и все никак не научатся. И их пример самым разлагающим образом действует на молоденьких не получивших хорошего домашнего воспитания девушек. Которые, как отмечено комментаторами, вполне могут рассматривать свою остановку в «молодежном парламенте», как предшествующую удачному замужеству.

Вот только во что портфолио обходится всему обществу? Ведь это действительно остановка, подмена общественного диалога, прежде всего на профессиональном уровне, такими вот смазливыми личиками. И комментариями в духе «пожалуйста без критиканства» и «если что не так, подскажите, постараемся что-то изменить». А в высшую иерархию государственного управления, даже в таком… игрушечном виде, следует идти, когда уже совершенно точно знаешь, что делать. Знаете, строго в русле высказывания об «устранении основных проблем в течении трех месяцев (одного квартала) ©». Потому что любое ошибка оплачивается жизнями сотен тысяч и миллионов людей, их временем, их стремлениями и надеждами.

Читать по теме:

b23b6681436ae80362bbd96

Один комментарий на “Мальчики-с-пальчики. Часть I”

  • avatar agk_ru says:

    Да, эти мальчики (и девочки) — это уже явление. Подросло новое поколение, желающих сладко жрать и ни за что не отвечать. Эти все раскрадут, разломают, затопчут и изгадят.

Оставить комментарий