Видео дня:
Календарь вебинаров
Ближайшие вебинары
Посещаемость блога
Flag Counter
Архивы
Принимаем статьи

Принимаем статьи по ак­ту­аль­ным макро­эконо­ми­чес­ким про­бле­мам, воп­ро­сам налого­об­ло­же­ния, дру­гим ак­ту­аль­ным те­мам со­вре­мен­ности.

После рассмотрения и одо­бре­ния ре­дак­цией при­слан­ных ма­те­ри­алов ваша статья бу­дет опу­бли­ко­ва­на на на­шем пор­тале. Ру­копи­си от­кло­няются без по­яс­не­ний, не ре­цен­зи­руют­ся и не воз­вра­щаются.

Статьи при­сы­лай­те в элек­трон­ном фор­ма­те в ви­де вло­же­ния по ад­ре­су

tehnar.blog@yandex.ru

Поддержать проект!
Поддержать материально Поддержать морально Поддержать духовно

Для чего развалили Союз

Для чего развалили Советский Союз? Чтобы самим с продажными бабами нажраться досыта. С криком: "Это ведь не ваше! Это — государственное!" и, чуть погодя: "Ви понимаете, что у государства больше нет денег?"

И какая разница, Россия или Азербайджан? Одно и то же позорище… Для того и развалили родину, что каждому вору по местечку, так грабить сподручнее.

При этом даже перестает удивлять какая-то слишком прямая связь (зависимость?) между бывшими республиками СССР, между всем происходящим на постсоветском пространстве — и мировым отстойником для воров в законе, Лондоне.

Мало кто заметил, что до сообщений в прессе о похождения в Лондоне супруги азербайджанского банкира пошли какие-то сообщения о том, что ее муж как-то неправильно ведет свой "бизнес". Хотя ведь они все ведут его по одному шаблону, одной кальке. Ну, посмотрим, как их там различают по степени преступных замыслов.

Кто хочет стать миллиардером, тот сядет

Почему азербайджанский банкир Гаджиев оказался в тюрьме и при чем здесь скандал с Danske Bank

 

Джахангир Гаджиев, Гейдар Алиев, Виктор Геращенко. 2002 год

Британия впервые применила закон о борьбе с «подозрительными» доходами, принятый на волне антироссийских санкций и заявлявшийся как нормативный акт, позволяющий начать охоту за «грязными деньгами» из стран бывшего СССР. Глава подразделения по борьбе с экономическими преступлениями Национального агентства по борьбе с преступностью Дональд Тун вскоре после принятия закона заявил, что Лондон теперь будет рассматривать богатых россиян в качестве потенциальных целей. Но первым человеком, в отношении которого был применен «антипрачечный» закон, оказался не россиянин, а Замира Гаджиева, супруга экс-главы Международного банка Азербайджана, которого еще в октябре 2016 года в Баку приговорили к 15 годам лишения свободы. И еще одна новость из мира больших денег, связанная с Азербайджаном. 19 сентября в Копенгагене, в главном офисе Danske Bank, одного из ведущих банков Северной Европы, прошла пресс-конференция по итогам внутреннего расследования, в ходе которого было установлено, что отделение DB в Эстонии «прокачало» около 200 млрд евро. В основном из бывших республик СССР. Прежде всего из России и Азербайджана.

«Азербайджанский ландромат»

Еще в мае финансовая инспекция Эстонии обнародовала доклад, из которого следовало, что через банки страны в 2011–2016 годах было отмыто более 13 млрд евро. Деньги проходили через счета нерезидентов и оседали за пределами Эстонии. А еще 4 сентября 2017 года Международный центр исследования коррупции и организованной преступности (OCCRP) опубликовал серию материалов, объединенных общим названием «Азербайджанский ландромат». В расследовании OCCRP детально описал, как в 2012–2014 годах через эстонское отделение Danske Bank Баку перекинул порядка 2,9 млрд долларов на счета зарегистрированных в Великобритании компаний Polux Management LP, Hilux Services LP, Metastar Invest LLP и LCM Alliance LLP. В последующем львиная доля этих денег якобы была использована для подкупа политиков и чиновников Европы и США.

В результате внутреннего расследования, проведенного в датском банке, были установлены имена 75 клиентов из Азербайджана, которые осуществляли переводы денег за пределы Эстонии, большей частью в Великобританию.

Danske Bank де-факто согласился с расследованием OCCRP и претензиями финансовой инспекции Эстонии. Гендиректор Danske Bank Томас Борген объявил об отставке.

Напомним некоторые подробности независимого расследования. OCCRP и датская газета Berlingske получили доступ к документам о 16 тысячах сделок на сумму 18 млрд крон, проведенных в 2011–2016 годах через счета, открытые в эстонском отделении Danske Bank компаниями, зарегистрированными в Великобритании.

Речь про уже упомянутые Polux Management LP, Hilux Services LP, Metastar Invest LLP и LCM Alliance LLP. Согласно данным британского реестра фирм, владельцами этих коммерческих структур числились офшорные компании. Но в документах, представленных в Danske Bank при открытии счетов, были указаны бакинские адреса владельцев и руководителей этих компаний. К примеру, компаниями Hilux Services LP и Polux Management LP, зарегистрированными в Глазго (Шотландия), через счета которых были выведены из Азербайджана 1,7 млрд долларов (больше половины из 2,9 млрд, засвеченных в «азербайджанском ландромате»), по документам владел и управлял Махаррам Ахмадов. Но OCCRP выяснил, что Ахмадов — всего лишь водитель одного из местных банков, проживающий на окраине Баку.

Интересно заявление главы Danske Bank Томаса Боргена перед отставкой:

— Ясно, что Danske Bank не смог справиться с ответственностью в деле о возможном отмывании денег в Эстонии. Я глубоко сожалею об этом. Несмотря на то что расследование сторонней юридической фирмы выяснило, что я выполнил все обязательства, я думаю, что для всех будет лучше, если я уйду с поста.

Как они стали врагами

Роль «насосной станции» в перекачивании 2,9 млрд долларов через эстонское отделение Danske Bank выполнил Международный банк Азербайджана (МБА). В то время МБА был крупнейшим банком Азербайджана. Кредитное учреждение было основано в 1992 году на базе Азербайджанского отделения Внешэкономбанка СССР. У банка работала разветвленная сеть филиалов и отделений, открытых по всему миру, — в США, Германии, Великобритании, России, в странах Ближнего Востока и Азии. МБА регулярно признавался лучшим банком на развивающихся рынках.

Возможно, что и председатель правления МБА Джахангир Гаджиев, занимавший эту должность с 2001 года, мог бы выступить с заявлением, аналогичным заявлению своего коллеги из Danske Bank Томаса Боргена, но еще 18 марта 2015 года Гаджиев сложил с себя полномочия председателя правления банка. А 5 декабря 2015 года экс-главу МБА арестовали и отправили в камеру бакинской тюрьмы.

Важная деталь. Что он может быть арестован, Гаджиев узнал, находясь за пределами Азербайджана. Друзья и родственники советовали ему «отсидеться» в Европе. Но он наивно верил, что стал жертвой оговора, что уголовное дело и основания для ареста сфабрикованы его недругами — высокопоставленными генералами МВД республики. И что вернувшись в Баку, он сможет доказать свою невиновность.

Надо сказать, что неприязнь между Гаджиевым и генералами МВД взаимная, уходящая корнями в трагические события февраля 2005 года, когда была похищена супруга банкира Замира. Похитители потребовали 15 млн евро в качестве выкупа. Но платить не пришлось. Пока шли переговоры с похитителями, министерство безопасности Азербайджана (аналог российской ФСБ) провело спецоперацию, в результате которой женщину освободили.

Освобождение Замиры Гаджиевой вылилось в серию арестов и уголовное дело, получившее известность как «Операция «Черный пояс». Следствие установило, что бандой, на счету которой оказалось 17 похищений и 12 убийств, руководил старший оперуполномоченный Главного управления уголовного розыска МВД Гаджи Мамедов. Заказ на похищение Замиры Гаджиевой главарь банды получил от своего непосредственного руководителя, начальника уголовного розыска МВД Азербайджана генерала Закира Hасирова.

В январе 2007 года десять отморозков из банды Мамедова были приговорены к пожизненному лишению свободы. Еще 13 человек отправились в колонии на сроки от 5 до 15 лет. Среди приговоренных к пожизненному оказался и генерал Насиров.

Заказчика и исполнителей похищения Джахангир Гаджиев хорошо помнил. Как не забывал и про влиятельных покровителей того же генерала Насирова в силовых структурах страны. Знал Гаджиев и о том, что уголовное дело в отношении него было инициировано и велось Главным управлением по борьбе с организованной преступностью МВД Азербайджана, хотя в этом управлении нет специалистов по банковским делам. Но есть друзья-соратники экс-генерала МВД Закира Насирова, которые, к слову, в марте 2017 года пролоббировали указ президента Азербайджана о помиловании и освобождении Насирова.

Зная обо всем этом, Гаджиев все равно вылетел в Баку. И был арестован. И тут же на банкира обрушился вал обвинений по целому букету статей.

В азербайджанской прессе фигурировали разные суммы, якобы украденные Гаджиевым и его сообщниками. От 1 до 8 млрд долларов. Итоговую сумму назвало министерство финансов Азербайджана в официальном пресс-релизе, распространенном 5 сентября 2016 года: с октября 2009 года по март 2015 года МБА выдал «безнадежных кредитов на 1,3 млрд манатов, 1,4 млрд долларов и 300 млн евро». А в азербайджанские СМИ утекла информация, что «следствие располагает неопровержимыми доказательствами, что около 3 млрд из банковских вкладов были разворованы самим Гаджиевым и членами его семьи».

Компания министра и прокурора

Минфин Азербайджана обнародовал свои подсчеты ровно за год до публикации расследования OCCRP об «азербайджанском ландромате». И вот что бросается в глаза: если сложить все «безнадежные кредиты» МБА, то получается примерно та же сумма 2,9млрд долларов, которая была переведена в эстонское отделение Danske Bank.

Примечательно, что пресс-релиз минфина Азербайджана появился, когда судебный процесс в отношении экс-главы МБА уже вышел на финишную прямую. А обвинение даже не заикалось о хищении из банка миллиардов. Максимум что смогли предъявить Гаджиеву — это присвоение 47 млн 144 тыс. манатов (это чуть меньше 30 млн долларов), выделенных в качестве кредитов физическим лицам.

Если следствие действительно сосредоточилось на безвозвратных кредитах, то удивительно, что другие выданные банком ссуды — реально безнадежные и большие суммы, но не связанные с Гаджиевым, — правоохранителей не заинтересовали. К примеру, кредит в один миллиард долларов, выданный компании «Аккорд», который явно никто не собирался возвращать. Не потому ли он не привлек внимания азербайджанских правоохранителей, что бенефициарами компании назывались, в том числе и в публикациях СМИ, генеральный прокурор и министр транспорта республики? Пресс-службе «Аккорда» даже пришлось опровергать обвинения, заявив, что «эти мысли могут возникать только у неопытных людей. Причиной процветания компании является не «ранг» ее руководителя, а его ум и подход к делу…». Стоит ли говорить, что после такого «опровержения» подозрения в причастности генпрокурора и министра к работе компании только усилились.

Но история этого кредита следствие и суд не заинтересовала. Равно как и роль минфина Азербайджана в возникновении проблем МБА. И не только. В ходе следствия Джахангир Гаджиев обвинил многолетнего министра финансов Азербайджана Самира Шарифова в целой серии непродуманных решений — к примеру, о девальвации, которая привела к серьезным потрясениям экономики Азербайджана.

В протоколе судебного заседания зафиксированы слова Джахангира Гаджиева: «Меня обвиняют, что некоторые кредиты не были возвращены, но срок их погашения еще не завершился. Сейчас все берут кредиты… У двух миллионов людей по стране имеются задолженности… Тогда нужно ликвидировать банковскую систему и задержать тех, кто выдает кредиты».

Гаджиев также напомнил, что членами аудиторской комиссии МБА были сотрудники министерства финансов Азербайджана: «Они сидели в банке и подписывали все решения. Но почему-то ни один факт, связанный с лицами из аудиторской комиссии, финансового совета, правления банка не был отмечен в обвинительном акте». В ходе судебного процесса, Гаджиев заявил, что если его обвиняют, то уж Шарифов точно должен сидеть рядом с ним на скамье подсудимых.

Надо ли говорить, что суд не услышал Гаджиева. И на ходатайство о вызове Шарифова в суд, чтобы допросить в качестве свидетеля, ответил отказом. А экс-главу МБА приговорил к 15 годам лишения свободы. Другие фигуранты уголовного дела получили от восьми с половиной лет лишения свободы до условных сроков.

Среди приговоренных к трем годам условно оказался и Кенан Оруджев, бывший глава филиала Международного банка Азербайджана Neqliyyat. Это тот самый филиал МБА, через который и были проведены транзакции в эстонский филиал Danske Bank на общую сумму порядка 2,9 млрд долларов. Эти транзакции следствие и суд не заинтересовали. И наказание в виде трех лет лишения свободы условно, к которому был приговорен Кенан Оруджев, вызывает вопрос: не связан ли такой гуманизм с тем, что именно руководитель одного из 35 филиалов МБА, при этом единственного филиала, использовавшегося в качестве одного из звеньев «прачечной», работавшего автономно от головного офиса МБА, доподлинно знал, что это за 2,9 млрд долларов, выведенные из Азербайджана и использованные для подкупа чиновников и политиков Европы и США, и мог заговорить?

Очевидно, что мониторинг и конт­роль конкретных банковских проводок в Neqliyyat не входили в непосредственные должностные обязанности председателя правления банка Гаджиева. Но вызывает недоумение, что и государственные надзорные органы «не обратили внимания» на подозрительные транзакции, и прокуратура решила не разбираться с этими проводками. Не потому ли, что «азербайджанский ландромат» продолжал безотказно работать автономно от Гаджиева, который, повторюсь, 10 марта 2015 года покинул должность председателя правления МБА, и даже когда он уже был приговорен к 15 годам лишения свободы?

Известный азербайджанский журналист Хадиджа Исмаилова, принимавшая участие в расследовании OCCRP, считает, что Гаджиева осудили не за коррупцию, а за нелояльность президенту Азербайджана Ильхаму Алиеву. «Мы еще в 2010 году провели расследование о кредитах, выданных МБА без серьезных гарантий. Но власть предпочла не заметить это расследование», — рассказала Исмаилова «Новой».

И следствие, видимо, знало, что основательное расследование происхождения денег, выведенных из страны, приведет к политической элите Азербайджана. А такие «открытия» чреваты трагическими последствиями.

Для журналистки Хадиджи Исмаиловой антикоррупционные расследования обернулись тюремным заключением по откровенно сфабрикованному уголовному делу. А журналистке из Мальты Дафне Каруане Галиции расследование о коррупционных доходах семьи президента Азербайджана Ильхама Алиева и подкупах чиновников Мальты стоило жизни.

Весной и летом 2017 года в газете Malta Independent были опубликованы расследования Галиции о том, что офшорные компании, контролируемые семьей премьер-министра Мальты, получали деньги от компаний, связанных с дочерью президента Азербайджана Ильхама Алиева. В стране разразился политический кризис, правительство ушло в отставку, и были назначены досрочные выборы.

Дафна продолжала заниматься расследованием, собирая в том числе и информацию о компаниях, контролируемых семьей президента Азербайджана. Но завершить расследование Дафна Каруана Галиция не успела. 16 октября 2017 года в автомобиль журналистки было заложено взрывное устройство, которое сработало, едва Дафна отъехала от дома.

Вопрос на треть капитала

Нужны ли еще объяснения, почему в Азербайджане не стали заниматься проверкой происхождения 2,9 млрд, выведенных из страны и засветившихся в расследовании OCCRP «Азербайджанский ландромат»? Удивление вызывает другое: следствие по делу представило в суд доказательства, что треть акций МБА контролировал Джахангир Гаджиев. А в судебном решении зафиксировано, что в МБА были возвращены принадлежащие Гаджиеву и его семье акции на сумму 184 млн манатов.

Тут надо напомнить, что Джахангир Гаджиев занял должность председателя правления МБА в марте 2001 года, приняв предложение Гейдара Алиева, президента Азербайджана. К тому времени Гаджиев уже был успешным предпринимателем, и его переход на работу в банк не был переходом на госслужбу. Несмотря на то что государству в МБА принадлежит больше половины акций, это все-таки не государственный банк в чистом виде. Возглавив банк, Гаджиев начал скупать акции банка, которыми владели физические и юридические лица. И к 2010 году он лично контролировал порядка 30% акций. Но на себя он оформил лишь 0,2%, остальные — на родственников и близких друзей.

В ежегодных финансовых отчетах МБА зафиксировано, что банк регулярно выплачивал дивиденды. К примеру, в 2008–2010 годах на треть акций МБА, контролируемых Гаджиевым, ежегодно выплачивалось порядка 10 млн долларов. В 2011 году МБА сократил выплату дивидендов, направив большую часть прибыли на развитие банка. Но даже в этот год на акции, контролируемые Гаджиевым, было начислено около 2,5 млн долларов дивидендов. А всего до 2015 года только в качестве дивидендов по акциям МБА, контролируемым Гаджиевым, было выплачено более 50 млн долларов. Эта сумма, к слову, значительно превышает сумму, потраченную Замирой Гаджиевой на приобретение недвижимости в Лондоне, за которую британские власти требуют от нее отчета.

Не идеализирую экс-главу МБА Джахангира Гаджиева: оформление акций на подставных лиц, конечно, не красит его. Но это даже по азербайджанскому законодательству не тянет на преступление. А у него, видимо, были серьезные основания не афишировать, что треть крупнейшего в Азербайджане банка МБА принадлежит лично ему. Более того, незадолго до отставки Гаджиева менеджмент МБА начал подготовительную работу по выведению банка на IP, планируя залистинговать акции МБА на крупнейших мировых биржах. А этому должна была предшествовать приватизация госпакета акций МБА.

Именно тогда до главы государства Ильхама Алиева довели информацию, что Джахангир Гаджиев намерен приобрести крупный госпакет акций МБА и уже начал вести переговоры на Западе о получении кредитов на эту сделку. Переговоры были предварительные и явно не санкционированные правящей элитой Азербайджана. Этого Гаджиеву, по всей видимости, не простили. Но, даже покинув должность председателя правления МБА, он не отказался от планов принять участие в торгах по покупке госпакета акций банка, подготовка к которым началась 15 июля 2015 года, когда президент Азербайджана Ильхам Алиев подписал указ № 570 о приватизации акций, принадлежавших государству.

Можно только догадываться, как преподнесли эту информацию Ильхаму Алиеву. Возможно, как вопиющую наглость. И президент Азербайджана дал добро на арест Гаджиева. Хотя ради принятия этого решения пришлось поставить под сомнение репутацию своего отца, Гейдара Алиева. Потому что, напомню, именно Алиев-старший в 2001-м пригласил Джахангира Гаджиева в МБА, поставив перед молодым предпринимателем амбиционную задачу: вывести банк в число лучших коммерческих банков постсоветского пространства. Выходит, что Гейдар Алиев в нем ошибся?

***

Когда работа над этой публикацией близилась к концу, из Баку пришла новость, что Джахангиру Гаджиеву предъявлено новое обвинение. По уголовному делу, на этот раз связанному с Россией, а именно с московским отделением МБА. И снова по целому букету статей УК Азербайджана, включая неуплату налогов.

И пока Джахангиру Гаджиеву выкатывали все новые и новые счета на оплату, его жена в явной истерике начала спускать все "нажитое непосильным трудом" в Лондоне. Как это типично для воровской постсоветской "элиты"!

Траты довели Замиру Гаджиеву до ареста

Что будет с состоянием супруги азербайджанского банкира, арестованной в Лондоне?

Супругу азербайджанского банкира Замиру Гаджиеву арестовали в Лондоне: к потратившей в британских универмагах десятки миллионов фунтов стерлингов женщине применили закон «О доходах неустановленного происхождения». Последние несколько лет Гаджиева регулярно приобретала люксовую одежду, ювелирные украшения и дорогие часы. Теперь ей придется доказать законность средств, на которые совершались покупки. Что будет с ее богатствами? В ситуации разбирались Яна Лубнина и Анастасия Ройзман.
 

 

Благодаря процессу Замира Гаджиева превратилась в главную знаменитость Великобритании. О ней пишут все ведущие британские СМИ, а таблоиды подсчитывают, сколько стоят ее наряды. Дошло даже до собаки Гаджиевой. The Daily Mail выяснила, что померанский шпиц обошелся ей в 10 тыс. фунтов стерлингов, примерно во столько же газета оценила уход за питомцем. Но это ничто по сравнению с тратами Гаджиевой в главном универмаге страны Harrods: за десять лет она оставила там 16 млн фунтов стерлингов — выходит, что ежедневно на шопинг она выделяла по 4 тыс. фунтов стерлингов.

До поры до времени эти траты не беспокоили британское правосудие, но на волне антироссийских санкций в этом году был принят так называемый закон о «Макмафии». Гаджиева стала первой иностранкой, попавшей под его действие, рассказывает собственный корреспондент «Ъ FM» в Лондоне Андрей Остальский: «Впервые Национальное агентство по борьбе с преступностью Великобритании применило на практике новый закон, который позволяет делать запросы о происхождении значительных денежных средств.

И в том случае если не доказать легальное происхождение этих средств, они могут быть просто конфискованы.

В каком-то смысле этот закон удивителен: теперь человек, которому направлен такой запрос, сам должен доказывать документально и юридически, что он ни в чем не виноват, не украл свои богатства ни у кого».

Для оплаты своих бесчисленных покупок Замира Гаджиева использовала 35 безлимитных кредиток, выданных банком ее мужа Джахангира Гаджиева. Сам он сейчас в тюрьме: суд Азербайджана приговорил топ-менеджера к 15 годам тюрьмы за финансовые махинации. Помимо мелких покупок, Гаджиева совершала и крупные: больше всего британские власти интересуются ее недвижимостью в Лондоне на 22 млн фунтов стерлингов, в том числе ей принадлежит роскошный особняк, расположенный в пяти минутах ходьбы от Harrods. В интервью «Ъ FM» депутат британского парламента Джон Глен заявил, что подобные проверки в будущем грозят и другим россиянам:

«Новый закон направлен на борьбу с отмыванием денег. Люди, располагающие большими богатствами, должны быть в состоянии объяснить происхождение средств. Жителям Великобритании не нравится, что в страну приезжают люди, сколотившие состояние благодаря дружбе с кем-то из политических лидеров, мы называем это коррупцией. Этот закон будет эффективен, сейчас обрабатывается большое количество подобных дел. Проблема лишь в том, что на сбор информации уходит много времени».

Конфискованные у Гаджиевой ювелирные украшения на 400 тыс. фунтов стерлингов теперь могут продать на аукционе Christie's. Такая же судьба ждет и другие активы «королевы шопинга», отметил председатель коллегии адвокатов «Сазонов и партнеры» Всеволод Сазонов: «В законе говорится о санкциях, которые могут налагаться на имущество, о запрете им пользоваться, его возможном изъятии. В случае, если будет не доказана легальность происхождения денежных средств, они могут быть арестованы и изъяты. Если докажут, что эти средства похитили, я думаю, интерес Азербайджана будет в том, чтобы их вернуть.

Но механизм возврата средств на территорию той страны, откуда они были похищены, закон не предусматривает, его смысл именно в возвращении имущества в собственность Великобритании».

Закон о «Макмафии» не предусматривает сроков заключения, но в ближайшее время Замира Гаджиева может быть экстрадирована в Азербайджан, где ее обвиняют в присвоении денежных средств. По этой статье ей уже грозит реальный тюремный срок.

Защита признает, что Гаджиева вела расточительный образ жизни, однако отвергает обвинения в мошенничестве. Кроме того, адвокаты указывают, что она приехала в Великобританию после похищения в Азербайджане, поэтому экстрадировать ее на родину нельзя.

Такой вот нынче получился "красный день календаря" на 7 ноября… Но при этом, пока все искали фотографии этой банкирской сладкой парочки из Азербайджана, все время натыкались на семейные фотографии совершенно других Гаджиевых… с довольно хорошими и даже в чем-то светлыми лицами.

Впрочем, лица у этой семьи были даже очень красивые, особенно дети. И не хотелось думать, будто отец семейства мог также обворовывать все общество, а такая красавица-жена — спускать наворованное в лондонских бутиках…

5 ноября 2014 г. БЫТЬ ЖЕНОЙ АСАФА ГАДЖИЕВА. НАРМИНА ГАДЖИЕВА 

Академик национальной академии наук Азербайджана, член Милли Меджлиса, депутат от партии "Ени Азербайджан", профессор Асаф Гаджиев своим активным участием в научной и политической жизни страны широко известен в Азербайджане и за его пределами. Его путь в мир науки начался в 1973 году, когда он окончил МГУ им. М.В.Ломоносова и вскоре стал кандидатом физико-математических наук. Волевой, твёрдый, целеустремлённый и требовательный, в первую очередь к самому себе, Асаф муаллим никогда не останавливался на достигнутых результатах. 

Каково жить с человеком, обладающим всеми этими качествами, неустанно стремящимся покорять вершины на своём поприще, поддерживать и быть рядом, рассказала его супруга Нармина Гаджиева. 
 

— Какова ваша история знакомства с будущим супругом?
 

— Асаф с 16 лет жил в Москве и учился в МГУ им. М.В.Ломоносова, где защитил кандидатскую диссертацию. В Баку он вернулся, чтобы жениться. На тот момент невест чаще искали в мединституте, как-то это было очень модным. Я же училась на втором курсе Медицинского института, где преподавала знакомая Асафа. И меня он увидел в институте. До сих пор он вспоминает, что, когда нашёл мой номер телефона и собирался звонить, мог предположить разные мои ответы, но только не такой. В ответ на "Можно с вами познакомиться?" я ответила: "Ну что же, я буду знакомиться со всеми, кто мне звонит?" (смеётся).

Тогда наш разговор ничем не закончился. Позже он позвонил снова, стал рассказывать о себе и я, почувствовав серьёзность человека, его намерений, согласилась увидеться с ним в институте.


 
— И как прошла первая встреча?


— До сих пор помню — в тот день на мне было розовое платье, а он пришёл с огромным букетом розовых цветов для меня. Мы прогулялись, поговорили, он сказал, что я ему нравлюсь, но с моей стороны любви с первого взгляда не произошло. На следующий день он позвонил и снова предложил встретиться, но я для себя решила, что пойду на встречу и скажу о том, что не хочу никакого продолжения отношений. 

На тот момент я вообще не думала начинать общение с кем-то, а уж тем более выходить замуж. В итоге, когда я всё это сказала ему, он ответил, что пусть пройдёт время, позже увидимся снова. Я выслушала его и подумала, что на этом всё.
 

Дело шло к лету, как раз заканчивалось время учёбы, Асаф должен был уезжать в командировку на конференцию и сказал, что позвонит мне по приезду. Буквально через два дня мне звонят и говорят, что на моё имя заказной звонок. Так мы стали общаться.

Вообще, я всегда думала о том, что выйду замуж за человека старше себя, так как сверстники мне вообще были неинтересны. Может, это от того, что в семье я была самой младшей, видела постоянную заботу, опеку и казалось, что и в дальнейшем рядом должен быть человек, который относился бы ко мне так же.


 

— Когда наступил тот час икс и вы, наконец, решили идти по жизни вместе?
 

— Всё шло своим чередом, мне было интересно в его компании, он с юмором рассказывал о своём студенчестве в Москве, о том, как проходили дни учёбы и жизни в студенческом общежитии. Так мы долго общались и примерно через полгода решили, что должны быть вместе. Но поженились не сразу, так как мои родители совсем не знали его и перспектива раннего замужества дочери их тоже не радовала. 

Асафу уже было около 30 лет и родителям казалось, что это большая разница в возрасте и мне будет тяжело. Мой отец был академиком, долгое время работал директором Онкологической больницы, а мама была глазным врачом, кандидатом наук и они хотели, чтобы прежде, чем выходить замуж, я закончила институт и поступила в аспирантуру.

Но сваты Асафа приходили на протяжении 6 месяцев и мои родители сдались (улыбается). Примерно через полтора года после нашего знакомства мы поженились, тогда я уже была на 4-ом курсе института и мне едва исполнилось 20 лет.


— Совмещать очное посещение института и семейную жизнь с присущим ей бытом было сложно?
 

— Было очень тяжело. Стать женой и хозяйкой в доме для девушки, всегда находившейся под опекой, непросто, и свои трудности, конечно, были. Нужно было одновременно заниматься учёбой, готовить и убирать. Но, благо, мой муж оказался не особо капризным человеком в плане быта. Самое сложное началось через год, когда я была в положении, а Асаф на 6 месяцев уезжал работать за границу. Тогда, в советское время, такого рода предложения были очень редкими, поэтому упустить шанс было просто невозможно, к тому же он всегда говорил, что делает всё ради нашего будущего.
 

— Как вы пережили достаточно долгое отсутствие супруга?


— Через 3 месяца после его отъезда родился Гаджи. Эта поездка послужила трамплином в карьере супруга, его узнали на международной арене, к тому же он получил хорошую практику английского языка, что помогло ему в преподавании в университетах мира, куда его приглашали. Всё то время мы писали друг другу, так как телефонные разговоры были редкими и, как правило, короткими. Его письма есть у меня до сих пор, правда не знаю, сохранил ли он мои, надо будет посмотреть (смеётся).

— Значит, своего первенца Асаф муаллим увидел уже в трёхмесячном возрасте?


— Да, и, кстати, случилось это очень необычно (улыбается). В тот же период родился сын и у моего брата и по приезду Асафа мы положили перед ним обоих, чтобы он определил, кто же его сын. Но Гаджи — вылитый папа, и Асаф сразу его узнал, сказав, что сын улыбнулся ему (смеётся).

— Командировки стали достаточно важной частью жизни вашего супруга, а значит и вашей, не так ли?


— Да. В связи с отъездами он не присутствовал в день родов ни одного из 3 наших детей (смеётся). Когда родилась Мензер, он был в докторантуре в Москве, а когда родился младший, Джавид, он уже работал в Турции. Эти командировки продолжаются до сих пор и если сейчас они связаны и с политикой, то тогда это были только научные. Он всегда хочет быть в центре всех событий в науке. Он любит то, чем занимается, всегда что-то рассказывает о своей работе, когда приезжают профессора из-за границы, обязательно приглашает их к нам в гости.


 

— Насколько я знаю, вы какое-то время прожили в Москве, а позже — в Стамбуле?


— Да, это так. Когда предстоял переезд в Москву, я думала, что Гаджи уже можно отдать в детский сад, а я, не теряя момента, пройду двухлетнюю стажировку в институте им. Федорова в Москве, но так получилось, что родилась Мензер (улыбается) (Прим.ред. Мензер Гаджиева — дизайнер, основатель бренда Art Scarves by Menzer Hajiyeva).

Но с двумя детьми сложно, мне удалось лишь окончить специальные курсы. Асаф хотел, чтобы я защитила докторскую диссертацию, но после защиты кандидатской я решила посвятить себя семье, детям. В общей сложности в Москве мы с детьми прожили 2 года, но было очень тяжело, особенно из-за климата. Чего стоили одни только прогулки зимой 2 раза в день с детьми, которых нужно было одевать в несколько слоёв одежды, чтобы они не замерзли и не промокли от снега. Пользоваться коляской в сугробах было невозможно, поэтому приходилось ещё и спускать сани (смеётся). В Турцию мы переехали в 1993 году уже с тремя детьми.


  

— Как вы справлялись без помощи родителей и близких?
 

— (улыбается) Мало спала, рано вставала, поздно ложилась, собой, можно сказать, не занималась. 

Моя мама была такой же, в семье было поставлено так, что в первую очередь все делалось для папы, т. е. мама все обязанности по быту взяла на себя, чтобы папа учился, работал. Но, думаю, мне всё же было легче, чем в своё время маме. Например, мы успевали гулять всей семьёй и даже выезжать за границу, особенно, когда жили в Турции. Умудрялись не только ездить по разным городам Турции, но и побывать во Франции, Германии. Но, опять-таки, всё это происходило с огромным количеством детских вещей, сосками, колясками (улыбается).

— Влиял ли ваш супруг на выбор профессии детей?


— Дети делали выбор профессий сами. Особенно Мензер, так как творчеством до неё в нашей семье никто не занимался. Для меня творчество — это абсолютно другой мир, ведь в моей семье все были врачами, и я даже была против того, чтобы Мензер занималась дизайном. Мне казалось, что это будет очень сложным, потребует много усилий. 

Но, по правде говоря, мы с мужем демократично настроены к детям. Если старшего сына он подтолкнул к учёбе за границей, рассказывая о своём опыте и о том, что самостоятельность очень важна и многое даёт, то касательно Мензер мы были против. Но она очень похожа на отца своей целеустремлённостью. Вообще, Асаф строгий, вспыльчивый, но очень отходчивый, быстро остывает.

— Хвалите ли вы своих детей?

— Мне кажется, что важнее, когда их хвалит кто-то другой, ведь со стороны всегда виднее. Похвала своих детей — подобна художнику, восхищающемуся собственными картинами.

В мире и согласии

Мир и согласие — это те важные составляющие счастливой семейной жизни, о которых так мечтает каждая пара, связывающаяся себя узами брака. И лишь годы жизни под одной крышей, преодоление трудностей и счастливые события дают возможность узнать больше о характерах друг друга, понять человека, где-то даже открыть его заново, другими словами, научиться жить вместе, жить в мире и согласии. 

— Бывают моменты, когда моральная усталость сложнее, чем физическая. С вами такое случалось?
 

— Да, но в основном они возникали в отсутствие Асафа, особенно, когда дети были маленькими. Когда кажется, что уже просто не можешь, очень помогают близкие, родные. Мама мне всегда говорила, что нужно благодарить Бога за то, что всё хорошо, что все живы и здоровы, а когда на душе тяжело, помнить — завтра будет лучше. 

По-настоящему тяжело морально мне было, наверное, раз в жизни, когда не стало мамы. Асаф очень поддерживал меня, постоянно выводил из депрессии, говорил, что я должна побороть саму себя, отвлекал разными способами. Порой я даже возмущалась, когда он приводил гостей в тот период, но это действительно, отвлекало меня, помогало отходить. Я очень благодарна ему.

— Какое качество в характере Асаф муаллима удивило вас?

— Знаете, раньше я думала, что, если человек сделал что-то плохое, я уже никогда не смогу думать о нём хорошо. Но Асаф смотрит на людей иначе: он оценивает как плохие, так и хорошие поступки, качества людей. Со временем он привил это и мне. 
   

— За годы жизни видите ли вы изменения в характере супруга?
 

— Изменения произошли только в лучшую сторону, так как вначале каждый из нас хотел показать свой характер. Но постепенно я заметила, что он тоже умеет уступать. Хотя, конечно, в основном уступаю я (улыбается), но это всё больше по мелочам, не глобально.

Помню, как в первый раз мы поругались с ним из-за чего-то и я, обидевшись, решила уйти к родителям и больше не возвращаться. Я пришла к родителям с вещами, но папа, даже ни о чем не спросив, взял мои вещи и привёз назад домой. Муж не знал об этом, то есть, я успела уйти и вернуться ещё до его прихода с работы (смеётся). 

А недавно, когда я рассказала это Асафу, он ещё больше зауважал моего папу, который всегда считал его своим старшим сыном. Вообще, он очень теплый в общении с моими родственниками, к моим родителям всегда относился, как к своим, и мои братья считают его страшим братом.
 

— Какие качества должны быть в паре, чтобы сохранить счастливую семью на долгие годы?
 

— Во-первых, должна быть любовь. Может, это и звучит банально, но отношения должны быть взаимными с любовью, доверием и поддержкой в трудную минуту. Мужчина должен серьёзно относиться к браку, семье, заботиться о будущем, думать о том, что ждёт его семью завтра. И, конечно, должно быть трудолюбие, ведь просто чего-то желая, ничего не достигнешь.


 

— Супруг часто благодарит вас за ваши, так сказать, женские тяготы будничной семейной жизни?

— Благодарность он больше проявляет не на словах, а своей заботой о семье в целом, ведь на его плечах действительно очень многое. На мой юбилей наша дочь Мензер подготовила сюрприз — минифильм, где наши близкие и родственники говорили обо мне. И вот тогда он меня похвалил, сказал, что я — хорошая, очень заботливая и добавил: "Она — честь нашей семьи. Единственное, что мне не нравится, так это то, что Нармина слишком честная. Нельзя же все говорить так открыто, можно ведь порой не сказать" (смеётся).


 

— Быть женой Асафа Гаджиева — это…


— Это большая ответственность, ведь, как политик и учёный, он постоянно на виду, а значит, я должна соответствовать. Я — счастливая женщина и могу сказать, что за время замужества ни разу не пожалела о том, что вышла замуж за Асафа.

P.S. Если бы мне нужно было дать описательный портрет этой женщины в двух словах, то я бы не задумываясь сказала — хранительница очага. Спокойствие и тепло, которые исходят от неё, без сомнения, абсолютно точно отражают энергетику и внутренний мир. Наверное, всё-таки женами рождаются… 

Как видите, на этих солнечных азербайджанских фотографиях нет абсолютно ничего, чего бы у этой семьи не было бы при советском строе. А главное, лучшее с ними произошло в советское время, им просто (в числе очень немногих) удалось все это сохранить. Очень надеюсь, что без бюджетного воровства и ростовщичества… очень хочется в это верить.

Оставить комментарий