Трофим Денисович Лысенко

ЛЫСЕНКО Трофим Денисович. УЧЕНЫЕ АКАДЕМИИ (1920-Е – 1950-Е ГГ.) КОЛЛЕКЦИЯ ФОТОПОРТРЕТОВ М.С. НАППЕЛЬБАУМА.

ЛЫСЕНКО Трофим Денисович. УЧЕНЫЕ АКАДЕМИИ (1920-Е – 1950-Е ГГ.) КОЛЛЕКЦИЯ ФОТОПОРТРЕТОВ М.С. НАППЕЛЬБАУМА.

Трофим Денисович Лысенко (1898 — 1976) — беспартийный, советский агроном и биолог. Академик АН СССР (1939). Селекционной деятельностью занимался с 1922 г. — старший специалист Белоцерковской селекционной станции Сахаротреста. В 1925—1929 гг. — зав. отделом селекции бобовых культур Гянджинской селекционной станции Азербайджанской ССР; в 1929—34 гг. — старший специалист отдела физиологии Всесоюзного селекционно-генетического института в Одессе. В 1934— 1938 гг. — научный руководитель, потом директор Всесоюзного селекционно-генетического института; в 1940—1965 гг. — директор Института генетики АН СССР. С 1938 — научный руководитель, с 1966 г. — зав. лабораторией Экспериментальной научно-исследовательской базы АН СССР «Горки Ленинские». Одновременно в 1948—1965 гг. — зав. кафедрой генетики и селекции полевых культур Московской сельскохозяйственной академии им. К. А. Тимирязева; ответственный редактор журналов «Яровизация» и «Агробиология». Академик АН СССР (1939), академик АН УССР (1934), академик ВАСХНИЛ (1935, президент 1938—1956 и 1961 — 1962). Трижды удостоен Сталинской премии первой степени (1941, 1943, 1949), звания Героя Соц. Труда (1945), награждён 8 орденами Ленина, золотой медалью им. Мичурина, медалью им. Мечникова, призами выставок ВДНХ.

«Мы генетику не отвергаем. Настоящая генетика — это мичуринская биология» Т.Д. Лысенко

«…Чтобы понять, почему против Т.Д. Лысенко в 1960- 90 гг. велась такая тотальная информационная война, следует обратить внимание на социальное значение основной отстаиваемой им концепции — возможности изменения наследственности под влиянием изменений в условиях жизни организма. Это положение, подтверждавшееся им на практических экспериментах, противоречило, однако, мировоззренческим установкам некоторых влиятельных групп, придерживавшихся убеждений о врождённом и неизменном превосходстве одних народов (или социальных групп) над другими. Теория «неизменной зародышевой плазмы» Вейсмана (вейсманизм) обосновывала такие убеждения, а концепция возможности изменения наследственности под влиянием внешней среды (мичуринская биология) их опровергала. Критика теории Вейсмана со стороны Т.Д. Лысенко содействовала и провалу евгенических проектов, активно продвигавшихся в 1920- 30-х годах ведущими генетиками-вейсманистами в СССР. Эти проекты, подразделявшие советских людей на «ценных» и «второсортных», были близки образу мышления как тогдашних троцкистов — аналогов немецких нацистов, их коллег-конкурентов — так и многих либералов, их преемников и часто родичей.

Таким образом, Т.Д. Лысенко не только внёс большой вклад в развитие науки и сельского хозяйства России, но и нанёс немалый ущерб врагам русского народа в их войне против нашей страны; чувствительно задел болевой нерв «мировой демократии». Нападки «либеральной интеллигенции» на Т.Д. Лысенко и всё возглавлявшееся им мичуринское направление в биологии имели идеологические причины, что и объясняет их длительный, ожесточённый и тотальный характер.

Учитывая степень предвзятости отношения к Т.Д. Лысенко в публикациях представителей «прогрессивной демократической общественности», учитывая степень лживости навязываемых ими мифов об истории биологии в СССР 1930- 40- 50- 60-х гг., правдивое изложение биографии, научно-практических достижений, социально- политической деятельности этого видного советского учёного представляются особенно полезными.

Климентов Михаил Иванович (1889-1969. Крестьянский двор, акварель.

Климентов Михаил Иванович (1889-1969. Крестьянский двор, акварель.

Родился 17 (29) сентября 1898 года в крестьянской семье села Карловка Константиноградского уезда Полтавской губернии. Его отец, Денис Никанорович, был умелым земледельцем: в семейном хозяйстве площадь обрабатываемой земли постепенно возрастала с 2 до 14 гектаров, пока он не вступил в колхоз. После переезда в Подмосковье Денис Никанорович возглавил бригаду овощеводов на экспериментальной ферме «Горки Ленинские» и работал там до 90 лет. Денис Никанорович всю жизнь был глубоко религиозным человеком; он часто посещал церковь, не расставался с Евангелием, и это оказало определённое влияние на мировоззрение его детей.

Как и большинство членов его семьи, Т.Д. Лысенко выбрал путь, связанный с земледелием. В 1921 году он окончил Уманскую школу садоводства, а в 1925 году Киевский сельскохозяйственный институт. В 1922- 25 гг. Т.Д. Лысенко работал старшим специалистом по селекции овощных культур Белоцерковской опытной станции. В 1925- 29 гг. он работал заведующим отделом селекции бобовых культур опытной станции в г. Гянджа. В 1929- 34 гг. работал в Одессе старшим специалистом отдела физиологии Всесоюзного селекционно-генетического института.

Ранние практические и научные работы

Яровизация. Первым важным достижением Т.Д. Лысенко стало открытие и внедрение в сельскохозяйственную практику агроприёма яровизации. Яровизация заключалась в обработке семян во время зимы влажностью, но без допущения их прорастания. Этот приём позволил ускорить созревание и повысить урожайность зерновых, картофеля и других культур, а также высевать сорта яровой пшеницы в более северных, чем раньше, районах.

В январе 1929 года Т.Д. Лысенко доложил о своих работах по яровизации на Всесоюзном съезде по генетике, селекции, семеноводству и племенному животноводству.

Предложенная Т.Д. Лысенко методика получила одобрение специалистов и стала широко применяться в сельском хозяйстве СССР. В 1932 году под яровизированные посевы было отведено до 200 тыс. га; в 1935 году — 600 тыс. га; в 1940 году — 13 млн. га. В 1940 году яровизация дала около 15 млн. центнеров дополнительного урожая.

Теория стадийного развития. Большим теоретическим достижением Лысенко стало открытие стадийности развития растений.

Полдень у пруда. 1920 год, акварель, 50,8х68,5. Климентов Михаил Иванович (1889-1969)

Полдень у пруда. 1920 год, акварель, 50,8х68,5. Климентов Михаил Иванович (1889-1969).  ..

Лысенко заметил, что растения проходят в своей жизнедеятельности ряд относительно стационарных фаз/ этапов — стадий развития. При этом требования растений к влажности, свету и другим факторам окружающей среды зависят от стадии развития. На первой стадии ведущим фактором является температурный. На следующей — свет: долгота дня, интенсивность освещения, спектральный состав. Стадии необратимы, их последовательность неизменяема. Если растение начинает развитие, но в очередном периоде не получает необходимые внешние условия, оно своё развитие прекращает.

С помощью теории стадийного развития Лысенко дал объяснение эффекта яровизации — рост увлажнённых в зимнее время семян ускорялся весной потому, что они уже прошли стадию яровизации. В рамках теории стадийного развития Т.Д. Лысенко впервые дал научные определения понятий роста растения — увеличения его массы и развития — перехода к принципиально новому состоянию: от формирования вегетативных органов к плодоношению. Эти определения были включены в словари терминов по физиологии растений.

Теория стадийного развития растений применялась при разработке агротехнических приёмов; при подборе пар для скрещивания. Позже селекционеры школы Лысенко (В.Н. Ремесло,…) использовали её при создании новых высокоурожайных сортов озимой пшеницы.

Работа Т.Д. Лысенко получила поддержку видного агронома академика В.Р. Вильямса и президента ВАСХНИЛ Н.И. Вавилова, назвавшего её «крупнейшим достижением в области физиологии растений за последнее десятилетие». В 1932 году теория стадийного развития была доложена Вавиловым на VI съезде генетиков, проходившем в США. После своего возвращения Вавилов заявил, что «принципиально новых открытий… чего-либо равноценного работе Лысенко, мы ни в США, ни в Канаде не встречали». В 1933 году Вавилов представил работу Лысенко на соискание премии им. Ленина, а в 1934 году он рекомендовал Лысенко в члены-корреспонденты АН Украины.

Ремонт мельницы.1925. акварель, 70,3х46,7. Климентов Михаил Иванович (1889-1969)

Ремонт мельницы.1925. акварель, 70,3х46,7. Климентов Михаил Иванович (1889-1969)

С критикой теории стадийного развития в 1929- 31 гг. выступал Н.А. Максимов, заведующий лабораторией физиологии растений Института прикладной ботаники (впоследствии переименован в ВИР). Позже, однако, он изменил свою точку зрения и заявил, что «идеи академика Лысенко… следует считать самым выдающимся достижением советской физиологии растений за рассматриваемый период».

Новые агротехнические приёмы. В 1936 году Т.Д. Лысенко предложил способ чеканки (удаление верхушек побегов) хлопчатника. Этот приём дал увеличение сбора хлопчатника на 10-20%.

Тогда же Т.Д. Лысенко предложил производить посадки картофеля в южных районах Советского Союза в летнее время. В результате там повысилась урожайность картофеля и улучшились его сортовые качества. Видный руководитель сельского хозяйства СССР 1960- 80 гг., автор ряда книг о земледелии, Ф.Т. Моргун писал: «Хорошо помню, что в довоенные годы мы, жители Донбасса, наелись картофеля только тогда, когда начали сажать эту культуру в середине лета: в июне и июле. Этот метод предложил академик Лысенко…» 4.

В 1939 году Т.Д. Лысенко разработал новую агротехнику проса -широкорядный посев в сочетании с усиленной борьбой с сорняками -позволившую увеличить урожайность этой культуры с 8-9 до 15-20 центнеров с гектара. В 1940 году просо по его агротехническим рекомендациям высевалось на 700 тыс. га. Под руководством Т.Д. Лысенко в Одесском селекционно-генетическом институте был выведен сорт озимой пшеницы Одесская 3, морозостойкий и засухоустойчивый, превышающий по урожайности стандартные сорта на 3-4 центнера с гектара; выведен сорт ярового ячменя Одесский-9; сорт хлопчатника Одесский-1, ставший основным сортом хлопководства в новых районах его возделывания.Награды; премии; звания. В 1931 году Т.Д. Лысенко был награждён орденом Трудового Красного знамени.

В 1934 году он стал академиком АН Украины, и в том же году был назначен научным руководителем (с 1936 г. директором) Всесоюзного селекционно-генетического института (Одесса).

В 1935 году Т.Д. Лысенко стал академиком недавно созданной академии сельскохозяйственных наук ВАСХНИЛ. Он был самым молодым из академиков этой организации. В декабре 1935 года Лысенко был награждён орденом Ленина.

Климентов Михаил Иванович (1889-1969). Под озимь. Труд на пашне. (Три радуги) 1924 г. акварель

Климентов Михаил Иванович (1889-1969). Под озимь. Труд на пашне. (Три радуги) 1924 г. акварель

В 1938 году Т.Д. Лысенко был назначен президентом ВАСХНИЛ. Лысенко неохотно принял это назначение. По словам Хрущёва: «помню — это было до войны — Трофима Денисовича Лысенко решили выдвинуть президентом Академии сельскохозяйственных наук. Лысенко приехал тогда из Одессы в Киев и просил меня сделать всё, чтобы его не выдвигали на этот пост. Он говорил: не могу в академии работать, мне нужна земля, мне надо ставить опыты… Всё, что мог сделать, я сделал, но моих сил было недостаточно, и его всё-таки рекомендовали на этот пост. Тов. Лысенко был избран президентом Академии сельскохозяйственных наук. Но он настоял, чтобы ему дали участок земли, дали хозяйство «Горки Ленинские», где он ведёт научную и экспериментальную работу и сейчас»5.

Должность президента ВАСХНИЛ Лысенко занимал до 1956 года, а потом ещё в 1961- 62 годах. Также с 1938 года он являлся научным руководителем экспериментальной фермы «Горки Ленинские».

В 1939 году Т.Д. Лысенко был избран в Академию наук СССР. В 1940 году он стал директором Института генетики. В марте 1941 года за разработку и внедрение методики летних посадок картофеля Т.Д. Лысенко, вместе с группой коллег, была присуждена Сталинская премия первой степени.

Общественная деятельность. Хотя Т.Д. Лысенко не состоял в партии — в отличие от многих его идеологических критиков — он вёл активную общественную работу. В 1935- 37 гг. он был членом ЦИК; в 1937- 1966 гг. депутатом Верховного Совета СССР; в 1937- 50 гг. -заместителем председателя Совета Союза. С 1940 года Т.Д. Лысенко являлся заместителем председателя Комитета по Сталинским премиям в области науки и изобретательства. Он был также заместителем председателя Высшей аттестационной комиссии (ВАК).

Мичуринская биология

В 1930-х гг. Т.Д. Лысенко была развита теория, получившая название мичуринской биологии, поскольку она опиралась на практическую деятельность и теоретические взгляды выдающегося русского селекционера, создавшего более 300 новых сортов плодовых и ягодных культур, И.В. Мичурина (1855 — 1935 гг.).

Веселый покос. 1928 г., бумага, акварель, 47х64

Веселый покос. 1928 г., бумага, акварель, 47х64

Основными положениями мичуринской биологии были следующие: 1) условия жизни растений и животных влияют на их наследственность; 2) определённые изменения условий жизни могут вызывать определённые изменения наследственности; 3) путём сознательного изменения условий жизни — «воспитания» — растений и животных человек может получать направленные изменения их наследуемых признаков; 4) некоторые приобретённые признаки наследуются; 5) возможна внехромосомная передача наследственных признаков.

Эти положения Т. Д. Лысенко обосновывал как конкретными экспериментальными данными из собственной практики и практики других селекционеров, прежде всего И.В. Мичурина, так и теоретическими аргументами, в том числе взятыми из работ выдающихся биологов XIX — XX вв. Дарвина, Тимирязева и других.

Дискуссии в биологии. «Мичуринцы» и «вейсманисты». В 1930-х гг., когда Т.Д. Лысенко и его коллеги развивали мичуринскую биологию, среди генетиков, особенно далёких от практической селекционной работы, доминировали взгляды Вейсмана и Моргана.

Согласно доктрине Вейсмана, за наследственность отвечала некоторая «зародышевая плазма», которая не менялась в течении жизни, не зависела от изменений внешней среды и тела и в неизменном виде передавалась от поколения к поколению. Согласно хромосомной теории Моргана за наследственность отвечали хромосомы, расположенные в ядре клетки, и только они.

Основные положения мичуринской биологии, очевидно, находились в существенном противоречии с теориями Вейсмана и Моргана. Расхождения между этими двумя направлениями в биологии имелись также в методологических и мировоззренческих вопросах; в общественно-политической ориентации их лидеров.

Лысенко и его коллеги получили название «мичуринцев», сторонники взглядов Вейсмана и Моргана — «формальных генетиков» или » вейсманистов».

Во второй половине 1930-х гг. между мичуринцами, возглавлявшимися Лысенко, и вейсманистами, возглавлявшимися Н. Вавиловым, Г. Мёллером, Н. Кольцовым, А. Серебровским развернулись многочисленные дискуссии. Обе группы отстаивали свои научные и мировоззренческие позиции; боролись за признание своего направления в биологических и сельскохозяйственных науках приоритетным; за финансовую и административную поддержку со стороны главного заказчика научных работ в СССР, государства.

Молотьба в колхозе.1933г. Офорт, 51,9х35,5. Климентов Михаил Иванович (1889-1969)

Молотьба в колхозе.1933г. Офорт, 51,9х35,5. Климентов Михаил Иванович (1889-1969)

Дискуссии по проблемам биологии в СССР 1930-х гг. проходили в сложной социально-политической обстановке. Во-первых, правительством был взят курс на форсированное развитие промышленности и сельского хозяйства. Во-вторых, в стране велась ожесточённая борьба с экономическим вредительством, прямым и косвенным; с троцкизмом, как разрушительным политическим течением; с различными лжеучениями, имевшими потенциально опасные социальные последствия — в биологии это была, прежде всего, евгеника.

В дискуссиях 1930-х гг. мичуринцы не только отстояли свои научные позиции, но и оказались гораздо ближе, чем вейсманисты, к требованиям заказчика-государства по вопросу приложения своих работ к сельскохозяйственной практике. Поэтому, несмотря на научную и идеологическую активность, сплочённость, зарубежную поддержку вейсманистов, административное и финансовое предпочтение со стороны государства по итогам дискуссий получили мичуринцы.

Военные годы

В начале Великой Отечественной войны Академия наук была эвакуирована в г. Куйбышев. Т.Д. Лысенко работал в Омске и Красноярском крае, ставшем главной житницей России. В военное время он занимался проблемой повышения урожайности зерна и картофеля в условиях дефицита топлива и посевного материала.

Летом 1941 года возникла угроза потери урожая из-за морозобой-ности зерна ввиду прогноза наступления ранних осенних заморозков в восточных областях СССР. Т.Д. Лысенко и его коллеги во второй половине августа 1941 года проанализировали состояние посевов пшеницы в районах Сибири — Северного Казахстана, а также сопоставили данные за разные годы о температуре, осадках, времени наступления первых осенних заморозков. Был сделан вывод, что пшеница осенью 1941 года полностью дозреть не успеет. Затем в виде опыта, практически в течение одной недели, в нескольких хозяйствах в 20-х числах августа на небольших площадях была скошена ещё недозрелая пшеница. После этого Т.Д. Лысенко принял решение: рекомендовать хозяйствам Сибири и Северного Казахстана, не дожидаясь полной зрелости яровых, в конце августа приступить к их уборке, начиная с наиболее зрелых участков, а затем, с 5 — 10 сентября, скашивать все участки зерновых, независимо от их зрелости. Предложение было реализовано и основной урожай был от заморозков спасён.

Затем возникла новая проблема. В конце зимы 1942 года выяснилось, что в ряде районов восточных областей СССР многие семенные партии зерновых имеют низкий уровень всхожести семян, иногда порядка 30 — 40%. Т.Д. Лысенко предложил простой метод, с помощью которого некондиционные по всхожести семена пшеницы и других зерновых хлебов можно было сделать хорошо всхожими. А именно, из экспериментов Лысенко с сотрудниками выяснилось, что некондиционность семян зерновых хлебов часто являлась следствием не гибели зародышей, а того, что они, попав сразу после уборки в холодные морозные условия, характерные для Сибири и Казахстана, не успевали закончить к посеву дозревание. Лысенко предложил с наступлением весны как можно быстрее выгрузить из зернохранилищ колхозов семена пшеницы и рассыпать их тонким слоем на брезент, мешковину и другие подстилки, чтобы их обогрело солнце и наружный воздух. В результате, при температуре 5-15о семена за одну- две недели успели дозреть и степень их всхожести существенно повысилась. В ряде случаев она составила 90, 95, и даже 99% — вместо прежних 30 — 40%.

Герасимов. Сталин и делегаты Второго Всесоюзного съезда колхозников-ударников труда. 1935 год

Герасимов. Сталин и делегаты Второго Всесоюзного съезда колхозников-ударников труда. 1935 год

Ещё одним полезным агротехническим предложением Лысенко стала посадка картофеля верхушками клубней. С клубня срезалась верхушка 10-15 грамм, оставляемая для посадки; остальная часть использовалась для питания. Была разработана инструкция населению, как хранить до весны, проводить предпосадочную яровизацию и сажать верхушки картофеля. Все предприятия общественного питания и промышленности, использовавшие сырой картофель, обязывались срезать и хранить верхушки. Благодаря этому предложению в тяжёлое время войны был обеспечен дополнительный посадочный материал.

В 1943 году за разработку и внедрение методики посадки картофеля верхушками клубней Т.Д. Лысенко была присуждена ещё одна Сталинская премия.Т.Д. Лысенко и его коллеги перечислили свои части премии на нужды фронта. От имени Верховного главнокомандующего И.В. Сталина им была послана телеграмма с благодарностью.

Далее возникла новая проблема. Перед посевом озимых культур землю полагается вспахать. Но молодые трактористы ушли на фронт, а горючих материалов не хватало. Т.Д. Лысенко предложил сеять озимые по непахотной земле (по стерне), утверждая, что остатки срезанных стеблей колосьев после уборки яровых будут способствовать задержанию снега и нормальному развитию растений. Хотя вначале предложение Лысенко было встречено с недоверием и даже с насмешками, оно оказалось полезным. Посадки по стерне озимой ржи и пшеницы дали немалую прибавку к урожаю.

После окончания войны агроприём посева по стерне нашёл применение как метод борьбы с ветровой эрозией почв, и применялся не только в СССР — в Сибири и Казахстане — но и в других странах.

В июне 1945 года Т.Д. Лысенко, по представлению И.В. Сталина, было присвоено звание Героя Социалистического труда, за успешное выполнение заданий по обеспечению фронта и населения страны продовольствием, а промышленности сельскохозяйственным сырьем.

У колодца. Климентов Михаил Иванович (1889-1969)

У колодца. Климентов Михаил Иванович (1889-1969)

По рассказу Ю.Т. Лысенко, когда на заседании правительства, где обсуждалось присвоение званий Героя Социалистического труда, своих кандидатов предложила Академия наук СССР, Сталин, который вёл заседание, осведомился: «Лысенко в списке есть?» Представитель академии, смутившись, ответил: «нет». «Включить», распорядился Сталин. Кто-то из собравшихся спросил: «за что?» Имелось в виду, понятное дело, уточнение формулировки к постановлению о награждении, но Сталин подумал, что ему возражают, и возмущённо воскликнул: «Как это — за что?? Да хотя бы за заготовку проса -мы всю войну кормили армию этим просом!»

В сентябре 1945 года Т.Д. Лысенко был награждён ещё одним орденом Ленина.

Дискуссии по проблемам биологии в 1940-х гг. В послевоенное время между мичуринским и вейсманистским направлениями в биологии вновь разгорелся конфликт. На этот раз, в отличие от 1930-х гг., он носил не столько научный, сколько идеологический характер. В 1946- 47 гг. вейсманисты предприняли атаку против Лысенко, стараясь «сбросить» его с поста президента ВАСХНИЛ. Вначале их наступление, проводившееся с привлечением партийного аппарата, прессы, общественности, попытками оказать давление на правительство из-за рубежа, было успешным. Однако вскоре оно полностью провалилось, притом с большими потерями для его инициаторов.

31 июля — 7 августа 1948 года состоялась сессия Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук имени В.И. Ленина, в которой участвовало более 700 человек. Она началась докладом Т.Д. Лысенко «О положении в биологической науке». Затем в прениях выступили мичуринцы и вейсманисты. Позиции обеих конкурирующих направлений в биологии и существующие между ними разногласия были подробно изложены. Подавляющее большинство участников одобрило доклад Лысенко.

После окончания сессии руководство страны приняло решение о поддержке мичуринского направления и ликвидации доминирования вейсманистов в преподавательской и научно-практической работе в биологии и сельском хозяйстве. Министерству образования и Академии наук было поручено предпринять соответствующие меры. Были сменены деканы и заведующие кафедрами биологических факультетов многих вузов, переработаны учебники; пересмотрены планы научно-исследовательских работ в биологии. Материалы сессии и доклад на ней Т.Д. Лысенко были изданы многотысячным тиражом.

Крестьянский двор зимой. 1939 г., акварель 65,1х49,2. Климентов Михаил Иванович (1889-1969)

Крестьянский двор зимой. 1939 г., акварель 65,1х49,2. Климентов Михаил Иванович (1889-1969)

Работы Т.Д. Лысенко в сельском хозяйстве после войны

Создание районированных сортов озимой пшеницы. Т.Д. Лысенко придавал большое значение развитию озимых культур и селекции их новых, районированных сортов3. В своей позиции он убедил Сталина, и правительством был взят курс на селекцию озимых сортов пшеницы для Европейской части Советского Союза и других регионов страны. В результате создания районированных сортов урожайность озимых сортов пшеницы повысилась, уже к концу 1950-х гг., до 40-60 и более центнеров с 1 га6.

Лысенко неизменно поддерживал работу выдающихся русских селекционеров П.П. Лукьяненко, В.Н. Ремесло, Д.А. Долгушина и других. Сорта озимой пшеницы, выведенные ими, заняли с 1950-х гг. многие миллионы гектаров. Например, в конце 1950-х гг. посевы пшеницы сорта Мироновская 808 селекции В.Н. Ремесло составляли свыше 7 млн. гектаров7. Сорт озимой пшеницы Безостая 1 кубанского селекционера П.П. Лукьяненко в 1964 году занимал 6 млн. га; в 1971 году — 13 млн. га8. «В мировом земледелии не было сорта озимой пшеницы, который бы высевался на таких больших площадях» (П. Жуковский 9). В 1983 году сорт озимой пшеницы Одесская 51 селекции Д.А. Долгушина занимал более 6 миллионов гектаров. С помощью этих высокоурожайных сортов создавались другие районированные сорта. Так, только с помощью Безостой 1 и Мироновской 808 в нашей стране и за рубежом было выведено около 150 новых сортов озимой и яровой пшеницы.

Работа в поле 1942г, акварель 57, 8х 39,3. Климентов Михаил Иванович (1889-1969)

Работа в поле 1942г, акварель 57, 8х 39,3. Климентов Михаил Иванович (1889-1969)

Создание этих сортов решило проблему производства продовольственного зерна в нашей стране. Министр сельского хозяйства СССР И. Бенедиктов в своём интервью в 1980 году отметил, что в зерновом клине страны преобладают сельскохозяйственные культуры, выведенные последователями и учениками Т.Д. Лысенко. Например, в 1975 году сорта одного только П.П. Лукьяненко занимали около 40 % посевной площади озимой пшеницы в Советском Союзе. Немало пользы получили от новых сортов и другие страны11.

В своей работе русские селекционеры пользовались не только организационной поддержкой президента ВАСХНИЛ Т.Д. Лысенко, но и разработанными им агротехническими приёмами. Например, сорт озимой пшеницы Мироновская 808 был создан В.Н. Ремесло преобразованием из яровой на основе теоретических исследований Т.Д. Лысенко. Д.А. Долгушин на своём 80-летнем юбилее заявил, что своими успехами в селекции он обязан теории стадийного развития и другим разработкам академика Т.Д. Лысенко. «Преданным учеником Лысенко, высоко чтившим его до конца своих дней, был и Павел Пантелеймонович Лукьяненко, пожалуй, наш самый талантливый и плодовитый селекционер» (И.А. Бенедиктов).

Следует ещё отметить, что, являясь президентом ВАСХНИЛ и руководя, таким образом, всеми селекционными и сортоиспытательными работам страны, Т.Д. Лысенко не разрешал включать своё имя в список авторов сортов — даже таких, при создании которых использовались его теоретические разработки и накопленный селекционный материал12. Эту его научную честность и бескорыстие отметил даже постоянный оппонент мичуринцев Н.П. Дубинин.

Травополье. В довоенное время В.Р. Вильямс предложил ввести, для улучшения структуры почв и повышения их плодородия, травопольную систему земледелия. Предложение Вильямса, не требовавшее больших затрат, но дававшее положительный сельскохозяйственный и природоохранный эффект, было одобрено И.В. Сталиным. Т.Д. Лысенко поддерживал эту систему, критикуя, впрочем, отдельные её недостатки. Противоположной «травополью» была программа агрохимиков, возглавлявшихся академиком Д. Прянишниковым, выступавших за применение химикатов как основной метод повышения урожайности и плодородия почв.

Весенняя пахота. акварель,1943 г. 61х41,2. Климентов Михаил Иванович (1889-1969)

Весенняя пахота. акварель,1943 г. 61х41,2. Климентов Михаил Иванович (1889-1969)

Биологические методы борьбы с вредителями. Они заключались в разведении тех насекомых или животных, которые являлись естественными врагами вредителей. Например, врагом тли является божья коровка. Значит, чтобы уничтожить тлю, не обязательно поливать растения химикатами, а достаточно выпустить на поле божьих коровок. Т.Д. Лысенко и его коллеги создавали специальные станции для разведения естественных врагов вредных насекомых. Другой пример: естественными врагами свекловичного долгоносика являются куры и индюшки. Лысенко предложил использовать их для уничтожения долгоносика на посадках свеклы (ещё в начале 1940-х гг.).

Гнездовые посевы. Для проекта создания системы крупных государственных лесополос, входившего в т.н. «Сталинский план преобразования природы», Т.Д. Лысенко предложил методику гнездовых посевов семян. Согласно этому предложению, семена дуба и других лесных пород высевались «конвертами» — в вершинах и центре квадратов со стороной около 3 метров; 7-8 семян в каждую лунку. Лысенко утверждал, что такой способ посева позволит создать более выносливые и устойчивые лесонасаждения. Теоретической основой гнездового посева семян был предложенный им закон жизни биологического вида, согласно которому внутривидовые отношения «не подходят ни под понятие борьбы, ни под понятие взаимопомощи, а направлены на обеспечение существования и процветания вида».

После опытной проверки, предложенная Т.Д. Лысенко методика стала широко применяться на значительной части площадей создаваемых лесополос. Лесные посадки, созданные с помощью гнездового посева, и сегодня можно видеть во многих местах России и Украины.

Создание стада жирномолочных коров. С конца 1940-х гг. одной из приоритетных задач Т.Д. Лысенко стало создание, на базе экспериментальной фермы «Горки Ленинские», стада жирномолочных и высокопродуктивных коров. Отечественные породы коров были в то время, в основном, жидкомолочными (около 3% жирности). Повышенную жирность (5-6%) имела завозная джерсийская порода, однако у неё была низкая продуктивность и малый вес. Лысенко предложил скрещивать джерсийских быков с коровами отечественных пород, одновременно давая коровам усиленное питание. Он утверждал, что в этом случае развитие зародыша пойдёт по мелкоплодной, но жирномолочной джерсийской породе, поскольку, согласно закону жизни биологического вида, это обеспечит выживание большего числа телят. (Крупные телята нередко погибали при отёлах). В результате почти 25- летней работы Т.Д. Лысенко с сотрудниками создали в «Горках Ленинских» уникальное стадо жирномолочных (около 5%) и высокоудойных (около 5 тыс. кг) коров. Потомки этих коров поставлялись в хозяйства Подмосковья, в другие регионы России и союзных республик, где значительно улучшали показатели надоев молока.

Золотой вяз. акварель. 1942 г. Климентов Михаил Иванович (1889-1969)

Золотой вяз. акварель. 1942 г. Климентов Михаил Иванович (1889-1969)

Экологический подход. Т.Д. Лысенко предпочитал комплексное, синтетическое рассмотрение проблем. В его теоретических исследованиях это выражалось в стремлении рассматривать живые организмы, их «наследственную основу» и внешнюю среду как взаимосвязанные системы. В практической деятельности — в экологическом подходе, требовании не только повышать урожайность, но делать это «естественными» методами и с максимально бережным отношением к природе. К химизиции почвы, применению пестицидов в сельском хозяйстве его отношение было сдержанным.

К экологическим методам повышения урожайности, в разработке которых Т.Д. Лысенко принимал участие, можно было отнести: развитие травопольной системы, создание лесозащитных полос, использование естественных врагов вредителей.

В селекционном деле Т.Д. Лысенко предлагал применять метод направленного изменения наследственности растений путём изменения их условий жизни («воспитание растений», в его терминах), и отрицательно относился к приёмам прямого воздействия (химического, радиационного) на генетический аппарат, создававшего неестественные, уродливые формы растений. В частности, Т.Д. Лысенко критиковал применение его оппонентами, вейсманистами, яда колхицина для создания полиплоидных форм растений. Несомненно, что и нынешние работы по созданию трансгенных растений, употребление которых в пищу имеет непредсказуемые последствия для здоровья людей, а распространение на полях — для природы, не вызвали бы его одобрения.

Теоретические исследования. После войны Т.Д. Лысенко продолжал развивать основные положения мичуринской биологии. Вместе с тем, с конца 1940-х гг. его интересы сместились в сторону изучения проблем взаимодействия живых организмов и их видов. Согласно господствовавшей тогда точке зрения, в живой природе действовали законы естественного отбора и борьбы-конкуренции организмов. Лысенко предложил уточнить эти представления. По его мнению, если между представителями различных видов в природе действительно ведётся борьба, хотя иногда встречается и кооперация, то внутривидовые взаимоотношения не могут быть подведены под эти понятия — они «направлены только на обеспечение существования вида, на его процветание и увеличение численности». Это положение было названо Т.Д. Лысенко законом жизни биологического вида. Оно стало теоретической основой его разработок по методике гнездовых посевов семян и созданию стада жирномолочных коров.

Зимнее утро. 1943. Акварель. Климентов Михаил Иванович (1889-1969)

Зимнее утро. 1943. Акварель. Климентов Михаил Иванович (1889-1969)

Т.Д. Лысенко высказал также гипотезу о возможности скачкообразного преобразования одного вида в другой, которая, впрочем, была оспорена многими биологами и не нашла продолжения в его работах.

Т.Д. Лысенко ввёл понятие агробиологии. Оно означало применение к решению сельскохозяйственных задач биологических законов развития живых организмов.

Публикации. Главные работы Т.Д. Лысенко по вопросам биологии и сельского хозяйства были напечатаны в редактировавшемся им журнале «Агробиология», выходившем с 1946 по 1965 гг.

Его основной научной публикацией стала монография «Агробиология», первое издание которой вышло в свет в 1945 году, и которая переиздавалась 6 раз.

У Т.Д. Лысенко выходили также книги «Стадийное развитие растений. Работы по теории стадийного развития и яровизации сельскохозяйственных растений» (1952 г.); «Избранные сочинения», тт. 1,2 (1958 г.). К 1952 году он напечатал более 200 статей в газетах. Появилось около 250 публикаций, посвященных Т.Д. Лысенко.

Награды; премии; звания. 29 сентября 1948 года Т.Д. Лысенко был награжден орденом Ленина — за выдающиеся заслуги в деле развития передовой науки и большую плодотворную практическую деятельность в области сельского хозяйства, а также в связи с 50-летием со дня рождения и 25-летием научной деятельности.

В сентябре 1948 года Всесоюзному селекционно-генетическому институту (Одесса) было присвоено имя Т.Д. Лысенко.

8 апреля 1949 года за создание учебника «Агробиология» Т.Д. Лысенко была присуждена Сталинская премия первой степени.

27 октября 1949 года Т.Д. Лысенко был награжден ещё одним орденом Ленина — за выдающиеся достижения в области сельскохозяйственной науки и в связи с 20-летием ВАСХНИЛ.

21 июня 1950 года Т.Д. Лысенко была присуждена медаль имени Мечникова — за выдающиеся научные достижения в биологии.В 1955 году (100-летний юбилей Мичурина) он был награждён золотой медалью имени И.В. Мичурина.

В 1953, 1958, 1961 гг. Лысенко награждался орденом Ленина. В 1952 году АН Болгарии, а в 1959 году Чехословацкая Академия сельхознаук избрали Т.Д. Лысенко своим почетным членом.

Марков Павел Георгиевич (Россия, 1910-1978) «Утро на колхозной ферме»

Марков Павел Георгиевич (Россия, 1910-1978) «Утро на колхозной ферме»

Работа Т.Д. Лысенко при правлении Н. Хрущёва

После сессии ВАСХНИЛ 1948 года мичуринское направление стало ведущим в советской биологии. Но ненадолго. Усилиями Ю.А. Жданова, занимавшего тогда должность заведующего отделом науки УПиА ЦК ВКП(б) и некоторых других партаппаратчиков, вейсманисты стали возвращаться в руководящие структуры биологических и, в меньшей степени, сельскохозяйственных наук. В 1952 году ими была предпринята попытка ввести в состав президиума ВАСХНИЛ главного оппонента Т.Д. Лысенко А. Жебрака, не являвшегося даже членом-корреспондентом ВАСХНИЛ. Тогда же возобновилась критика взглядов Лысенко на внутривидовые отношения и видообразование, сопровождавшаяся идеологическими обвинениями его в не-дарвинизме.

После марта 1953 года нападки на Лысенко значительно усилились. Критиковались его теоретические взгляды, практическая работа в сельском хозяйстве, проекты, реализовывавшиеся в сталинское время — травопольная система, лесозащитные полосы — в которых он принимал участие. Возобновилась дискриминация мичуринцев со стороны восстановивших свои позиции в руководстве наукой вейсманистов. В июне 1954 года И.Е. Глущенко, сторонник Т.Д. Лысенко, выступая на заседании президиума АН СССР, говорил: «В настоящее время статьи сторонников мичуринской генетики не печатают в газетах, журналах; мичуринцев не включают в состав делегаций, в состав бюро отделения биологических наук».

Осенью 1955 года в Президиум ЦК КПСС было направлено письмо, подписанное многими научными работниками, биологами и небиологами, с осуждением взглядов и деятельности Т.Д. Лысенко.

Хотя этот «протест общественности» был инспирированным, однако в тот период у Лысенко действительно случился ряд неудач: поддержанная им теория О. Лепешинской подверглась критике многих учёных; начатые им, по инициативе Сталина, работы с ветвистой пшеницей не дали положительных результатов и были прекращены.

Боим (Бойм) Соломон Самсонович (1899-1978) «Сенокос» 1948

Боим (Бойм) Соломон Самсонович (1899-1978) «Сенокос» 1948

Впрочем, в глазах Н. Хрущёва самым большим «недостатком» Т.Д. Лысенко явилось его прохладное отношение к освоению целины, ставшему тогда, по воле первого секретаря ЦК КПСС, приоритетом сельскохозяйственной политики страны. Без энтузиазма относился Т.Д. Лысенко и к «борьбе за кукурузу» — повсеместному насаждению этой культуры по личному («волюнтаристскому») решению Хрущёва; к внедрению её двойных межлинейных инцухт-гибридов.

Зато противники Т.Д. Лысенко охотно пользовались пристрастиями и капризами «нашего дорогого Никиты Сергеевича» чтобы войти к нему в фавор и повысить свой общественно-политический статус. Целинная, как и кукурузная кампании поддерживались, в основном, научными оппонентами мичуринцев, вейсманистами13.

В 1956 году Т.Д. Лысенко покинул пост президента ВАСХНИЛ.

В начале 1960-х гг. данные по сбору зерновых и технических культур показали его заметное снижение. Видимо, это послужило причиной решения Хрущёва вернуть Т.Д. Лысенко в 1961 году на пост президента ВАСХНИЛ. Хотя снова, и уже окончательно он ушёл в отставку в следующем году, однако до конца своего пребывания у власти Н. Хрущёв всё же ценил Т.Д. Лысенко и общее направление работ его соратников. В феврале 1964 года, на пленуме ЦК КПСС, он говорил: «Лысенко показал на практике, что использование его теории даёт хозяйству высокие урожаи, даёт зерно, мясо, молоко. Посмотрите на кукурузу в Горках Ленинских, на сахарную свеклу, посмотрите его хозяйство — учиться нужно у таких учёных»14.

Оппоненты Лысенко продолжали критиковать его научные и мировоззренческие концепции. С начала 1960-х гг. эта критика стала переходить в кампанию диффамации работ и личности Лысенко, несколько сдерживавшуюся лишь его высоким научно- административным положением и поддержкой со стороны Хрущёва. После отставки Хрущёва против Лысенко была развернута настоящая информационная война, с навешиванием идеологических ярлыков и приписыванием политических обвинений.

В 1965 году Т.Д. Лысенко подал в отставку с поста директора Института генетики АН СССР. Сам институт был реорганизован в Институт общей генетики; его возглавил Н.П. Дубинин.

Пластов Аркадий Александрович (Россия, 1893 - 1972) «Обмолот» 1949

Пластов Аркадий Александрович (Россия, 1893 — 1972) «Обмолот» 1949

Оставшуюся часть жизни Т.Д. Лысенко работал научным руководителем фермы «Горки Ленинские», где продолжал свои исследования в области агротехники и повышения жирномолочности у коров……()

Наука и общество. Между многими мичуринцами и вейсманистами имелись расхождения и во взглядах на роль науки в обществе.Т.Д. Лысенко в выступлениях в печати и на дискуссиях постоянно подчёркивал необходимость быстрого внедрения достижений науки в производство; поворота биологии от изучения «академических» вопросов к решению задач сельского хозяйства; приоритетного развития таких биологических теорий, которые имели прямой выход на практические проблемы селекции и агротехники.

«Лучше меньше знать, но знать то, что необходимо практике, как на сегодняшний день, так и на будущее» Т.Д. Лысенко

«Нельзя труды исследователей оценивать просто по количеству исписанной бумаги» Т. Д. Лысенко

«Значимость задания для социалистического производства и темпы выполнения этого задания в производстве — вот единственно правильная оценка научной продуктивности» Т.Д. Лысенко

Лысенко также настаивал на популяризации и пропаганде достижений науки, приобщении к научной работе широких народных масс. К своим агротехническим экспериментам он подключал крестьян -устраивал в колхозах хаты-лаборатории, где те могли знакомиться с новыми открытиями в агротехнике и сами ставить опыты. Среди работников таких хат-лабораторий был и знаменитый позже создатель системы почвозащитного земледелия, «народный академик» Терентий Мальцев…..()

Цветение яблонь. Масло, холст. 21х13. Климентов Михаил Иванович (1889-1969)

Цветение яблонь. Масло, холст. 21х13. Климентов Михаил Иванович (1889-1969)

Дискуссии между мичуринцами и вейсманистами

Дискуссии между мичуринцами и вейсманистами 1930-х гг. проходили на фоне обострения социально-политических проблем страны.

Во-первых, в 1920-х — начале 1930-х годов возникли трудности в сельском хозяйстве СССР. Эти трудности попытались углубить, чтобы вызвать недовольство народа и использовать его в своих политических целях, противники установившегося в стране строя. Возникло такое явление как вредительство, принимавшее разные формы — от террора и диверсий до саботажа, неисполнения специалистами своих обязанностей, включая уход в занятия «академическими проблемами».

Во-вторых, в 1930-е годы продолжали вести борьбу с режимом Сталина явные и скрытые троцкисты, остававшиеся на важных партийно-политических должностях, в том числе в сельском хозяйстве.

В третьих, в 1920- 30-х годах распространилось очень опасное по своим возможным социальным последствиям лжеучение — евгеника. В СССР оно поддерживалось наиболее видными вейсманистами: Кольцовым, Мёллером, Серебровским.

Сталинское руководство СССР выступало и за ускоренное развитие сельского хозяйства страны, противодействуя вредительству в нём; и против троцкизма, как разрушительного политического течения; и против евгеники, как опасной лженауки.

Скриде Арий (Арийс) Августович (1906-1987) «Сдача зерна» 1949

Скриде Арий (Арийс) Августович (1906-1987) «Сдача зерна» 1949

Эти социально-политические проблемы 1930-х гг. оказали, хотя и косвенное, но значительное влияние на ход и результаты тогдашних дискуссий между мичуринцами и вейсманистами. Дело в том, что многие вейсманисты в СССР 1930-х гг. являлись либо правыми оппозиционерами сталинскому режиму (Вавилов,.), либо подозревались в приверженности к троцкизму (Левит, Агол,.), либо поддерживали евгенику (Мёллер, Кольцов, Серебровский). И обратно, почти все мичуринцы, во главе с Лысенко, отрицательно относились и к троцкизму, и к «академическому уклону» в сельском хозяйстве, и к евгенике — к последней ещё и потому, что эта лженаука обосновывалась в то время с помощью теорий Вейсмана. Поэтому победа сталинского руководства СССР во второй половине 1930-х годов над троцкизмом, ликвидация органами госбезопасности вредительства в сельском хозяйстве, кампания против евгеники сказались и на результатах вышеупомянутых дискуссий — многие из вейсманистов были репрессированы силовыми структурами в ходе борьбы против троцкистов и вредителей; другие же скомпрометировали себя в глазах общественности и руководства страны поддержкой лженаучных положений евгеники.

В 1936- 38 гг. были репрессированы практически все влиятельные открытые приверженцы троцкизма в Советском Союзе. В их число входил ряд высокопоставленных партийных функционеров, имевших отношение к управлению сельским хозяйством: профессиональные революционеры А.И. Муралов, в 1935- 37 гг. занимавший, после ухода в отставку Н. Вавилова, должность президента ВАСХНИЛ; Я.А. Яковлев (Эпштейн), занимавший пост наркома земледелия СССР в 1929-34 гг., в значительной степени ответственный за голод в России и на Украине 1932-33 гг.; бывший секретарь Ленина, управделами Совнаркома, вице-президент ВАСХНИЛ Н.П. Горбунов. Эти партийные деятели, старые большевики, несмотря на свою троцкистскую ориентацию, постоянно поддерживали «правого» Н. Вавилова и его окружение. В июне 1937 года был арестован нарком здравоохранения СССР Г.Н. Каминский, оказывавший покровительство Медико- генетическому институту и лично его директору С. Левиту.

Поскольку в дискуссиях с мичуринцами вейсманисты прибегали к навешиванию на них идеологических и политических ярлыков, к кляузам и доносам в парторганы (см. выше), то аресты политических покровителей вейсманистов в 1936- 38 гг. ослабили их возможности подавлять своих оппонентов административными методами.

Титов Ярослав Викторович (1906-2000) «Урожай» 1950-е

Титов Ярослав Викторович (1906-2000) «Урожай» 1950-е

Ожесточённая кампания Сталина в 1936- 38 гг. против троцкизма сказалась и на судьбах отдельных биологов, генетиков, особенно евге-ников. Как троцкисты были репрессированы: директор Медико-генетического института С. Левит; редактор журнала «Успехи современной биологии», директор Биологического института им. Тимирязева И. Агол; М. Левин118 и другие.

Репрессии во 2 половине 1930-х гг. против троцкистов-администраторов, покровительствовавших вейсманистам, и против троцкистов-генетиков нанесли группе вейсманистов серьёзный ущерб и, таким образом, оказали косвенное влияние на ход дискуссий в биологии.

Борьба против евгеники и её влияние на ход дискуссий. В начале 1920- первой половине 30-х гг. в СССР бурно распространялись идеи евгеники. Их поддерживали: старейший русский генетик, основатель Института экспериментальной биологии Кольцов; заведующий кафедрой генетики МГУ Серебровский; работавший тогда в Институте генетики АН СССР будущий нобелевский лауреат Мёллер. Евгенические положения обосновывались с помощью вейсмановской теории наследственности. Евгеники вели исследования, выпускали журнал, организовывали общества. Они даже были уже готовы перейти от теории к практике119. В 1929 году Серебровский предложил создать в СССР банк спермы от «наилучших производителей» и оплодотворять советских женщин, «в рамках плановой экономики», только оттуда. В том же году С. Давиденков предложил провести евгенический осмотр населения СССР и «наиболее ценных в евгеническом отношении» граждан поощрять в размножении, а получивших самую низкую «евгеническую оценку» добровольно стерилизовать, выдав в качестве компенсации премиальные. Г. Мёллер в мае 1936 года в письме к Сталину предложил комплекс евгенических мероприятий, называя их «новым и более высоким уровнем социальной этики» и уверяя, что русские женщины будут только рады «смешать свою плазму с плазмой Ленина и Дарвина» или с генетическим материалом из других «исключительных источников».

В середине 1930-х гг. дикие евгенические проекты советских генетиков-вейсманистов, наконец, привлекли внимание сталинского руководства. Видимо, «последней каплей» было письмо Мёллера Сталину.

С июля по декабрь 1936 года в центральной прессе прошёл ряд публикаций с резкой критикой евгеники, теоретиков евгеники, и связанных с евгеникой вопросов. В конце 1936 года были проведены научные конференции с критикой расизма и евгеники. Осенью 1936 года директор Медико-генетического института С. Левит был раскритикован в центральной прессе, а в декабре исключён из партии по формальной причине «связи с врагом народа» (троцкистом Н. Каревым). Впрочем, связи с троцкистами только ухудшили положение Левита, в январе 1938 года он был арестован и репрессирован. Медико-генетический институт был закрыт осенью 1937 года.

Шемякин Михаил Михайлович (Россия, 1908-2003) «На работу» 1952

Шемякин Михаил Михайлович (Россия, 1908-2003) «На работу» 1952

А. Серебровский, Н. Кольцов, Г. Мёллер и евгеники рангом пониже (С. Давиденков,…) практически не были наказаны за свою лженаучную евгеническую пропаганду. Серебровский в конце 1936 года написал ещё одно «покаянное письмо», открещиваясь от своего проекта 1929 года; в этом письме, адресованном в президиум ВАСХНИЛ, он назвал свои предложения наполненными «целой цепью грубейших политических и антинаучных ошибок». Мёллер в 1937 году вообще покинул СССР. Кольцов за свои евгенические теории был словесно осуждён весной 1939 года коллективом возглавлявшегося им института и комиссией президиума АН; освобождён от должности директора (тогда же); раскритикован в прессе; провален на выборах в академики АН СССР (тогда же), но никаким другим репрессиям не подвергся. Хотя осудить свои евгенические теории он, в отличие от Серебровского, категорически отказался.

Кампания против евгеники во второй половине 1930-х гг. оказала определённое влияние на ход дискуссий между мичуринцами и вейсманистами. В ходе её лидеры вейсманистов — Мёллер, Серебровский, Кольцов — скомпрометировали себя лично как учёные в глазах общественности и руководства страны поддержкой лженаучных положений евгеники, а доктрины своей школы — использованием их для обоснования шарлатанских евгенических проектов.

Борьба с вредительством и её влияние на ход дискуссий. Наконец, в 1930-х гг. по обвинению во вредительстве в сельском хозяйстве был арестован ряд биологов и работников сельского хозяйства, самым известным из которых был директор Всесоюзного института растениеводства Н. Вавилов. Арестованы были и другие сотрудники ВИРа, в том числе генетик-вейсманист Г. Карпеченко. Они были признаны виновными и осуждены.

Климентов Михаил Иванович (Россия, 1889-1969) «Уборка хлеба» 1948

Климентов Михаил Иванович (Россия, 1889-1969) «Уборка хлеба» 1948

Борьба с «академическим уклоном» в биологии, с вредительством в сельском хозяйстве, репрессии против ведущих работников ВИРа также нанесли группе вейсманистов серьезный ущерб.

Позиция Сталина. И.В. Сталин, глава Советского Союза, полностью поддерживал ориентацию мичуринцев на быстрое внедрение научных разработок в производство; на развитие теорий, имевших прямой выход на практические задачи народного хозяйства; на популяризацию достижений науки и привлечение к научному творчеству широких масс. 17 мая 1938 года на приёме в Кремле работников высшей школы, провозглашая тост за науку, он сказал: «За процветание науки, той науки, которая не отгораживается от народа, не держит себя вдали от народа, а готова служить народу, готова передать народу все завоевания науки, которая обслуживает народ не по принуждению, а добровольно, с охотой».

Итоги дискуссий 1930-х гг.

Практические успехи мичуринцев в селекционной работе и агротехнике повышали их личный научный авторитет и значимость развивавшегося ими направления в глазах общественности и руководства страны.

В результате приоритеты в биологических и сельскохозяйственных науках во второй половине 1930-х гг. сместились в сторону мичуринского направления. Его лидеры получили назначения на ответственные посты, а их программам была дана финансовая и информационная поддержка. Сталинское руководство СССР поддержало в 193540-х гг. группу Лысенко, мичуринцев, потому что они обещали дать и реально давали относительно быстрое — не через десятки лет — улучшение положения в сельском хозяйстве. Напротив, практические неудачи вейсманистов снизили и их личный научный авторитет и значимость их работ в глазах руководства страны. «Провал обещаний, данных Н.И. Вавиловым и А.С. Серебровским на пятилетку 1932- 37 гг. серьёзно подорвал веру в силы генетики <вейсманизма>»123. Убедительно обосновать перспективность своих теоретических изысканий для сельскохозяйственных задач вейсманисты также не смогли. «Генетикам <вейсманистам> не удалось доказать важность своего направления» (Бенедиктов).

Подляский Юрий Станиславович (Россия, 1923) «С колхозных полей» 1951

Подляский Юрий Станиславович (Россия, 1923) «С колхозных полей» 1951

Впрочем, вейсманисты (кроме, конечно, лиц, репрессированных по политическим обвинениям) и после дискуссий 1930-х годов продолжали занимать ключевые административные посты в науке и преподавании. Например, деканом биофака ЛГУ в 1938- 48 гг. был вейсманист Лобашев, деканом биофака МГУ — благожелательный к вейсманистам Юдинцев. Активный противник мичуринцев Жуковский в 1935- 52 гг. заведовал кафедрой ботаники ТСХА; потом он стал директором ВИРа. Видный генетик- вейсманист Жебрак в 1934- 48 гг. заведовал кафедрой генетики в ТСХА. Ректором ТСХА был поддерживавший вейсманистов Немчинов. Старейший российский генетик-вейсманист Четвериков, административно высланный из столицы в 1929 г.124, в 1935- 38 гг. занимал должность зав. кафедрой генетики Горьковского университета, а в 1940- 48 гг. был там деканом биофака. Серебровский с 1930 г. по 1948 г. заведовал кафедрой генетики в Московском университете. Дубинин, один из наиболее активных противников мичуринцев, в 1947 году был избран членом-корреспондентом АН СССР. Вейсманист академик Шмальгаузен в 1936- 48 гг. был директором Института эволюционной морфологии. И так далее. (Само собой разумеется, что большинство из них было «верными марксистами-ленинцами», в отличие от беспартийного Лысенко).

Дискуссии по проблемам биологии во 2 половине 1940- х гг.

В послевоенное время между мичуринским и вейсманистским направлениями в биологии вновь разгорелся конфликт. На этот раз он принял характер не столько обсуждения или выяснения научных позиций, которые были уже вполне определены и, в целом, у сторон не изменились, сколько характер столкновения идеологий, а также борьбы за управленческие посты и финансирование своих программ.

В 1946- 47 гг. вейсманисты предприняли атаку против Лысенко, стараясь «сбросить» его с поста президента ВАСХНИЛ. Вначале их наступление, проводившееся с привлечением партийного аппарата, прессы, общественности, попытками оказать давление на правительство из-за рубежа, было успешным. Однако вскоре оно полностью провалилось, притом с большими потерями для его инициаторов.

Кампания против Лысенко. Атаку против Лысенко начал генетик-вейсманист и ответственный партийный деятель А.Р. Жебрак. С конца 1944 до середины 1946 года он направлял письма в правительство (Маленкову и Молотову), встречался с Молотовым, настаивая на реорганизации управления биологическими и сельскохозяйственными науками и удалении из них мичуринцев.

Рянгина Серафима Васильевна (Россия, 1891- 1955) «Строители колхозной деревни» 1950

Рянгина Серафима Васильевна (Россия, 1891- 1955) «Строители колхозной деревни» 1950

16 апреля 1947 года деятельность Т.Д. Лысенко и ВАСХНИЛ критиковалась на заседании Оргбюро ЦК ВКП(б).

Теоретические взгляды Лысенко критиковались на конференциях по генетике, проходивших в МГУ в марте и в ноябре 1947 г. 29 ноября 1947 года в «Литературной газете» была опубликована статья Шмальгаузена, Формозова, Сабинина и Юдинцева с осуждением положений Т.Д. Лысенко о внутривидовых взаимоотношениях.

С 3 по 8 февраля 1948 года в МГУ прошла конференция по «проблемам дарвинизма», на которую прибыло 40 человек из разных городов и организаций. Многочисленные докладчики, среди которых были академик АН СССР ИИ. Шмальгаузен, академик АН УССР Д.А. Сапегин, член-корреспондент АН УССР И.М. Поляков, профессор М.М. Завадовский критиковали взгляды Т.Д. Лысенко на видообразование и доказывали, что эти взгляды противоречат дарвинизму.

Кампания против Лысенко на Западе. Помимо пропагандистских атак и партийно-политических интриг внутри страны вейсманисты попытались, ещё до окончания войны, организовать кампанию против Лысенко на Западе, имея в виду, разумеется, дискредитировать его в глазах общественности и руководства СССР.

В 1944- 45 гг. в западной прессе был опубликован ряд статей с критикой Лысенко. Около полусотни публикаций о советской генетике, осуждавших мичуринское направление в биологии, появилось на страницах научных и научно-популярных журналов «Science», «Journal of Heredity», «Nature», «American Naturalist». «Многие западные генетики приняли самое активное участие в этой кампании»22. Западные и советские вейсманисты действовали согласованно. Например, в конце 1944 — начале 1945 гг., получив критические статьи о советской биологии американских генетиков-вейсманистов Данна и Сакса — фактически из кругов советских генетиков-вейсманистов же и инспирированные — А. Жебрак направил В.М. Молотову письмо с их обзором и с замечаниями, что «взгляды Т.Д. Лысенко производят неблагоприятное впечатление на Западе».

В мае 1945 года Жебрак, прибыв в США на конференцию по образованию ООН как член белорусской делегации, встретился с американскими генетиками. Ему помогали М. Лернер, Э. Бабкок, Р. Гольдшмидт. …() Действия западных вейсманистов в борьбе против Т. Д. Лысенко согласовывались и с единомышленниками в СССР, и между собой. » Четыре наиболее известных американских генетика — Данн, Демерек, Добржанский127 и Мёллер — руководили американской частью кампании, а Хаксли координировал «британский фронт»…

Колесник Владимир Артемьевич (1920-1986) «В лаборатории колхоза Жовтень» 1950

Колесник Владимир Артемьевич (1920-1986) «В лаборатории колхоза Жовтень» 1950

Однако в 1947 году, когда СССР вступил в конфронтацию с Западом и когда сталинское руководство начало борьбу с космополитизмом в стране129, «западная помощь» обернулась против её получателей.

30 августа 1947 года в «Литературной газете», а 2 сентября в » Правде» появились публикации, осуждавшие Жебрака и Дубинина за их нападки в западной прессе на Т.Д. Лысенко. ….(). В итоге, в ноябре 1947 года А. Жебраку, главному организатору зарубежной линии давления на Т.Д. Лысенко, пришлось каяться за «низкопоклонничество перед Западом» на суде чести, состоявшемся в Министерстве высшего образования.

Продолжение кампании против Лысенко. Внутри страны, однако, давление на Т.Д. Лысенко и мичуринцев продолжалось. Оно достигло своего максимума в апреле 1948 года. Вейсманистам удалось привлечь на свою сторону Ю. Жданова, назначенного 1 декабря 1947 года зав. сектором науки УПиА ЦК ВКП(б). «Начавработу в секторе науки, я в первую очередь столкнулся с обстановкой в области биологии. На беседу потянулись многие учёные…» (Ю. Жданов)130. Приняв сторону оппонентов Лысенко, Ю. Жданов 10 апреля 1948 года выступил перед партийными лекторами в Политехническом музее с большим докладом на тему: «Спорные вопросы современного дарвинизма». В этом выступлении, имевшем характер инструктажа, он раскритиковал и теоретические взгляды Лысенко и его практическую деятельность. Самому Лысенко в разрешении присутствовать на выступлении Ю. Жданова было отказано, под тем предлогом, что это партийное мероприятие, а он в партии не состоит. Лысенко смог прослушать разгромное выступление своего молодого критика, химика по специальности, только в соседнем помещении, через репродуктор.

Согласно партийной практике, лекторы, проинструктированные представителями Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б), должны были далее разнести «официальную точку зрения партии», так сказать, в «гущу масс». То есть, карьера Лысенко, если бы такое произошло, фактически бы закончилась, потому что развернуть набравшую темп машину партийной пропаганды было непросто и Сталину.

Васин Виктор Федорович (Россия, 1919-1997) «Председатель колхоза» 1947

Васин Виктор Федорович (Россия, 1919-1997) «Председатель колхоза» 1947

Позиция Сталина. Работы Т.Д. Лысенко, направленные на повышение урожайности в сельском хозяйстве, неизменно поддерживались в 1930- 40-х гг. руководством страны и лично И.В. Сталиным. Мировоззренческая позиция Сталина также не изменилась с 1930-х годов -он по-прежнему одобрял идеи направленного изменения наследственности, отстаивавшиеся мичуринцами, и критически относился к доктринам Вейсмана. В октябре 1947 года, в разговоре с Ю. Ждановым перед назначением его на должность в отделе науки УПиА, Сталин сказал: «Большая часть представителей биологической науки против Лысенко. Они поддерживают те течения, которые модны на Западе. Это пережиток того положения, когда русские учёные, считая себя учениками европейской науки, полагали, что надо слепо следовать западной науке и раболепно относились к каждому слову с Запада».

Однако Сталин был не очень высокого мнения об организационных талантах Лысенко. В той же беседе он заметил Ю. Жданову: «Я ему <Лысенко> говорю: какой Вы организатор, если Вы, будучи президентом Сельскохозяйственной академии, не можете организовать за собой большинство». Лысенко и сам, впрочем, осознавал свою слабость в борьбе с многочисленными противниками. В конце октября 1947 года, осаждаемый с разных сторон, он обратился к Сталину с просьбой о помощи:

«Дорогой Иосиф Виссарионович!

… Если мичуринские теоретические установки, которых мы придерживаемся и на основе колхозно-совхозной практики развиваем, в своей основе правильны, то назрела уже необходимость нашим руководящим органам образования и сельского хозяйства сказать своё веское слово, внести резкий перелом в дело воспитания наших кадров биологов, агрономов и животноводов.

Метафизическое учение о живых телах — морганизм-менделизм, вейсманистский неодарвинизм преподается во всех вузах, мичуринское же учение — советский дарвинизм почти нигде не преподается.

Прошу Вас, товарищ СТАЛИН, помочь этому хорошему, нужному для нашего сельского хозяйства делу».

Сталин, по-видимому, в это время не особенно внимательно следил за положением в биологической науке и вокруг неё. Однако выступление Ю. Жданова 10 апреля 1948 года всё сильно поменяло.

17 апреля 1948 года Т.Д. Лысенко направил И.В. Сталину и А.А. Жданову письмо, в котором говорил, что он готов отказаться от президентства в ВАСХНИЛ и просил предоставить ему условия для работы по развитию мичуринской биологии для колхозно-совхозной практики. Министру сельского хозяйства И.А. Бенедиктову он послал заявление с просьбой об освобождении с поста президента ВАСХНИЛ.

Получив письмо Лысенко и узнав о лекции Жданова, Сталин понял, что дело зашло слишком далеко. Что Лысенко вот-вот «съедят», и руководство сельским хозяйством страны перейдет к рокфеллеровским стипендиатам131, «специалистам мирового уровня по дрозофиле» и «улучшателям евгенических качеств граждан» — то есть, развалится.

Шишко Сергей Федорович (Россия, 1911-1997) «Коровник» 1948

Шишко Сергей Федорович (Россия, 1911-1997) «Коровник» 1948

Как и в других случаях, ответ Сталина на попытку вынудить его принять решение, идущее вразрез с интересами страны, был очень резким. Итогом неуклюжих действий вейсманистов на этот раз стал их полный административный разгром — удаление с большинства занимавшихся ими управленческих постов в науке и преподавании132.

31 мая 1948 года состоялось заседание Политбюро, на котором обсуждалось выступление Юрия Жданова. Сталин возмущённо заявил, что Жданов-младший поставил своей целью уничтожить Лысенко, забыв, что на нём сегодня держится сельское хозяйство, что Лысенко — это Мичурин в агротехнике.

15 июля 1948 года Политбюро приняло постановление: «В связи с неправильным, не отражающим позиции ЦК ВКП(б) докладом Ю.А. Жданова по вопросам биологической науки, принять предложение министерства сельского хозяйства СССР, министерства совхозов СССР и академии сельскохозяйственных наук имени Ленина об обсуждении на июльской сессии академии сельскохозяйственных наук доклада акад. Т.Д. Лысенко на тему «О положении в советской биологической науке», имея в виду опубликование этого доклада в печати». В тот же день, 15 июля 1948 года постановлением правительства в состав ВАС-ХНИЛ был введён ряд известных учёных, в основном являвшимися сторонниками Т.Д. Лысенко.

Об отставке Лысенко уже не было речи. Трофим Денисович подготовил доклад,…Доклад был лично просмотрен и отредактирован Сталиным.

Таким образом, партийно-политические интриги вейсманистов оказали, как и их попытки использовать западную поддержку, обратный эффект. Впрочем, они ещё не знали о своём провале и продолжали осаждать ЦК и правительство требованиями снять Лысенко, покарать его и прочее. В июле 1948 года на имя Маленкова продолжали поступать письма от Шмальгаузена, Жебрака, Алиханяна, Бобко, Полякова и других. 16 июля 1948 года большое письмо Сталину с требованием отставки Лысенко направил академик ВАСХНИЛ Константинов.

Сессия ВАСХНИЛ 1948 года. Сессия Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук проходила 31 июля — 7 августа 1948 года. В её работе приняли участие более 700 специалистов из разных организаций Советского Союза. Сессия началась докладом Т.Д. Лысенко «О положении в биологической науке». Затем в прениях выступили мичуринцы и вейсманисты. Было заслушано около 50 докладов. Позиции обеих сторон и существующие между ними разногласия, в особенности по вопросам направленного изменения наследственности, наследования приобретённых признаков, вегетативной гибридизации, хромосомной теории были подробно изложены.

Манюков Михаил Николаевич (Россия, 1900-1969) «Колхозная хата - лаборатория»

Манюков Михаил Николаевич (Россия, 1900-1969) «Колхозная хата — лаборатория»

Помимо теоретической дискуссии, на сессии 1948 года вновь, как и на обсуждениях в 1936- 39 гг., были отмечены многочисленные примеры практических успехов мичуринцев, внедрения их достижений в сельское хозяйство и отсутствие таковых у вейсманистов….На сессии было также рассказано о многочисленных случаях административного нажима и давления в МГУ, ТСХА и других учреждениях со стороны вейсманистов на научных работников и студентов вузов, разделявших взгляды Мичурина и Лысенко в вопросах наследственности и изменчивости. Подавляющее большинство докладчиков одобрило теоретические положения доклада Лысенко. Особенно энергично поддержали президента ВАСХНИЛ специалисты-сельскохозяйственники….

Августовская сессия ВАСХНИЛ широко освещалась в печати. Центральная партийная газета «Правда» каждый день отводила две -три страницы для публикации докладов участников.

После окончания сессии, ЦК (т.е. Сталин) принял решение о переводе преподавания и научно-исследовательских работ в биологии на мичуринскую основу. Министерству образования, министерству сельского хозяйства, Академии наук, издательствам было поручено предпринять соответствующие меры. Многие вейсманисты были уволены, переведены на другую работу или понижены в должности. В большинстве крупных вузов на биологических факультетах сменились деканы и заведующие кафедрами. В научных и научно-практических сельскохозяйственных организациях произошли аналогичные преобразования. Брошюра Т.Д. Лысенко «О положении в биологической науке», в которую вошли его доклад и заключительное слово, была издана 19 августа 1948 года 300-тысячным тиражом. Стенограмма сессии была издана отдельной книгой тиражом 200 тысяч экземпляров.

Пластов Аркадий Александрович (Россия, 1893-1972) «Сбор картофеля» 1956

Пластов Аркадий Александрович (Россия, 1893-1972) «Сбор картофеля» 1956

Как известно из истории, Сталин в 1930- 40-х гг. не раз вмешивался в конфликты в научной или литературной среде, поддерживая одну из соперничающих групп (или даже одного человека) в противовес другим. Например, в конфликте РАПП — Булгаков он поддержал Булгакова, против которого было написано в газетах около 380 разносных статей — плюс письма в партийные органы — и убрать реакционные пьесы которого из театров требовала вся прогрессивная советская общественность. Однако авторитарным решением Сталина Булгаков остался на своей работе, а разогнан был РАПП.

Быстрота и массовость проводимых чисток напоминали прежние операции Сталина против троцкистов (или средних размеров военную операцию). Аналогию усиливали ритуальные покаяния верных марксистов-ленинцев, партийных деятелей Жуковского и Жебрака, «осознавших ошибки» и «заверявших партию и правительство в непоколебимой преданности великому учению Мичурина-Лысенко». Единомышленники советских вейсманистов за рубежом громко выражали негодование по поводу «недопустимого подавления свободной науки». Однако другие западные учёные писали о причинах принятого руководством СССР решения более объективно, отмечая, что общество имеет право контролировать деятельность научных работников и требовать у них отчёт об эффективности потраченных средств….

После августовской сессии ВАСХНИЛ 1948 года мичуринское направление в теоретической биологии и практической деятельности аграрных организаций СССР стало ведущим. Следствием было быстрое развитие в нашей стране сельского хозяйства. В 1950-х гг. СССР имел самые высокие в мире среднегодовые темпы роста сельхозпродукции — 6%, тогда как США — 1,8%, Франции — 4%, ФРГ — 3,2%. По темпам роста урожайности основной зерновой культуры, пшеницы, СССР в те годы опережал США47. За 1948 — 1970 гг. (Лысенко и представители его школы) средняя урожайность пшеницы в СССР увеличилась более чем на 120%, в США — менее чем на 90%48…

Противоположная сторона, тем временем, усилила скрытую пропагандистскую работу среди учёных и общественности. Уже тогда в ней начали применяться приёмы, столь характерные для кампании диффамации против Лысенко и мичуринцев в 1960- 80-х гг. Например, делалось следующее. Сначала среди «своих» и как бы под секретом распространялись слухи о сотрудничестве Лысенко с НКВД, о его причастности к арестам ВИРовцев в 1930-х гг., в том числе к аресту Вавилова. Затем на это намекалось в разговорах или публичных выступлениях. Избежать этого ядовитого информационного воздействия могли только те, кто хорошо разбирался в приёмах идеологической войны, чёрной и серой пропаганды — но таких было не слишком много. Именно поэтому либерально-космополитической «группе поддержки» вейсманистов постепенно удалось не только склонить на свою сторону часть общественности, но и вовлечь в свою деятельность немалое число учёных-патриотов. Так, например, коллективное письмо против Т.Д. Лысенко в ЦК КПСС в 1955 году подписали не одни лишь представители «демократической интеллигенции», но и выдающиеся русские учёные, среди которых был даже академик И.М. Виноградов.

Вейсманисты, чьи финансовые возможности после сессии 1948 года сильно уменьшились, а большинство программ было приостановлено, продолжали изучать физико-химические, молекулярные механизмы наследственности и ставить опыты по прямому воздействию на генетический аппарат разных мутагенов, прежде всего радиоактивных веществ. Т.Д. Лысенко относился к этим экспериментам отрицательно. И по научным, и по методологическим, и по мировоззренческим принципам оба направления, с течением времени, всё дальше расходились между собой.

Федоров Вячеслав Андреевич (Россия, 1918-1985) «Рожь созрела»

Федоров Вячеслав Андреевич (Россия, 1918-1985) «Рожь созрела»

Сталинский план преобразования природы.

20 октября 1948 года Совет Министров СССР и ЦК ВКП(б) приняли Постановление «О плане полезащитных лесных насаждений, внедрения травопольных севооборотов, строительства прудов и водоёмов для обеспечения высоких и устойчивых урожаев в степных и лесостепных районах европейской части СССР». Этот постановление стало известно как Сталинский план преобразования природы.

Планом было намечено создать в течение 15 лет, в 1950 — 1965 гг., систему из восьми крупных государственных лесных полос вдоль рек и на водоразделах между ними общим протяжением 5320 км, с площадью лесопосадок 117,9 тыс. га, в основном в Центральной части России — в Воронежской, Саратовской, Сталинградской областях. Направление этих полос было выбрано таким образом, чтобы они служили заслонами против губительных для урожая юго- восточных суховеев, частых в районах Поволжья, Кубани, Дона. В план включалась программа закрепления и облесения песков. Только на 1949 — 1955 гг. она охватывала 322 тыс. га. Обеспечивать работы по посадкам и посеву должны были лесопитомники и лесозащитные станции (ЛЗС); последних предполагалось создать 570.

Планом было также предусмотрено создание системы полезащитных лесных полос на землях колхозов и совхозов, общей площадью 5 млн. 709 тыс. га194. Кроме того, согласно этому плану, в колхозах и совхозах должны были введены травопольные севообороты, обеспечивающие восстановление плодородия почв, и созданы 44 тыс. прудов и водоёмов.

Советский плакат

Советский плакат

Одной из основных задач «сталинского плана» было повышение урожайности на европейской части территории СССР, в особенности в степных краях и местах, подверженных периодическим засухам и неурожаям.

Лесные полосы должны были предотвратить выветривание и водную эрозию почвы. Они уменьшали скорость ветра; способствовали более равномерному распределению снега на открытых пространствах; весной и летом задерживали поверхностный сток, переводя его во внутрипочвенный, пополнявший грунтовые воды; улучшали водный режим путем изменения условий стекания талых и дождевых вод, испарений с поверхности полей.

В травопольную систему земледелия входили: отвод части площадей севооборота под многолетние бобовые и злаковые травы, восстанавливающие плодородие почвы; широкое применение черных паров, зяби и лущения стерни; применение органических и минеральных удобрений; развитие орошения на базе использования вод местного стока путем строительства прудов и водоёмов; правильная система обработки почвы, ухода за посевами.

Сталинский план не имел аналогов в мировой практике. Основой его разработки были труды русских агрономов В.В. Докучаева, П. А. Костычева, В.Р. Вильямса, лесоводов; опыт работы Института земледелия центрально-чернозёмной полосы им. В.В. Докучаева («Каменная степь»).

Реализация. В 1948- 53 гг. создавались крупные государственные лесные полосы в центрально-чернозёмной зоне России. Например, государственная лесозащитная полоса Камышин -Сталинград протяжением 250 км была создана на водоразделе Волги и Дона. В 1952 году она была уже полностью готова. По берегам р. Северный Донец легла лесная полоса г. Белгород — р. Дон протяжённостью 700 км.

К весне 1950 года в работу включились 54 лесозащитные станции (ЛЗС), 40 степных лесхозов, 43 крупных лесопитомника. К осени 1951 года ЛЗС было уже 195. За 4 года их было создано более 360. Число лесопитомников превысило сотню.

В 1949- 51 гг. в системе лесного хозяйства было выращено 14 миллиардов сеянцев, собрано 119 тысяч тонн семян, из них 105 тыс. тонн желудей.

Колхозы и совхозы в 1948- 52 гг. посадили разных полезащитных насаждений на площади 2,6 млн. га.

В составе полезащитных лесных полос главное место отводилось долговечным породам, преимущественно дубу. В 1949 году, согласно пункту 26 Постановления, были произведены опытные посевы семян дуба гнездовым способом, по методике Т.Д. Лысенко. Эксперимент оказался успешным, и посевы семян гнездовым способом стали основным методом создания полезащитных лесополос.

Советский плакат

Советский плакат

Молодые деревья высаживались также вокруг садов и ягодников, по склонам балок и оврагов, на берегах рек, озер, прудов.

Закрепление и облесение песков в 1949- 53 гг. было осуществлено на площади в 353,58 тыс. га, что составляло 111% от плана. Облесение песков производилось главным образом, посадками сосны. Полезащитные лесные полосы, как и планировалось, оказали положительное влияние на урожаи сельскохозяйственных культур. По данным Института земледелия центрально- черноземной полосы имени Докучаева урожай за 1949 — 1953 гг. в среднем был (ц/га)195:

Проведенное летом 1954 года изучение влияния полезащитных лесных полос в районах, поражённых засухой, показало, что в большинстве случаев эти полосы давали прибавку урожая зерновых на 1,5 — 3 ц/га. При этом положительное влияние лесных полос начиналось уже с 3-5-летнего возраста196. Агроном И.И. Хорошилов из Ростовского областного управления сельского хозяйства утверждал, что 6-8- летние лесные полосы при высоте в 4-5 м в обычные годы способствуют повышению урожайности зерновых культур на 10-15%, а в засушливые годы урожай с защищённых участков превышает урожай с соседних открытых в 1,5-2 раза4……()

В марте 1953 года реализация «сталинского плана» приостановилась. С апреля 1953 года перестал выходить журнал «Лес и степь». С мая 1953 года все работы на государственных лесозащитных полосах были прекращены. Были ликвидированы лесозащитные станции, остановлено финансирование работ. «Необыкновенное лето 1953 года принесло делу полезащитного лесоразведения тяжёлые и трудноисправимые последствия»199.

С сентября 1953 года работы над лесопосадками возобновились, но в гораздо меньшем объёме. В 1953 году по сравнению с 1952 г. лесополос было введено в 10-15 раз меньше. Облесение оврагов и песков в 1954 году сократилось в 20 раз.

Заседание Президиума Академии наук СССР. 1951. Ефанов Василий Прокофьевич (руководитель бригады), Грицай Алексей Михайлович, Котляров Лев Серафимович, Максимов Константин Мефодиевич, Ставицкий Борис Викентьевич, Судаков Павел Федорович, Щербаков Борис Валентинович

Заседание Президиума Академии наук СССР. 1951. Ефанов Василий Прокофьевич (руководитель бригады), Грицай Алексей Михайлович, Котляров Лев Серафимович, Максимов Константин Мефодиевич, Ставицкий Борис Викентьевич, Судаков Павел Федорович, Щербаков Борис Валентинович

Освоение целины и повсеместное внедрение кукурузы

Сельскохозяйственные приоритеты во время правления Н. Хрущёва изменились. Основные силы и средства были направлены на освоение целины, а потом ещё и на повсеместное внедрение кукурузы. Травопольная система была ликвидирована, сначала фактически, а с 1962 года и административно — запрещением колхозам её использования. В 1950- 60-х гг. она неоднократно осуждалась либералами, в том числе и не имевшими никакого отношения к сельскому хозяйству -во-первых, потому что она принесла много пользы России, а во- вторых, потому что её поддерживал столь ненавистный либерально-космополитической интеллигенции Т.Д. Лысенко.

Деятельность по окультуриванию леса в СССР постепенно восстановилась. Начиная с 1960-х годов ежегодные объёмы лесокультур-ных работ и всех видов защитных насаждений превышали 1,3 млн. га.

После марта 1953 года аграрная политика руководства страны радикально переменилась. Уже в апреле — мае были многократно урезаны ассигнования на лесоразведение в степной зоне России и Украины; ликвидированы лесозащитные станции и другие учреждения, занимавшиеся лесо и фитомелиорацией. Проблемы повышения урожайности основных зерновых культур, пшеницы и ржи, являвшиеся при Сталине ключевыми в сельском хозяйстве страны, отошли при новом руководстве на второй план. С середины 1950-х гг. главными задачами аграрной политики СССР стали, по воле первого секретаря ЦК КПСС Н. Хрущёва: освоение целинно-залежных земель в степной зоне страны и радикальное расширение площадей посевов кукурузы в сочетании с переходом на её посевы гибридными семенами.

Т.Д. Лысенко критически отнёсся и к стремительному освоению целины, и к замене посевов ржи и пшеницы посевами кукурузы, и к применению её инцухт-гибридов. Эти разногласия с Н. Хрущёвым стали причиной его отставки с поста президента ВАСХНИЛ в 1956 году. Впрочем, являясь крупным специалистом в области сельского хозяйства, он во второй половине 1950-х гг. внёс ряд предложений по улучшению агротехники в целинных районах.

Целина

Неизвестный художник «Землемеры»

Неизвестный художник «Землемеры»

Вопрос об освоении целины рассматривался ещё созданной осенью 1946 года комиссией по разработке долговременной государственной агрополитики под руководством Лысенко и Немчинова (директора ТСХА). Комиссия отметила, что распашка под пшеницу земель в зонах рискованного земледелия допустима, но требует осторожного подхода и разработки новых агротехнических приёмов.

Эти рекомендации были проигнорированы Н. Хрущёвым. На сентябрьском пленуме ЦК КПСС 1953 года он предложил заняться освоением целины. Февральско- мартовский пленум 1954 года принял постановление «О дальнейшем увеличении зерна в стране и об освоении целинных и залежных земель». После чего целинные земли начали распахиваться в массовом масштабе и в кратчайшие сроки. К этому привлекались студенты, солдаты, специалисты; завозилась техника со всех концов страны. Так, в 1956 году в Казахстан было стянуто около 12 тыс. комбайнов, 20 тыс. шоферов. Всего за 1954- 63 гг. было распахано около 43 млн. га в прежней степной зоне. В Казахстане массово создавались новые зерноводческие совхозы. Уже в 1954 году их было 90; к началу 1956 года их стало 337; на обустройство каждого выделялось 10-15 млн. рублей.

Основываясь на своём опыте работы в Сибири и Казахстане во время войны, Т.Д. Лысенко предлагал часть целинных земель отводить под чистый пар и многолетние травы….»В пятидесятые годы прошлого века Трофим Денисович доказывал, что без значительных площадей чистых паров и многолетних трав успешное земледелие в целинных областях Сибири и Казахстана невозможно»203.

Однако и к этим предложения Т.Д. Лысенко, хотя они были поддержаны местными агрономами, Хрущёв отнёсся негативно, считая, что отвод части целинных земель под пар уменьшит общий валовой сбор урожая.

Отрощенко Сергей Борисович (Россия, 1910-1988) «Поднятие целины» 1954

Отрощенко Сергей Борисович (Россия, 1910-1988) «Поднятие целины» 1954

Результаты целинной кампании оказались различными для разных регионов страны. Для Казахстана их можно было считать неплохими: в республику пришла сельскохозяйственная техника, были созданы новые предприятия, рабочие места. За 25 лет (1954- 79 гг.) на развитие аграрного сектора Казахстана, в основном, на освоение целины и создание совхозов, было направлено из союзного бюджета — то есть, за счёт остальных республик, прежде всего, России и Украины -около 21 млрд. рублей. Традиционная отрасль экономики республики, животноводство, хотя и претерпела структурные изменения в связи с трансформацией значительной части пастбищно-степного ландшафта, сумела приспособиться к новым условиям, скооперировавшись с зер-новодческими совхозами. Тогдашний (времён целины) замминистра совхозов КазССР Х. Арыстанбеков, в интервью агентству КазИнформ, опубликованном 30 января 2004 года), сказал: «с развитием совхозов в Казахстане были решены вопросы двух исключительно важных отраслей — производства зерна и животноводства… Из самых разных уголков Советского Союза прибывали военнослужащие и студенты, доставлялся военный автотранспорт и комбайны. Большая часть этой техники осталась впоследствии в распоряжении республики»204.

Иными оказались результаты «освоения целины» для других регионов страны. Из сельского хозяйства России и Украины, совсем недавно подвергшегося разграблению немцами205, снова изымались работники и средства — только их вывозили не в Германию, а в «братскую республику». Лишь в 1954- 57 гг. на целинные земли Казахстана прибыло около 640 тысяч механизаторов, строителей, инженеров, техников, агрономов. Эти специалисты покинули и так уже многократно опустошённые в 1920- 30- 40-х гг. русские и украинские сёла, чтобы вложить свои силы и знания в подъём сельского хозяйства Казахстана. Если реализация Сталинского плана преобразования природы означала инвестицию сил и средств в развитие сельского хозяйства европейской части России и Украины, то целинная кампания Хрущёва перенаправила их в другие районы. В результате, одновременно с освоением целины началось сокращение пашни в европейской части страны. Только за 1954- 59 гг. из-за отсутствия средств здесь вышло из сельскохозяйственного оборота свыше 13 млн. га пашни.

Некоторые руководители правительства понимали катастрофические последствия для России «целинной кампании». Так, К.Е. Ворошилов, «узнав, что обсуждается вопрос о подъёме целинных земель и понимая, что это потребует огромного количества средств, сил и техники, с грустью заметил: «а в смоленских деревнях ещё кое-где люди на себе пашут»»1. В.М. Молотов: «Целину начали осваивать преждевременно. Безусловно, это была нелепость… я с самого начала был сторонником освоения целины в ограниченных масштабах, а не в таких громадных, которые нас заставили огромные средства вложить, нести колоссальные расходы вместо того, чтобы в обжитых районах поднимать то, что уже готово. Я предлагал вложить эти деньги в наше Нечерноземье, а целину поднимать постепенно»*.

Хрущёв и его сторонники (среди которых был и Л. Брежнев) аргументировали масштабное освоение целины необходимостью «срочно дать стране хлеб» 206. Однако их агрополитика не решила проблемы самоснабжения СССР продовольствием. Из-за низкой урожайности зерновых на целине, крупных капиталовложений в освоение новых земель, а затем в противоэрозионные мероприятия, из-за длительного недополучения средств традиционными сельскохозяйственными регионами, Советский Союз уже в 1963 году начал большие закупки зерна за рубежом. За десятилетие 1976- 85 гг. зарубежного зерна было закуплено на сумму более 50 млрд. долларов. К началу «перестройки» почти 40% потребности страны в зерне удовлетворялось за счёт импорта.

Вагин Андрей Григорьевич (Россия, 1923) «Поднятая целина» из серии «Рожденный в 1954» 1979

Вагин Андрей Григорьевич (Россия, 1923) «Поднятая целина» из серии «Рожденный в 1954» 1979

В целом, целинная кампания, предпринятая по инициативе Хрущёва и поддержанная его советниками, была равнозначна крупной общегосударственной диверсии, особенно сильно подорвавшей сельскохозяйственное производство славянских республик — России и Украины.

«Кукурузная кампания», инициированная в середине 1950-х гг. Н. Хрущёвым, включала в себя две взаимосвязанные части: 1) резкое расширение площадей посевов кукурузы (включая распространение этой, исходно южной, культуры, далеко на север); 2) массовое внедрение двойных межлинейных инцухт-гибридных кукурузных линий. Первое было обусловлено уверенностью Хрущёва, что рост урожаев «царицы полей» (как корма для скота) даст увеличение объёма продукции животноводства. В необходимости второго Хрущёва убедила настойчивая пропаганда тогдашних вейсманистов, ссылавшихся на опыт США и обещавших, при помощи этих гибридов, успешно сеять кукурузу в новых районах….(..)

В 1935 году в сборнике «Теоретические основы селекции растений», вышедшем под редакцией Н. Вавилова, были помещены две статьи о межлинейных гибридах кукурузы: селекционеров М.И. Хаджинова (позже одного из ведущих советских специалистов по кукурузе) и В.Е. Писарева.

Вскоре внедрение в СССР гибридов инцухт-линий кукурузы стало настойчиво рекомендоваться в публикациях ряда советских растениеводов (включая Вавилова) и генетиков…..Мичуринцы, во главе с Лысенко отрицательно относились к созданию гибридов самоопылённых линий, предлагая, вместо этого, создавать новые сорта и межсортовые гибриды. Основанием для такого предпочтения Лысенко считал, во-первых, последовательное применение методов отдалённой гибридизации И.В. Мичуриным, во-вторых, обеднение наследственной основы при инцухте. Преимущество сортов заключалось также в том, что их качества (в отличие от гибридов) сохранялись не только в первом, но и последующих поколениях. Конечно, фермерские хозяйства/ колхозы, перешедшие с сортов на гибриды, могли бы ежегодно закупать у семеноводческих фирм новые порции семян. Но это поставило бы их в зависимость от этих фирм, что имело ряд недостатков.

Малаев Федор Петрович (Россия, 1902-1982) «Поднятая целина» 1955

Малаев Федор Петрович (Россия, 1902-1982) «Поднятая целина» 1955

Хотя межлинейные гибриды действительно имели более высокую урожайность в США, чем обычные сорта и межсортовые гибриды, вопрос о желательности их внедрения в СССР был более чем спорным, и не только из-за исчезновения эффекта гетерозиса во втором поколении. Дело в том, что повышенная урожайность инцухт- гибридов кукурузы имела место только в т.н. кукурузном поясе208. В США кукурузный пояс занимал значительную часть территории и потому широкомасштабное внедрение там инцухт-гибридов было коммерчески оправданным. В СССР дела обстояли прямо противоположным образом. А вне кукурузного пояса урожайность инцухт- гибридов не слишком отличалась от урожайности районированных сортов209.

Возникает, конечно, вопрос: знали ли об этих различиях в природных условиях США и СССР лоббисты инцухт-гибридных линий кукурузы в Советском Союзе (в число которых входили ведущие генетики- вейсманисты) и, если они об этом знали, не было ли в их лоббировании каких-либо «привходящих обстоятельств»? Чтобы правильно ответить на этот вопрос, нелишним будет обратить внимание на следующие факты. Г. Э. Уоллес, бывший в США министром сельского хозяйства (1933- 40 гг.), вице-президентом (1940- 45 гг.), министром торговли (1945- 46 гг.), основал фирму, занимавшуюся производством инцухт-гибридных семян; лично занимался их продвижением, и был особенно заинтересован в их сбыте за рубежом в 1930-х гг., когда сельское хозяйство США находилось в глубоком кризисе. Примерно тогда же, в середине 1930-х гг., началось активное лоббирование внедрения в СССР ин-цухт-линий вейсманистами, лидеры которых проходили стажировки в США (по линиям фонда Рокфеллера и другим) и имели тесные связи с американскими коллегами. Далее, Уоллес весьма дружески относился к СССР и коммунизму вообще. В 1945 году он предложил президенту Трумэну поделиться с СССР секретом создания атомной бомбы. В сентябре 1946 года он выступил с осуждением ужесточения внешнеполитического курса США в отношении СССР. Когда в 1948 году Уоллес баллотировался в президенты, «Дейли уоркер» (газета компартии) выступала в его поддержку, а оппоненты называли его «кандидатом от коммунистов». Мало того, в 1920- 30-х гг. Уоллес находился в дружеских и довольно странных отношениях с теософской группой Николая Рериха210, среди и вокруг которой было немало агентов ОГПУ-НКВД. То есть, основатель фирмы, производившей в США семена инцухт-гибридов, был одновременно политиком, имевшим множество официальных и неофициальных дружеских связей с СССР. (Стоит отметить, забегая несколько вперёд, что именно у дилера Уоллеса — фирмы Гарста — Советский Союз, при Хрущёве, стал закупать инцухт-гибридные семена и оборудование для заводов по их калибровке). Наконец, с 1940-х гг. активно продвигал внедрение двойных межлинейных гибридов в другие страны (прежде всего, латиноамериканские) фонд Рокфеллера 211. Таким образом, мы имеем, с одной стороны, семеноводческую фирму, основатель которой (Уоллес) занимал самые высокие посты в правительстве США и имел многообразные дружеские связи с СССР, а с другой стороны — группу учёных (вейсманисты), тесно завязанных на американских коллег, на гранты от фонда Рокфеллера, «развитие мировой науки» и прочее подобное. Предположение, что кто-то из вторых лоббировал интересы первого в ущерб государству не из одной лишь «бескорыстной преданности мировой науке» является не слишком невероятным.

Неизвестный художник «Целинный край. Выходной день»

Неизвестный художник «Целинный край. Выходной день»

Летом 1940 года Н. Вавилов, совместно с кукурузоводами М.И. Хаджиновым и И.В. Кожуховым, направил наркому земледелия И.А. Бенедиктову и замнаркома В.С. Чуенкову докладную записку, в которой, ссылаясь на опыт США, вновь настаивал, что переход на посевы кукурузы семенами двойных межлинейных гибридов мог бы принести стране значительные выгоды….

В 1944- 46 гг. в США и Канаде побывал агроном И.Е. Емельянов. Назад он привёз и передал в ВИР, среди прочего, семена американских межлинейных гибридов кукурузы. Со второй половины 1940-х гг. активно работал над выведением инцухт-гибридов кукурузы, с использованием доставленного из США материала, М.И. Хаджинов.

В 1940- начале 50-х гг. группе Т.Д. Лысенко удавалось одерживать верх над своими оппонентами в дискуссиях насчёт посевов кукурузы.

Положение изменилось после марта 1953 года. Н. Хрущёв пошёл навстречу предложениям противникам Лысенко. Очевидно, на него произвели определённое впечатление их ссылки на успехи американцев — дававшиеся без анализа различий в климатических условиях США и СССР — а также обещания продвинуть, при помощи новых видов гибридной кукурузы, её посевы во все регионы страны216.

В. Говорков. Плакат. 1955.

В. Говорков. Плакат. 1955.

25 января 1955 года на пленуме ЦК КПСС Н. Хрущёв выступил с докладом «Об увеличении производства продукции животноводства», в котором, в частности, сказал: «Работы по продвижению кукурузы в различных районах страны должны быть значительно расширены… практика показывает, что везде, где возделывается пшеница, кукуруза может достигать молочно-восковой спелости… Мы обязаны в текущем году, а также в последующем году обеспечить новые районы возделывания кукурузы семенами, выращенными на юге… в ближайшие два-три года перейти на посев только гибридными семенами». Посевы кукурузы предлагалось довести, к 1960 году до 28 млн. га, вместе нынешних (1954 г.) 3,5 млн. га.

Решением президиума АН СССР была создана комиссия по гибридной кукурузе, которую возглавил генетик- вейсманист Н.П. Дубинин, давний противник Т.Д. Лысенко.

Осенью 1955 года в СССР приехал Р. Гарст, дилер Pioneer Hi-Bred Corn, и другие представители фирмы. Вскоре (той же осенью 1955 г.) группа советских специалистов, в которую входили И.Е. Емельянов, Г.С. Галеев, приехала в США, где посетила фирму Гарста и провела переговоры о закупке гибридных семян, а также оборудования для пяти заводов по сушке и калибровке семян. В 1955- 56 гг. СССР закупил у Гарста большие объёмы семян гибридной кукурузы. Гарст ещё не раз бывал в СССР, как и советские специалисты у него. 23 сентября 1959 года Гарст принимал на своей ферме Хрущёва, где демонстрировал сельскохозяйственные достижения, особенно в кукурузоводстве.

Однако гибридные семена фирмы Pioneer оказались, как в конце концов выяснилось, малоподходящими для климатических условий СССР -они были слишком позднеспелыми. Учитывая разницу в климатических условиях между США и СССР, это можно было бы предвидеть, при некотором желании, с самого начала.

Тем не менее, от реализации своего кукурузного проекта Н. Хрущёв никоим образом не отступил, проявив здесь такую же целеустремлённость, как и в деле «освоения целины» (со сходными результатами). Следуя советам вейсманистов, были выделены большие средства на создание двойных межлинейных инцухт-гибридов. Во второй половине 1950-х гг. отбором самоопылённых линий и созданием двойных межлинейных инцухт-гибридов занимались сорок НИИ; выращивали семена этих гибридов шестьдесят пять семеноводческих совхозов и две тысячи специализированных семеноводческих хозяйств. В 1956 году в СССР было начато строительство пяти заводов (закупленных у Гарста) по сушке и калибровке семян. В 1959 году таких заводов было уже сорок. Если в 1954 году двойные межлинейные гибриды занимали 30,8 тыс. га, из общей площади посевов кукурузы 3,5 млн. га (т.е. менее 1%) , то в 1958 году посевы одного только двойного межлинейного гибрида ВИР 42 заняли 3,01 млн. га.

Рейнер Юрий Петрович (Россия, 1911-1973) «Огни в долине» 1961

Рейнер Юрий Петрович (Россия, 1911-1973) «Огни в долине» 1961

Рекомендации и обещания высокопоставленных растениеводов и генетиков- вейсманистов укрепляли Хрущёва и в его решении сеять кукурузу по всей стране. В результате, партийное руководство во всех регионах, вплоть до Таймыра, требовало от колхозов, совхозов и других хозяйств внедрять «культуру изобилия»220.

Однако, как и указывали мичуринцы ещё до начала кампании «повсеместного внедрения кукурузы»221, двойные межлинейные гибриды оказались малопригодными для новых регионов. Сотрудники ВСГИ писали: «За последние годы в степных областях Украины, в Молдавии и на Кубани получили довольно широкое распространение двойные межлинейные гибриды, главным образом, ВИР 42. В этих районах они отличаются высокой урожайностью. Однако для северных районов страны двойных межлинейных гибридов пока ещё нет, а гибриды южного происхождения для северной зоны совершенно непригодны из-за их позднеспелости и теплолюбивости»21.

Пока по всей стране «волюнтаристски» высевалась кукуруза и внедрялись, под руководством вейсманистов, двойные межлинейные инцухт-гибриды, мичуринцы продолжали заниматься созданием межсортовых и сортолинейных222 гибридов. Ещё в 1953 году селекционеры ВСГИ вывели, путём межсортового скрещивания при свободном опылении, высокоурожайный сорт Одесская 10, превышавший по белку ВИР 42 (на 1,5%) и более холодостойкий. В конце 1950-х гг. в ВСГИ были созданы высокоурожайные скороспелые сортолинейные гибриды кукурузы Одесская 23 и Одесская 21. Одесская 23, не уступая по урожайности двойному межлинейному гибриду ВИР 42, превосходила его по урожайности зелёной массы с початками и созревала на 5-1 дней раньше. Вдобавок, оба эти сортолинейных гибрида также превышали ВИР 42 и ВИР 25 по белку (на 1,5 — 4%). В 1962 году Одесская 23 и Одесская 21 в сумме занимали примерно 2 млн. га, из общей площади посевов гибридов кукурузы в СССР в 22,5 млн. га. Одесская 10 ещё в 1963 году высевалась на площади около 600 тыс. га.

После падения Хрущёва кукурузный бум, равно как и директивная ориентация на двойные межлинейные гибриды естественным образом сошли на нет. В 1965 году площадь посевов кукурузы в РСФСР упала… Например, в Северо-Западном районе РСФСР сбор кукурузы (на силос и зелёную массу) уменьшился с 811 тыс. тонн в 1960 г. до 83 тыс. тонн в 1965 г. 30

«Повсеместное внедрение кукурузы» повлекло за собой дополнительное (к «освоению целины») снижение посевных площадей основных зерновых культур в традиционных сельскохозяйственных регионах России и Украины и дополнительную растрату финансовых ресурсов государства. «Кукурузную кампанию» Хрущёва можно было бы оценить только как крупную афёру, притом, с учётом личностей ряда её участников, международного характера. Немалую роль в принятии Хрущёвым решения о «повсеместном внедрении кукурузы» сыграли вейсманисты, …

Иванов-Сакачев Иван Степанович (Россия, 1926–1985) «Техпомощь прибыла» 1955

Иванов-Сакачев Иван Степанович (Россия, 1926–1985) «Техпомощь прибыла» 1955

Кампания диффамации против Т.Д. Лысенко

В 1950-х гг. противники мичуринцев и их группы поддержки обогатили свой полемический арсенал новыми приёмами. Кулуарно, а где удавалось и в научных журналах, они принижали или искажали вклад Лысенко в развитие биологии и сельского хозяйства страны; обвиняли его в подделке результатов экспериментов, шарлатанстве и мошенничестве; в «отрыве от мировой науки», в «аракчеевщине» и «диктатуре».

Постепенно эти пропагандистские атаки начали оказывать влияние на общественное мнение. В 1955 году противники мичуринцев организовали коллективное письмо в ЦК КПСС с резкой критикой Лысенко. В этом письме реальные факты смешивались с передёргиваниями и преднамеренной ложью274. Тем не менее, свои подписи под ним поставили около трёхсот научных работников, причём среди них были не только представители «демократической интеллигенции», но и видные русские учёные.

Особую активность в деле фальсификации достижений Лысенко и его коллег проявляли в те годы А. Любищев и Ж. Медведев. Любищев в 1950-х гг. направил ряд писем в партийные органы с предвзятой и некомпетентной критикой теоретических взглядов Лысенко и результатов его практических работ275. Позже он обобщил эти свои труды в книге-пасквиле «О монополии Лысенко». Жорес Медведев, сын, как пишут в современных справочных изданиях, необоснованно репрессированного при Сталине старого большевика, в 1962 году написал сочинение под названием «Биологическая наука и культ личности», охарактеризованное М.А. Ольшанским как «ворох грязных клеветнических выпадов, имеющих целью скомпрометировать Т.Д. Лысенко как учёного, гражданина, человека».

Кутилин Владимир Александрович (1931) «Полдень» 1963

Кутилин Владимир Александрович (1931) «Полдень» 1963

Между тем, начала приносить плоды деятельность либерально-космополитической группировки по восстановлению своего влияния в идеологическом аппарате, прессе, других СМИ, отчасти утраченного ею в 1930- 40 гг., во время правления Сталина. К 1960-м гг. ряд популярных художественно-литературных и общественно-политических изданий оказался под её контролем, в результате чего противники Т.Д. Лысенко получили возможность выносить слухи и сплетни, распространявшиеся ими ранее, в основном, в среде творческой интеллигенции, на широкую общественную трибуну. При этом к предыдущим искажениям научной и исторической истины они добавили голословные клеветнические обвинения Т.Д. Лысенко в причастности к арестам ВИРовцев в 1930-х гг., в том числе, к аресту Вавилова.

Сходные диффамационные методы применялись и против коллег Т.Д. Лысенко. Например, в 1964 году таким приёмом был провален на выборах в АН СССР Н.И. Нуждин. Выступивший на собрании Академии А. Сахаров сказал: «Я призываю всех присутствующих академиков проголосовать так, чтобы единственными бюллетенями, которые будут поданы за <избрание Н.И. Нуждина> были бюллетени тех лиц, которые вместе с Нуждиным, вместе с Лысенко несут ответственность за те позорные тяжёлые страницы в развитии советской науки». Двусмысленный грязный намёк о «позорных страницах» дополнился приватными клеветническими слухами об ответственности Лысенко за процессы против ВИРовцев — и Н.И. Нуждина забаллотировали.

Когда Т.Д. Лысенко покинул высокие научно-административные посты, его многочисленные недруги постарались припомнить ему все свои обиды. Начиная с середины 1960-х гг. в научной и научно- популярной печати взгляды Лысенко систематически дискредитировались, осуждались, высмеивались, назывались вредными, ненаучными, шарлатанским и т. д. Дело доходило до смешного абсурда: Лысенко обвиняли в «извращении взглядов Мичурина» лица, которые ненавидели самого Мичурина не меньше, чем Лысенко.

В январе 1965 года была создана комиссия Академии наук СССР «по проверке работы фермы «Горки Ленинские»», давшая тенденциозно отрицательное заключение о работе фермы и заодно осудившая теоретические взгляды Лысенко. Этот отчёт был оперативно и повышенным тиражом опубликован в научной печати (Вестнике АН). Позже работе Лысенко на ферме постоянно мешали административными методами .

В центральную печать не пропускались положительные отзывы о научных взглядах Лысенко, о его вкладе в развитие сельского хозяйства страны. Академик, Герой Социалистического труда В.Н. Ремесло публиковал информацию о том, что при выведении своих всемирно известных мироновских сортов пшениц он пользовался методами, разработанными Т.Д. Лысенко, не в газетах «Правда» или «Сельская жизнь» а в сочинской «Черноморской здравнице» (статья «Сорт и урожай», 21 дек. 1971 г.).

Нисский Георгий Григорьевич (Россия, 1903-1987) «Колхоз "Загорье"» 1959

Нисский Георгий Григорьевич (Россия, 1903-1987) «Колхоз «Загорье»» 1959

Всевозможные препятствия в работе создавались коллегам и последователям Т.Д. Лысенко. Профессор А.Н. Студитский с возмущением писал об установившемся «режиме террора по отношению к учёным, пытающимся в вопросах наследственности и развития опираться больше на свой исследовательский опыт, нежели на навязываемую доктрину»6. Велась борьба, как писал сам Т.Д. Лысенко, «в направлении уничтожения всех возможностей для моих сторонников научныхработ и практических предложений»1.

Регулярно дискредитировалась личность Т.Д. Лысенко. В публицистических статьях и книгах представителей либерально-космополитической интеллигенции он изображался в негативных или карикатурных тонах, обвинялся, косвенно или прямо, в организации политических репрессий против своих научных оппонентов.

При этом на всевозможные клеветнические инсинуации ни сам Лысенко, ни лица, знавшие истинное положение дел, не имели никакой возможности ответить. Как писал Ф. Моргун, «в том, что Т.Д. Лысенко — честный, высокопорядочный человек, большой учёный, который много сделал для советской и мировой сельскохозяйственной науки, глубоко были убеждены академики Ремесло, Кириченко, Лукьяненко, Пустовойт, Мальцев — его ученики. Они мне многократно говорили лично, что глубоко уважали Трофима Денисовича, без его поддержки и помощи не состоялись бы как учёные, и когда началась травля Лысенко, они писали письма в его защиту в ЦК КПСС, газеты «Правда», «Сельская жизнь», «Известия», но их не печатали, ни объяснений, ни ответов не давали… Об интересном эпизоде, который случился с ним в 80-е годы прошлого века, рассказал мне директор Института земледелия Украинской академии аграрных наук, академик В. Сайко. Как-то в те времена он в интервью с иностранными корреспондентами одобрительно отозвался о Трофиме Денисовиче. Не успели выйти из печати материалы беседы, как академик получил телефонные звонки от высоких руководителей аграрной науки Москвы и Киева и представителей КГБ <!>, которые предупреждали о недопустимости таких «выходок» в будущем»*.

В общем, в 1960- 70-х гг. против Т.Д. Лысенко велась настоящая тотальная информационная война «на уничтожение», о которой он сам писал: «Я поставлен в положение вне закона. Кто угодно может обо мне говорить и писать, что ему заблагорассудиться, любую ложь и клевету обо мне вбивать в головы общественности как правду».

Развернув кампанию диффамации и морального террора в отношении как представителей мичуринской биологии, так и любых попыток непредвзятого исследования истории генетики в СССР, самозваные «судьи» объявили свои клеветнические инсинуации «приговором истории».

Пластов Аркадий Александрович (Россия, 1893-1972) «Деревенский март» 1968

Пластов Аркадий Александрович (Россия, 1893-1972) «Деревенский март» 1968

К «делу Лысенко» либерально-космополитическая группировка вернулась в конце 1980-х гг., когда её фальсификации в истории науки в СССР 1930- 60-х гг. были востребованы в контексте задач пропаган-дистско-идеологической войны, направленной на уничтожение Советского Союза и захват государственной собственности.

Приложение. Документы. I. Протесты против выступления А. Сахарова

Т.Д. Лысенко. Письмо главному ученому секретарю Президиума АН СССР Н.М. Сисакяну.

Глубокоуважаемый Норайр Мартиросович!

Прошу довести до сведения Президента Академии академика М.В. Келдыша и Президиума АН СССР о нижеследующем:

На общем выборном собрании АН СССР 26/VI 1964 г. я просил Президиум представить мне доказательства обвинения, брошенного в мой и Н.И. Нуждина адрес. Теперь, прочитав стенограмму, я снова прошу Президиум АН СССР в письменном виде представить доказательства следующего обвинения: «…Нуждин вместе с Лысенко несут ответственность за те позорные и тяжелые страницы в развитии советской науки, которые в настоящее время, к счастью, кончаются».

Попробуйте доказать, в чем заключаются эти «позорные и тяжёлые страницы в развитии советской науки». В чем моя и Н.И. Нуждина вина в этом деле? Лично меня, отдавшего всю свою жизнь развитию прогрессивного мичуринского направления в биологии на протяжении всей моей научной деятельности, в каких только грехах не обвиняют. Клевещет каждый, кому только охота, причем многие из них не читали ни одной моей научной работы и в то же время обвиняют меня в развале биологической науки. Обвиняют меня также в уголовных преступлениях. С полной ответственностью заявляю, что все это абсолютная клевета.

До сих пор эту клевету распространяли, хотя и в широком масштабе, но так сказать, неофициально, как говорится, за углами. АН СССР как организация официально к этому делу была непричастна. Теперь же с голословным обвинением выступили уже на большом официальном собрании учёных — на сессии АН СССР. Этим теперь АН СССР показала, что тому, кто будет развивать науку в плане теоретических биологических положений, выдвинутых академиком Т. Д. Лысенко, тому нет места в рядах академиков АН СССР. Иначе зачем при обсуждении кандидатуры в академики Н.И. Нуждина выдвинутые против него обвинения связали с академиком Лысенко. Это только для того, чтобы наглядно показать, что кто в своей биологической работе разделяет научные взгляды академика Лысенко, тому будет создана такая же небезупречная научная репутация, какую недруги науки пытаются создать академику Лысенко.

Всё это крайне мешает моей научной работе и подорвало моё здоровье. Поэтому по состоянию здоровья я отказался от выполнения обязанностей директора Института генетики АН СССР. Об этом я неоднократно заявлял президенту, академику М.В. Келдышу, и просил его назначить нового директора Института генетики. Теперь у меня является настойчивая мысль — стоит ли, полезно ли для биологической науки и колхозно-совхозной практики моё пребывание в составе академиков АН СССР.

Мочальский Дмитрий Константинович (Россия, 1908-1988) «Получение писем» 1959

Мочальский Дмитрий Константинович (Россия, 1908-1988) «Получение писем» 1959

М.А Ольшанский. Письмо Н.С. Хрущеву.
В связи с выступлением академика А. Сахарова на сессии Академии наук СССР считаю своим долгом довести до Вашего сведения о следующем.

Да, действительно, селекционер В.Н. Ремесло и генетик Н.И. Нуждин не были избраны в Академию наук СССР по той причине, что они разделяют в биологии направление, развиваемое академиком Т. Д. Лысенко.

В.Н. Ремесло не только разделяет мичуринское учение, но и умеет им пользоваться в селекционной работе. На основе этого учения выведен сорт озимой пшеницы Мироновская 264, затем еще более зимостойкий и урожайный сорт Мироновская 808; сейчас передан в госкомиссию по сортоиспытанию еще более урожайный сорт Киевская 893, а на подходе в сельскохозяйственных посевах имеется ряд еще лучших сортов. В.Н. Ремесло, как по конвейеру, создает путем направленного изменения наследственно яровой пшеницы новые сорта озимой, один лучше другого. Эти работы вносят существенный вклад в науку. На опыте этой работы академик Т.Д. Лысенко не только ещё раз подтверждает правильность ранее установленных закономерностей направленного изменения наследственности яровых в озимые и зимостойкие, но и раскрывает пути направленного изменения ряда других хозяйственно ценных признаков растений, таких как крупность колоса, крупность зерна, хлебопекарные качества, и других наследственных свойств растений, обуславливающих высоту урожая и качество сельскохозяйственной продукции…

В.Н. Ремесло был провален довольно легко еще на первом этапе выборов — на собрании отделения при избрании членов-корреспондентов. Экспертная комиссия противопоставила ему также достойную кандидатуру —Б.П. Соколова, а на самом собрании ему была противопоставлена еще и третья кандидатура — М.И. Хаджинова. Голоса разделились, ни один кандидат не получил необходимых по уставу 2/3 голосов и в итоге вакансия члена- корреспондента осталась незамещенной.

Варення Николай Романович (1917-2001) «С поля» 1974

Варення Николай Романович (1917-2001) «С поля» 1974

Член-корреспондент Академии наук СССР Н.И. Нуждин на собрании отделения получил необходимые 2/3 голосов и в качестве кандидата в действительные члены академии был выдвинут отделением для избрания на общем собрании Академии наук. Так как на заседании партийной части академии кандидатуру Н.И. Нуждина никто не отводил и она была рекомендована Общему собранию, то задачу провала его на Общем собрании взяли на себя беспартийные академики. Мотивы этого довольно хорошо изложены в выступлениях академиков В. А. Энгельгардта, А. Д. Сахарова и И.Е. Тамма. Дело в том, что Н.И. Нуждин является учёным мичуринского направления в биологии и неоднократно выступал с критикой формально-генетического направления, которое сейчас превозносится в Академии наук СССР. А для большей действенности отвода А. Д. Сахаров в своем выступлении возвел на Н.И. Нуждина и Т. Д. Лысенко чудовищную клевету политического характера. Это и определило провал кандидатуры Н.И. Нуждина на выборах.

Многие противники Лысенко в своей борьбе против его научных взглядов пользуются недостойным приемом — клеветой, восстанавливая против него общественное мнение. Уже несколько лет ходит пущенная молва о культе Лысенко, который связывают с культом Сталина. Распространяют слухи, что якобы по вине Лысенко в период культа личности Сталина погибли видные советские биологи, другие были уволены со своих постов, третьи подвергались всякого рода гонениям.

Более двух лет распространяется перепечатываемая на машинке объёмом в 210 страниц книга Ж. Медведева «Культ личности и биологическая наука» — ворох грязных клеветнических выпадов, имеющих целью скомпрометировать Т.Д. Лысенко как учёного, гражданина, человека. В числе других обвинений здесь на десятках страниц муссируется клевета о виновности Т. Д. Лысенко в гибели академика Н.И. Вавилова и ряда других советских ученых.

И вот теперь на сессии Академии наук СССР академик А. Д. Сахаров заявил о виновности Лысенко в каких-то позорных и тяжёлых страницах советской науки.

Ни председательствующий на сессии, ни члены Президиума, ни кто-либо из членов академии не отмежевался от этого грубого политического обвинения, наоборот, многие члены академии проводили А.Д. Сахарова с трибуны аплодисментами. Только сам Т. Д. Лысенко заявил протест против такого недопустимого выпада и потребовал от Президиума определить его отношение ко всему этому. Выступление по этому вопросу председательствующего академика М.В. Келдыша нельзя признать удовлетворительным: «Я думаю, -заявил академик М. В. Келдыш, — что выступление А. Д. Сахарова было неправильным и нетактичным, потому что если действительно предъявлять такие обвинения, то надо высказывать причины и их анализировать, а так выступать неправильно». Таким образом, Президиум отмежевался от формы, но не от существа выступления академика Сахарова.

Лысенко угнетён и обескуражен. Ни один голос на сессии Академии не раздался в его защиту, он вынужден был сам заявить на сессии Академии, что он не преступник, что он честный человек. Где же найти защиту от гнусной, оскорбительной, с грязью смешивающей достоинство советского человека клеветы? Ведь есть же Закон, ограждающий советского человека. Почему же он не распространяется на академика Т.Д. Лысенко? Создалось невыносимое, позорное положение.

Зная Т.Д. Лысенко 35 лет, из которых свыше 20 лет по совместной работе, я уверяю Вас, Никита Сергеевич, что Лысенко лично никакого отношения к репрессиям, арестам кого бы то ни было не имел. Он даже никого из своих научных противников не уволил с работы, хотя по своему положению (Президент ВАСХНИЛ, директор института) не только мог, но даже обязан был в отдельных случаях это делать. Это честнейший человек и великий учёный. Нужно защитить Т.Д. Лысенко от потоков грязной клеветы. Это послужит также защите прогрессивной материалистической биологии, молодые ростки которой ныне топчутся разными способами, теперь уже на уровне сессии Академии наук — высшего научного учреждения Советского Союза.

Петряшов Виктор Иванович (Россия, 1942) «Летний день» 1974

Петряшов Виктор Иванович (Россия, 1942) «Летний день» 1974

Н.П. Анучин. Письмо секретарю ЦК КПСС В. Полякову
В биологической науке на протяжении нескольких десятилетий ведётся упорная борьба. Нападки на мичуринскую теорию и учёных, отстаивающих это направление, нередко проводятся в такой усложнённой и завуалированной форме, что лицам, непосредственно не связанным с этой борьбой, многое оказывается незаметным, непонятным и трудно объяснимым.

Наибольшим нападкам и организованной травле подвергается академик Т.Д. Лысенко, имя которого и вклад в науку известны не только всем учёным, но и каждому труженику села.

Нельзя пройти мимо того постыдного инцидента для учёных высшего научного центра, который имел место на общем собрании Академии наук СССР, созванном в 20-х числах июня 1964 года в связи с выборами новых академиков.

При обсуждении кандидатур в академики из числа лиц мичуринского направления со стороны известных в науке физиков (Сахаров А. Д. и др.) последовали оскорбительные, клеветнические выступления, направленные в адрес академика Лысенко. К сожалению, председательствующий на общем собрании акад. Келдыш М. В. не отвёл выступление А. Д. Сахарова и не дал ему надлежащей оценки.

Когда ряд биологов, не разделяющих взглядов Лысенко, муссируют разного рода слухи и сплетни вокруг его имени, то мотивы их поступков, хотя и заслуживают осуждения, всё же понятны. Однако встаёт вопрос, какие же претензии к академику Лысенко имеют физики и математики, в чём им помешал Лысенко, какие они нашли ошибки в теоретических концепциях Лысенко?

Для всех очевидно, что физикам и математикам Лысенко не мог помешать в науке и они не могли найти у него те или иные ошибки. Они выступают против Лысенко, что называется, из ложно понятой «товарищеской солидарности»280. Такой учёный-биолог как акад. В.Н. Сукачёв и его единомышленники втягивают в борьбу с академиком Лысенко физиков и математиков, внушая последним самые невероятные представления об академике Лысенко и жалуясь, что якобы он мешает им в работе. Интриги вокруг имени Лысенко плетутся так широко и умело, что создаётся впечатление, будто бы они действительно отражают общественное мнение.

Талалаев Анатолий Николаевич (Россия, 1929-1989) «Ночная смена» 1957

Талалаев Анатолий Николаевич (Россия, 1929-1989) «Ночная смена» 1957

Академик Лысенко является выдающимся учёным широкого диапазона, он создал теоретические концепции, дал свои аспекты и решения многим агробиологическим проблемам.

Я не могу квалифицированно судить обо всех научных положениях, выдвинутых академиком Лысенко. По профилю своей работы мне больше знакомы агротехнические предложения, вытекающие из открытого Лысенко закона жизни биологического вида. В частности, я имею в виду гнездовой метод лесоразведения, базирующийся на названном законе.

Акад. Сукачёв, В.Я. Колданов и с ними значительная группа специалистов целых 15 лет плели интриги и клевету вокруг имени Лысенко в связи с гнездовым методом создания леса. Академика Лысенко обвиняли в том, что гнездовым методом он будто бы принёс миллиардные убытки стране.

В 1962 году, по заданию правительства, специальными зональными комиссиями были обследованы защитные лесные насаждения, созданные гнездовым и другими способами. В комиссиях участвовало до 250 человек специалистов, причём к работе комиссии были привлечены и противники гнездового метода посева леса. Обобщение всех материалов комиссии было возложено на меня, также я выступал в качестве основного докладчика на Всесоюзном совещании, рассматривавшим итоги обследования защитных насаждений. На этом совещании, как и на общем собрании Академии наук СССР, не обошлось без выпадов, клеветнических нападок и оскорблений академика Лысенко. Однако преимущества гнездового метода по материалам комиссии оказались настолько очевидными, что никакие ухищрения противников этого метода не могли изменить точку зрения совещания. Пример с обследованием защитных лесных насаждений и проведением Всесоюзного совещания привожу здесь потому, что в ходе их я был свидетелем и очевидцем той травли и клеветы, которые возводились на Лысенко.

Сообщая об изложенном, мне хотелось бы обратить Ваше внимание на следующее обстоятельство. Академик Лысенко, будучи высокоодарённым учёным, отдающим всего себя на служение и развитие науки, не топчется на месте, а ищет новые пути к решению сложных вопросов. Таким образом, наблюдается парадоксальное явление: академик Лысенко работает до самозабвения, он служит примером для всех учёных. Вместе с этим, ни один учёный не подвергается таким нападкам и оскорблениям как академик Лысенко281.

Каждый объективный деятель науки должен сказать, что Т. Д. Лысенко является тем учёным, которым по праву гордится советская наука. Это тот учёный, у которого теория не оторвана от практики. Однако, к стыду нашему, мы не можем предохранить академика Лысенко от публичных оскорблений, клеветы, травли и возмутительных инсинуаций вокруг его имени.

Это ненормальное положение и привело меня к мысли написать Вам об этом.

Идеологическая кампания против сталинизма, начатая при Хрущёве, повлекла за собой сначала ослабление позиций мичуринской биологии, а потом и её почти полное уничтожение. … Символическим выражением судьбы мичуринской биологии стала участь фермы в «Горках Ленинских» и созданного на ней уникального стада высокоудойных жирномолочных коров. В 1986 году эта подмосковная ферма была ликвидирована, и теперь на её месте располагаются конные скачки, гостиница с сауной, новостройки. А полки местных магазинов, вместо натурального 5%-го молока лысенковских коров, покупать которое приезжали из Москвы, заполнила, как и по всей России, порошковая «молочная продукция»….

Томенко Григорий Алексеевич (Украина, 1915-1994) «Потомки Паши Ангелиной» 1975

Томенко Григорий Алексеевич (Украина, 1915-1994) «Потомки Паши Ангелиной» 1975

( После того, как в СССР было развито машиностроение и в сельское хозяйство поступили трактора и другая высокопроизводительная техника, именно Т. Д. Лысенко сумел талантливо оценить это обстоятельство и использовать его для коренной перестройки сельского хозяйства СССР. Он убедил И.В. Сталина в ошибочности негативного отношения к озимым зерновым культурам, особенно к озимой пшенице. В 1950 году он выступил в газете «Правда» со статьей «О некоторых ошибочных положениях в учении Вильямса». В последующие годы был взят курс на селекцию озимых сортов пшеницы для Европейской части Советского Союза и в других регионах страны. В результате урожайность озимых сортов пшеницы повысилась в СССР до 40-60 и более центнеров с га и можно с уверенностью утверждать, что если бы не твёрдая позиция президента ВАСХНИЛ академика Т.Д. Лысенко по этой проблеме, то не было бы работ по озимой пшенице таких талантливых селекционеров как Д.А. Долгушин, П.П. Лукьяненко, В.Н. Ремесло, И.Г. Калиненко и многих других. Сорта каждого из них заняли многие миллионы гектаров озимой пшеницы и решили проблему продовольственного зерна нашей страны.

Приблизительно в 1983 году, когда сорт озимой пшеницы «Одесская 51» селекции Д.А. Долгушина занял более 6 миллионов гектаров, а при таких размерах обычно представлялись к званию Героя Социалистического труда, и на Доната Александровича к его 80-летнему юбилею были направлены представления к этому званию. Однако, на торжественном заседании Учёного совета ВСГИ, посвященном 80-летнему юбилею академика ВАСХНИЛ Д.А. Долгушина, в заключительном слове юбиляр заявил, что своими успехами в селекции он обязан теории стадийного развития и другим теоретическим разработкам академика Т.Д. Лысенко. Сидевший в президиуме бывший тогда первый секретарь Одесского обкома КПСС, кажется, Кириченко, зло зыркнул на тогдашнего директора ВСГИ А.А. Созинова и что-то сердито ему сказал. А дело, видимо, было в том, что в тот период имя академика Лысенко по-прежнему предавалось анафеме, и первый секретарь обкома усмотрел здесь непорядок. В итоге вдогонку пошла депеша о снижении награды. В конечном счёте Д.А. Долгушина наградили только орденом Ленина, хотя за свой честный и гражданский поступок академик ВАСХНИЛ Д.А. Долгушин был бы достоин дополнительной награды «За мужество».

Беседа Петр Николаевич (Россия, 1923) «Взопрели озимые…» 1980

Беседа Петр Николаевич (Россия, 1923) «Взопрели озимые…» 1980

Надо отметить, что у каждого учёного имеются не только положительные, но и отрицательные результаты в исследованиях. Не избежал этого и Т.Д. Лысенко, когда занялся, по поручению Сталина, изучением перспектив ветвистой пшеницы. Однако после детального анализа результатов экспериментов он прекратил работу с ней и полностью переключился на работу с озимыми пшеницами.

В справочнике об академиках ВАСХНИЛ и РАСХН, изданном к 75- летию ВАСХНИЛ, дана сравнительно объективная положительная характеристика Т.Д. Лысенко, а в журнале «Вестник Россельхозакадемии», посвящён-ному 60-летию победы в Великой Отечественной войне отмечен вклад, внесённый Т.Д. Лысенко в организацию исследований по обеспечению продовольствием Красной Армии и населения, включая его личные научные разработки. Объективная оценка трудов Т.Д. Лысенко дана и в журнале «Вестник Российской академии сельскохозяйственных наук», председателем редакционного совета которого является президент РАСХН Г. А. Романенко.(Петр Фёдорович Кононков))

Кононков П.Ф. Пасквиль под названием «письмо трёхсот»

Нельзя обойти молчанием печально известное клеветническое «письмо трёхсот» в Президиум ЦК КПСС от 11 октября 1955 года против Т.Д. Лысенко и А.И. Опарина. Давно назрела необходимость проанализировать это безграмотное с сельскохозяйственной и лживое с исторической точки зрения «послание», и указать поименно (фамилии, звания) всех «подписантов», не только биологов, но и физиков, химиков, математиков, чтобы они понесли ответственность за свои подписи перед историей науки. Приходиться только удивляться, как могли видные учёные подписать этот пасквиль, вдобавок написанный человеком, плохо знающим русский язык….(полностью здесь: http://stalinism.ru/elektronnaya-biblioteka/akademik-trofim-denisovich-lyisenko.html?showall=1)

(Н. С. Хрущёв, по словам И. В. Курчатова, сильно негодовал и отзывался о письме как о «возмутительном». Сам Курчатов и президент АН СССР академик А. Н. Несмеянов с текстом письма были ознакомлены и полностью его одобрили, но не могли его подписать, так как были членами ЦК КПСС. Однако Курчатов поддержал мнения и выводы учёных в разговоре с Хрущёвым (Википедия)).

(Об отношении Н. С. Хрущева к Лысенко А. Н. Несмеянов вспоминал: Разговорились однажды мы с И. В. Курчатовым, который был тогда членом Президиума Академии наук, о невыносимом положении в биологии, задавленной лженаукой. Решили напроситься на прием к Н. С. Хрущеву, чтобы поговорить на эту тему… Как ни пытались мы развить и варьировать тему о задавленности современной биологии, об ошибках Лысенко, наш собеседник… явно скучал… На обратном пути я зашел к управляющему делами Совета Министров, там меня застал звонок Хрущева: «Тов. Несмеянов, только вот что — Лысенко у меня не трогайте, головы рубить будем» (Александр Николаевич Несмеянов)).

И.А. Бенедиктов о борьбе вавиловского и лысенковского направлений.

Здесь бытует немало спекуляций, искажающих истинную картину происходившего. Во-первых, эта борьба шла с переменным успехом: бывали, и не раз, моменты, когда Лысенко оказывался в меньшинстве. В решениях, например, Февральского пленума ЦК 1947 г. говорилось об ошибочности ряда направлений его деятельности. Хорошо помню резкую критику Лысенко заведующим Отделом науки Центрального Комитета партии Юрием Ждановым, который, правда, позднее, в ходе разгоревшейся дискуссии изменил свою точку зрения.

Далее. Как бы ни драматизировались гонения на генетиков, фактом остается то, что многие ученые этого направления, подвергнутые резкой критике на известной сессии ВАСХНИЛ в 1948 г., где сторонники Лысенко взяли верх, продолжали, хотя и в ухудшившихся условиях, свою работу. Немчинов, Дубинин, Раппопорт, Жебрак, называю лишь тех, кого помню, — все они оставались в науке, несмотря на довольно резкое осуждение Лысенко и его сторонников, и, что весьма характерно, отказывались от «покаяний». Что касается репрессий, то их применяли отнюдь не за те или иные взгляды, а за конкретные вредительские действия, хотя и здесь, видимо, имелись случаи произвола и беззакония, кстати, и по отношению к ученым, находившимся от генетиков по другую сторону научных баррикад. Один такой судебный процесс, если мне не изменяет память, был проведен незадолго до войны.

И еще на одно обстоятельство хочу обратить ваше внимание. После развенчания Лысенко и его сторонников все ключевые участки в биологической науке, воспользовавшись благоприятным моментом, заняли его научные противники. Уже одно это говорит о том, что «поголовное уничтожение генетиков» — злобная выдумка, подхваченная, к сожалению, несведущими журналистами и литераторами.

… Когда арестовали Вавилова, его ближайшие сторонники и «друзья», выгораживая себя, один за другим стали подтверждать «вредительскую» версию следователя. Лысенко же, к тому времени разошедшийся с Вавиловым в научных позициях, наотрез отказался сделать это и подтвердил свой отказ письменно. А ведь за пособничество «врагам народа» в тот период могли пострадать люди куда с более высоким положением, чем Лысенко, что он, конечно же, прекрасно знал …

Не хочу сказать, что Трофим Денисович всегда был таким. Иногда верх брали упрямство, предвзятость, склонность к трескучей политической фразе. Но людей без недостатков, увы, не бывает. Важно, чтобы достоинства перевешивали…

В научной полемике … Лысенко и его сторонники продемонстрировали куда больше бойцовских качеств, твердости, настойчивости, принципиальности. Вавилов же, как признавали даже его единомышленники, лавировал, сдавал одну позицию за другой, старался сохранить хорошие отношения и с «вашими и с нашими», что у меня, например, всегда вызывало раздражение и недоверие — значит, не уверен в своей позиции, боится ответственности…

Определенное малодушие и слабость проявил Вавилов и, находясь под следствием, когда, не выдержав психологического давления следователей, оговорил не только себя, но и других, признав наличие вредительской группы в Институте растениеводства, что, естественно, обернулось мучениями и страданиями совершенно невинных людей…

Лысенко же даже под угрозой четвертования не оговорил бы ни себя, ни тем более других. У него была железная воля и стойкие моральные принципы, сбить с которых этого человека представлялось просто невозможным. Другое дело, что иногда он впадал в необъяснимое упрямство и раздражение, начинал подводить под свои эмоции «теоретическую» базу.

Полагаю, что не случайно к Трофиму Денисовичу так тянулась научная молодежь, которой подчас не хватает опыта, но которая весьма чутка к истинному и фальшивому. Мне доводилось не раз бывать на встречах Лысенко со студентами, аспирантами, молодыми учеными и могу сказать вполне определенно: он умел «зажигать» аудиторию, вести ее за собой, внушать молодежи страстное желание к творческому поиску, к достижению неординарных результатов. А вот ученые старой, дореволюционной закваски, и я это хорошо помню по учебе в Сельскохозяйственной академии в 20-х гг., симпатии у нас, рабочей молодежи, рвавшейся осваивать большую науку, не вызывали. Многие из них приняли революцию с большим запозданием, да и то, как говорится, «держа камень за пазухой», проявляли открытую неприязнь к «кухаркиным детям», осмелившимся начать продвижение к научному Олимпу. Для выходцев из рабоче-крестьянской среды Лысенко был своим, до мозга костей преданным идеалам революции, наглядным примером того, сколь многого может достигнуть простой человек, одержимый жаждой истины, страстным желанием превратить науку в мощный рычаг улучшения жизни людей. Все это, конечно же, сказывалось на отношении Сталина, стремившегося активней вовлечь в науку рабоче-крестьянскую молодежь, к Лысенко».

Небезынтересно отношение Сталина к невыполненным лысенковским обещаниям поднять урожайность пшеницы в 4-5 раз320. «Товарищ Лысенко, по-видимому, поставил малореальную задачу, — сказал как-то он. — Но даже если удастся повысить урожайность в полтора-два раза, это будет большой успех. Да и не стоит отбивать у учёных охоту к постановке нереальных, с точки зрения практиков, задач. То, что сегодня кажется нереальным, завтра может стать очевидным фактом. К тому же в нашей науке немало учёных «пескарей», предпочитающих спокойную жизнь, без нереальных задач. Накажем Лысенко — таких «пескарей» станет еще больше.

Кстати, уже не в связи с Лысенко. Сталин неоднократно поддерживал «внегрупповых» учёных, изобретателей-одиночек, ставивших, по мнению общепризнанных специалистов и государственных институтов, «нереальные» задачи, настаивая на оказании им необходимой поддержки, выделении средств и так далее. Как и другим наркомам, мне тоже часто доставалось «на орехи» за отказ поддержать того или иного чудака с очередным проектом «вечного двигателя». В большинстве случаев, естественно, «вечный двигатель» не заводился, о чем и сообщалось Сталину, хотя бывали и исключения. Многочисленные неудачи «кустарей-одиночек», однако, не обескураживали его, и он снова и снова просил наркомов внимательно разобраться с очередным «новаторским» проектом. Тогда сталинские действия казались мне ошибочными, отвлекавшими от более важных дел, губящими массу времени и нервов. Теперь же я смотрю на вопрос иначе….

Да, ошибки делались, просчёты допускались, в любом деле без них не обойтись. Но правда в том, что в 30-е гг. таких ошибок делалось несравненно меньше, чем сегодня, да и сам климат в науке был более здоровым, творческим и, если хотите, нравственным. По крайней мере, тогда погоду делали истинные учёные, сегодня — посредственности и бездари, создавшие такую обстановку, в которой истинные учёные просто задыхаются. Сужу, конечно, по сельскохозяйственной науке, но ситуация примерно везде одинаковая.( И.А. Бенедиктов «О Сталине и Хрущеве» // «Молодая гвардия», 1989 г., №4.)

Трофим Лысенко скончался 20 ноября 1976 года в Москве, похоронен на Кунцевском кладбище.

Интервью с сыном академика ВАСХНИЛ Лысенко Т. Д.

Итак, значит, некоторые очень высокообразованные и высококультурные люди, что говорится мною без всякой иронии, и вот они считали, что Лысенко — это знахарь, который обманывает Сталина и что Россию надо спасать от Лысенко и лысенковщины. И вот, чтобы спасти, видимо, вполне искренно Россию от Лысенко и лысенковщины была подготовлена, по сути дела, эта сессия ВАСХНИЛ 1948-го года, было собрано собрание представителей обкомов, райкомов в Политехническом музее. Проводил это собрание Юрий Андреевич Жданов и в числе того, что он там говорил, была и такая фраза о лженоваторах, относящаяся к отцу. Ну, Трофим Денисович Лысенко, мой отец, понял, к чему идет дело и тогда написал письмо Сталину — на имя Сталина и Жданова, старшего Жданова, чтобы не было, что он жалуется Сталину, не поставив в известность отца Юрия Андреевича. В письме он написал, что мне стало трудно работать, привел список того, о чем говорил Юрий Андреевич. Суть дела сводилась к тому, что, если я плохо работаю, меня надо просто убрать с этой должности по-хорошему, не дожидаясь плохих результатов. И вот тут Сталин дал опять очень высокую оценку Лысенко. Шепилов, который теперь говорит, что он тоже активно участвовал в свержении Лысенко, хотел открыть глаза Сталину на то, какие преступления вытворяет Лысенко, написал следующее (он — Шепилов), что когда Сталин с письмом Лысенко пришел на политбюро и вызвал их всех туда, то он сказал лично Шепилову следующее: «Что вы делаете, на Лысенко держится все сельское хозяйство». Для Шепилова это, как говорится, просчет Сталина, а вот с моей точки зрения — это очень высокая оценка деятельности академика Лысенко, моего отца, потому что Сталин распрекрасно знал, как говорится, на ком и что держится. И он знал хорошо одно хорошо — Лысенко не обманывает. Вот это Сталин знал твердо. А на беду, я искренно говорю, хорошие люди: Жданов Андрей Александрович, Вознесенский Николай Алексеевич не понимали этого, считали, что Лысенко — это обманщик и что Россию нужно спасти от Лысенко. Они ошибались и ошибка дорого стоила, к сожалению, многим, в том числе, и многим работникам Центрального комитета. Но Лысенко здесь опять-таки ровным счетом не причем. Что должен был делать Лысенко в этой ситуации, которая была. Единственное, что он сделал, он обратился с просьбой, если я вам не нужен, то дайте мне возможность спокойно работать где-то в другом месте. После этого Сталин пригласил к себе Лысенко и встреча эта была очень короткой. Сталин сказал: «Давайте будем разбираться, пишите доклад о положении в биологической науке»….

А дальше происходит вот что: сессия идет к концу, и в это время состоялся очередной разговор в кабинете Сталина, где находятся Лысенко, Маленков и Сталин. Кстати, к Маленкову Лысенко всегда хорошо относился, … И говорит им товарищ Сталин следующее: «Вот мы разобрались, сессия заканчивается… Ну, а что дальше будет, что после сессии произойдет? Поговорили в воздух и на этом кончили? Трофим Денисович, вы везде вейсманистов рассадили сами, и опять потом ко мне прибежите с жалобой на них… Давайте проведем кадровые изменения. Надо поставить мичуринцев с тем, чтобы читались и лекции по мичуринской генетике». Лысенко, конечно, понял, о чем речь идет и сразу: «Товарищ Сталин, я не могу этого, я ни в какую…» Еще раз говорю, отец понимал, ответственность за то, что произошло, конечно, на нем есть, потому что он же затеял всю эту историю… Но говорит: «Сам я никого увольнять не буду и ничего делать не буду». Сталин говорит Маленкову: «Георгий Максимилианович, возьмитесь тогда вы это проделать». Тут и Маленков, как говорится, заартачился: «Это же ему нужно, чего я буду делать»… Он тоже понимает, что дело, как говорится, неприятное, нехорошее. Ну, Маленков говорит: «А, в конце концов, мы ведь можем поддержать только либо вас, либо их». Значит, другого, как говорится, выхода нет. Сами затеяли. Но тут Сталин, чтобы кончить этот базар, говорит: «Георгий Максимилианович, вы же видите, Лысенко, действительно, не может и это, действительно, не его дело, займитесь тогда сами». Выходят они в коридор, Маленков сердитый начинает на отца, мол, он взвалил на него свои задачи. Ну, а Лысенко ему говорит: «Так может, давайте, не будем делать… Маленков: «Ну да, не выполним указания товарища Сталина»… Так, кто виноват в том, что далее произошло? Вроде бы я сейчас хочу перекинуть вину на Сталина — ни в коем случае. Сталин сделал это для того, чтобы Лысенко защитить, в конце концов. А уж то, что кое-кто не просто был уволен, а как выражается наш дорогой господин Бестужев-Лада: «кого-то и упекли», в тюрьму, опять же могу только сказать одно — Лысенко здесь не причем. А, если лучшие друзья и лучшие сотрудники, мечтающие занять место повыше и спихнуть, используя момент кого-то другого, то вот и надо разбираться в каждом конкретном случае….(http://surbor.su/intervyu-s-synom-akademika-vasxnil-lysenko-t-d/)

130-0

Т.Д. Лысенко

Lysenko_Kult_22_01

Т.Д. Лысенко

tmp27iErx

Т.Д. Лысенко

Лит.: Н.В. Овчинников. Академик Трофим Денисович Лысенко под редакцией доктора сельскохозяйственных наук, лауреата Государственной премии России, заслуженного деятеля науки профессора П. Ф. Кононкова ( Источник)
Интервью с сыном академика ВАСХНИЛ Лысенко Т. Д. Май 29, 2017 // http://surbor.su/intervyu-s-synom-akademika-vasxnil-lysenko-t-d/

  • Вебинары октября
    Posted by Ирина Дедюхова on 24.09.2018 at 2:48 дп

    Пусть пасмурный октябрь осенней дышит стужей, Пусть сеет мелкий дождь или порою град В окошки звякает, рябит и пенит лужи, Пусть сосны черные, качаяся, шумят, И даже без борьбы, покорно, незаметно, Сдает угрюмый день, больной и бесприветный, Природу грустную ночной холодной мгле,— Я одиночества не знаю на земле. Забившись на диван, сижу; воспоминанья Встают передо […]

  • Вебинары сентября
    Posted by Ирина Дедюхова on 25.08.2018 at 8:18 дп

    Небывалая осень построила купол высокий, Был приказ облакам этот купол собой не темнить. И дивилися люди: проходят сентябрьские сроки, А куда провалились студеные, влажные дни?.. Изумрудною стала вода замутненных каналов, И крапива запахла, как розы, но только сильней, Было душно от зорь, нестерпимых, бесовских и алых, Их запомнили все мы до конца наших дней. Было […]

  • Галина Щетникова «Пекинская опера»
    Posted by Ирина Дедюхова on 26.06.2018 at 6:22 пп

    О дальних странах, в которых не всем доведется побывать, узнать побольше хотелось с давешних детских времен. Нынче вроде кто уж там только не побывал… а в самых райских местах наше ворье из «элит», которым лишь нынче начали по всякого рода санкции прикрывать мир, устроило самые зловонные финансовые помойки… офшоры. В марте 2015 года, ровно за […]

  • Кровая тень Беслана
    Posted by Vanina Vanini on 21.10.2018 at 1:01 дп

    Вранье у нас стало привычным способом "общения с народом", проходной формой ток-шоу, теленовостей, прямых линий и пресс-конференций. Во что оно выливается и насколько дорого обходится, все в очередной раз ощутили на Керченской трагедии. Чем дальше, тем больше вылезает позорных нестыковок, демонстрирующих уровень разложения правоохранительных органов при бурном срастании самого кровавого криминала во власти. Все это […]

  • ЖЗЛ: Евгений Пригожин. Часть I
    Posted by Diana on 20.10.2018 at 1:27 дп

    Бывает так, что человек вроде и прогрессивный, повсюду уж наследил достаточно, увенчан нынешними шикарными наградами и полностью обустроился в жизни некоронованным царьком, поплевывая на какие-то чахлые нормы общественной морали, давно презрев международные… а вот все в тени держится, хоть никакая скромность ему в принципе не присуща. И уже на самой личности это даже отмечается самыми […]

  • Отравление шпиона. Часть IХ
    Posted by Dir on 19.10.2018 at 1:39 дп

    Больше всего в этом скандале с отравлением шпиона досталось Терезе Мей. И сомневаться в источнике производства всех этих "инсайдов", вдруг вываливших в виде каких-то омерзительных карикатур на женщину и премьер-министра, не приходилось. Ну, не столько в источнике производства, сколько в источнике финансирования этого многогранного творчества. Однако… что ж тут Терезе Мей пенять на какую маргинальную […]