Видео дня:
Календарь вебинаров
Ближайшие вебинары
Посещаемость блога
Flag Counter
Архивы
Принимаем статьи

Принимаем статьи по ак­ту­аль­ным макро­эконо­ми­чес­ким про­бле­мам, воп­ро­сам налого­об­ло­же­ния, дру­гим ак­ту­аль­ным те­мам со­вре­мен­ности.

После рассмотрения и одо­бре­ния ре­дак­цией при­слан­ных ма­те­ри­алов ваша статья бу­дет опу­бли­ко­ва­на на на­шем пор­тале. Ру­копи­си от­кло­няются без по­яс­не­ний, не ре­цен­зи­руют­ся и не воз­вра­щаются.

Статьи при­сы­лай­те в элек­трон­ном фор­ма­те в ви­де вло­же­ния по ад­ре­су

tehnar.blog@yandex.ru

Поддержать проект!
Поддержать материально Поддержать морально Поддержать духовно

Луций Корнелий Сулла

Сулла происходил из постепенно угасавшей патрицианской семьи, представители которой давно не занимали высших государственных постов. Прапрадед Суллы, Публий Корнелий Руфин, был консулом 290 и 277 до н. э., прадед и дед (обоих звали Публиями) были преторами, а отец, Луций Корнелий Сулла, не сумел достичь и преторства. Также известно, что у Суллы был родной брат Сервий.

Сулла рос в небогатой обстановке. Впоследствии, когда Сулла стал одним из влиятельнейших людей в Риме, его часто упрекали за то, что он изменил своему скромному образу жизни. 

Впрочем, Сулла всё же получил хорошее образование (в частности, он хорошо владел греческим языком и хорошо знал греческую литературу). В то же время, Сулла в молодости вёл распущенный образ жизни (за это его особенно сильно порицает его главный биограф, моралист Плутарх).

Службу Сулла начал примерно на 3 года позже, чем другие — личным квестором Гая Мария в 108 году. Гай Марий, избранный консулом на 107 год, должен был отправиться в Африку, где Рим завяз в войне с Нумидией царя Югурты (начавшейся в 110 году).

Существует предположение, что Сулла получил должность квестора и командование в войне благодаря женитьбе на родственнице Гая Мария. Отмечается также, что Сулла мог выбрать Мария из двух полководцев, к которым можно было присоединиться (вторым был Луций Кассий Лонгин, вскоре разгромленный германцами). Первым заданием Суллы был сбор в Италии значительного вспомогательного конного войска и переброска его в Северную Африку. Сулле потребовалось лишь несколько месяцев, чтобы справиться с этим и зарекомендовать себя с самой лучшей стороны. Вскоре Луцию удалось завоевать уважение солдат благодаря умелому руководству войсками в столь юном возрасте, хотя, возможно, причиной тому было его обаяние.

К неограниченной власти Сулла пришёл в 82 году. Встал вопрос: как будет править Сулла — как Гай Марий, Цинна и Карбон, то есть с помощью косвенных средств, таких как управление толпой с помощью террора, запугивания или как легально оформленный правитель, хотя бы и как царь?

Сулла призвал Сенат избрать так называемого междуцаря — интеррекса, поскольку консулов тогда не было: Гней Папирий Карбон умер в Сицилии, Гай Марий младший — в Пренесте. Сенат избрал Валерия Флакка в надежде, что он внесет предложение устроить выборы консулов. Тогда Сулла поручил Флакку внести в народное собрание следующее предложение: по мнению его, Суллы, для Рима в настоящее время было бы полезно, чтобы в нем было диктаторское правление, хотя этот обычай прекратился 120 лет тому назад. Тот, кто будет избран, должен править не определённый срок, но до тех пор, пока Рим, Италия, вся римская держава, потрясенная междоусобными распрями и войнами, не укрепится. Это предложение имело в виду самого Суллу — в этом не было никакого сомнения. Сулла и сам не мог скрыть этого и в конце своего послания открыто заявлял, что, по его мнению, именно он в настоящее время будет полезен для Рима.

Через народное собрание было проведено постановление, которые не только избавляло Суллу от ответственности за всё содеянное им прежде, но и на будущее время предоставляло ему право казнить смертью, конфисковать имущество, основывать колонии, строить и разрушать города, давать и отнимать престолы.

Первым делом были введены проскрипции. Сулла составил проскрипционный список в восемьдесят человек, не снесшись ни с кем из магистратов. Последовал взрыв всеобщего негодования, а через день Сулла объявил новый список в двести двадцать человек, затем третий – не меньший. После этого он обратился с речью к народу и сказал, что в списки он внёс только тех, кого припомнил, а если кто-нибудь ускользнул от его внимания, то он составит ещё другие такие списки.

На Форуме вывешивались таблички с именами тех, кого следовало ликвидировать.

Убийца проскрибированного, принёсший Сулле голову в качестве доказательства, получал два таланта (40 кг) серебра, если это был раб, то он получал свободу. Доносчики также получали подарки. А вот тех, кто осмеливался укрывать врагов Суллы, ждала смерть. Гражданской чести лишались и сыновья и внуки осуждённых, а их имущество подлежало конфискации в пользу государства. Многие соратники Суллы (например, Помпей, Красс, Лукулл) нажили огромные богатства на распродажах имущества и на внесении богатых людей в проскрипции.

Проскрипции свирепствовали не только в Риме, но и по всем городам Италии. От убийств не защищали ни храмы богов, ни очаг гостеприимства, ни отчий дом; мужья гибли в объятиях супруг, сыновья – в объятиях матерей. При этом павшие жертвой гнева и вражды были лишь каплей в море среди тех, кого казнили ради их богатства. Палачи имели повод говорить, что такого-то сгубил его огромный дом, этого – сад, иного – тёплые купанья.

 Чтобы сохранить видимость исконного государственного строя, Сулла допустил и назначение консулов в 81 до н. э. Консулами стали Марк Туллий и Корнелий Долабелла. Сам Сулла, как обладающий высшей властью и будучи диктатором, стоял выше консулов. Пред ним, как пред диктатором, шли 24 ликтора с фасциями, столько же, сопровождало прежних царей. Многочисленные телохранители окружали Суллу. Существующие законы он начал отменять и вместо них издавал другие.

К числу наиболее известных мероприятий Суллы относится закон о магистратах — lex Cornelia de magistratibus, который установил новые возрастные цензы для желающих занять высшие государственные должности и создал некоторые ограничения для пресечения стремительной карьеры. Так, возрастной ценз стал составлять 29 лет для квестора (по закону Виллия 180 до н. э. — lex Villia annalis — этот возраст составлял 27 лет), 39 лет для претора (33 года по закону Виллия) и 42 года для консула (36 лет по закону Виллия). То есть между исполнением должности квестора и претора должно было проходить не менее 10 лет.

Этим же законом Сулла также воспретил занимать должность претора ранее отправления должности квестора, а должность консула ранее отправления должности претора (ранее эти нормы часто нарушались, поскольку ещё не были закреплены законодательно). Кроме того, этим законом было запрещено занимать одну и ту же должность менее чем спустя 10 лет.

Сулла также резко уменьшил влияние должности народных трибунов, лишив её всякого значения и законом воспретив народному трибуну занимать какую-либо другую должность. Следствием этого было то, что все дорожившие своей репутацией или происхождением стали уклоняться в последующее время от должности трибуна. Возможно, поводом для ограничения власти и престижа народных трибунов для Суллы послужил пример братьев Тиберия и Гая Гракхов, а также Ливия Друза и Публия Сульпиция, которые, с точки зрения патрициев и Суллы, причинили государству много зла.

К числу членов сената, совершенно обезлюдевшего из-за междоусобных распрей и войн, Сулла прибавил до 300 новых членов из наиболее знатных всадников, причём голосование каждого из них поручено было трибам. В состав народного собрания Сулла включил, даровав им свободу, свыше 10 000 наиболее молодых и крепких рабов, принадлежавших ранее убитым римлянам. Всех их Сулла объявил римскими гражданами, по своему имени назвав их Корнелиями, чтобы тем самым иметь возможность пользоваться голосами 10 000 таких членов народного собрания, которые готовы были исполнять все его приказания. То же самое он намеревался сделать и в отношении италийцев: он наделил служивших в его армии солдат 23 легионов (до 120 000 человек) большим количеством земли в городах, частью ещё не подвергшейся переделу, частью отнятой в виде штрафа от городов.

Сам Сулла преподносил все свои действия народу как «устроение республики», то есть как совершенствование неписаной римской республиканской конституции.

* * *

«Вшивая болезнь» Суллы в античности упоминается лишь в связи с её обострением после брака с Валерией, т. е. в период 79/78 гг. Возможно, проблемы со здоровьем оказали определённое влияние на решение Суллы отказаться от власти и удалиться на «добрый досуг» (otium post negotium). Аппиан Александрийский писал об этом: «Мне кажется, Сулла пресытился войнами, властью, Римом и после всего этого полюбил сельскую жизнь» (App. BC. I, 104). Однако само решение об отставке было, конечно, мотивировано в первую очередь политическими причинами: слабостью социальной опоры диктатора, назреванием оппозиции в обществе, наконец, реализацией основных программных задач диктатуры. Аппиан пишет, что после отставки Сулла проводил время в сельском уединении, развлекаясь рыбной ловлей в своём поместье в Кумах: «Он находился ещё в цветущем возрасте и обладал полным здоровьем» (App. BC. I, 104). Это утверждение, однако, противоречит данным других источников, которые представляют смерть диктатора именно как результат обострения его давней болезни.

О смерти Суллы подробнее всех Плутарх: «Сулла не только предчувствовал свою кончину, но даже писал о ней. За два дня до смерти он завершил двадцать вторую книгу «Воспоминаний», где говорит, будто халдеи предсказали ему, что, прожив прекрасную жизнь, он умрет на вершине счастья. Там же Сулла рассказывает, что ему явился во сне его сын, умерший немного раньше Метеллы. Дурно одетый, он, стоя у ложа, просил отца отрешиться от забот, уйти вместе с ним к матери, Метелле, и жить с нею в тишине и покое. Однако Сулла не оставил занятий государственными делами. Так, за десять дней до кончины он установил в Дикеархии [греческая колония в Кампании] мир между враждовавшими сторонами и на будущее написал для её жителей закон об управлении городом. А за день до кончины ему стало известно, что Граний, занимавший одну из высших должностей в городе, ожидая смерти Суллы, не возвращает казне денег, которые задолжал. Сулла вызвал его к себе в опочивальню, и, окружив слугами, велел удавить. От крика и судорог у Суллы прорвался гнойник, и его обильно вырвало кровью. После этого силы покинули его, и, проведя тяжёлую ночь, он умер…» (Plut. Sull., 37). Историю с Гранием приводит римский автор Валерий Максим, живший раньше Плутарха, однако по его рассказу Сулла умер от какого-то спазма — о фтириазисе не говорится ни слова (Val. Max. IX, 3, 8).

Аппиан представляет смерть Суллы как лёгкий и счастливый конец: «Сулла, проживая в своём поместье, видел сон. Ему приснилось, что его уже зовёт к себе его гений. Тотчас же, рассказав своим друзьям виденный им сон, он поспешно стал составлять завещание, окончил его в тот же день, приложил печать и к вечеру заболел лихорадкой, а ночью умер, будучи шестидесяти лет. Это был, по-видимому, как показало и его имя, счастливейший человек во всём до конца своей жизни, если считать счастьем для человека исполнение его желаний» (App. BC. I, 105).


Плиний в «Естественной истории» пишет, что Сулла был жесток, но его кончина стала ещё более жестокой (Plin. VII, 134, 137). Описание Плиния очень кратко: «Диктатор Сулла был пожран фтириазисом, когда из самой крови человеческой родятся гложущие тело твари» (Phthiriasi Sulla dictator consumptus est, nascuntur in sanguine ipso hominis animalia exesura corpus — Plin. XXVI, 138).


Историк IV в. н. э. Аврелий Виктор в своей книге «О знаменитых людях» (75, 11) кратко упоминает, что после отставки Сулла «удалился в Путеолы и умер от болезни, называемой вшивой».

Оставить комментарий